- Мы можем удочерить ее.

- О чем ты говоришь?

- Не скажу, что мне нравится использовать подобные методы, но думаю, что смогу убедить Беки согласиться на это. Мы удочерим ее законно. Мы можем сообщить прессе, что пытаемся обзавестись семьей, и когда просматривали варианты по удочерению, мы услышали о Корин, девочке, которая внезапно стала сиротой. Мы даже можем сказать, что узнали о ней через фонд твоих родителей. Ты можешь с помощью своих людей подправить документальный след, убедиться, что он не приведет к Беки.

- Ты много об этом думала.

- Да. С тех пор, как вернулась из кофейни, я пыталась придумать, как все это провернуть. Я не знаю, как все осуществить, но знаю, что ты можешь. Мы можем сделать это вместе.

- И ты хочешь, чтобы она жила с нами? Это то, чего ты хочешь?

Я кивнула.

- Да.

- Но каждый раз, когда я прошу тебя завести ребенка, ты пытаешься сменить тему. Это тоже измениться?

- Здесь все иначе, - я поерзала на месте.

- Не вижу в чем. Ты говоришь мне, что мы вырастим эту девочку вместе, приведем ее в наш дом и станем родителями. Почему нам не создать собственную семью?

- Впереди у нас длительная кампания. Я не могу думать о беременности прямо сейчас. Что если у меня будет утренний токсикоз, и мне нужно будет идти на официальный завтрак или интервью, а меня стошнит? Это никогда не сработает. После твоего избрания в губернаторы, будет лучшее время.

Он заправил развевающуюся прядь за мое ухо.

- Если ты забеременеешь, я не буду просить тебя делать ничего из этого дерьма. Я буду заботиться о тебе

- Ты выставляешь все так, будто это легко. Ребенок все изменит.

- Да. У нас всегда будет частичка тебя и меня. Ты же знаешь, что значит для меня иметь от тебя ребенка.

Я кивнула. Я сопротивлялась обсуждению больше года.

- У меня прием у врача завтра, - я посмотрела в его глаза, понимая, что это единственное, что он всегда хотел от меня.

Он обхватил мое лицо руками и поцеловал. Его язык врывался в меня, как будто мы целовались в первый раз, исследуя губы друг друга и новизну наших вкусов. Он толкнул меня на спину на кушетку, перемахнув через мое кресло.

Его руки плавали по моей груди и бедрам. Я прикусила его шею.

- Не думаю, что нам нужны снимки этого, - предупредила я. - Там, наверное, журналист в кустах, готовый продать это за миллионы.

- Я мог бы подумать о худшем, - он улыбнулся.

- Пэкс, скажи мне, что мы можем забрать Корин, - у него был способ отвлечь меня. Я чувствовала, как моя борьба убывает, пока он согревал мое тело своими руками и языком.

- Одри, скажи мне, что мы можем попытаться завести ребенка.

И вот. Переговоры. Торговля. Один ребенок в обмен на другого. Хотя, так не ощущалось, когда он агитировал мое тело поцелуями. Я не замечала того, как он говорил мне, насколько хочет видеть меня матерью своих детей. Я не осознавала ход, который он только что разыграл.

На следующий день, на моем ежегодном осмотре, я удалила внутриматочную спираль. Я позвонила Беки и рассказала ей условия удочерения. В любом случае, мы с Пэксом станем родителями.

Глава 14

Мне не комфортно говорить перед большой толпой. Дети - другая история. Я улыбнулась маленьким личикам, собравшимся у моих ног. Сегодня моя первая лекционная встреча перед группой воспитанников детского сада Гринвиля. Это первый лекционный тур по штатам, на который я согласилась.

Я не создана для страстных речей или приемов дамочек за ланчем. Пэкс сказал, что есть другие способы обыграть мои сильные стороны. На протяжении кампании со мной всегда были блоггер и фотограф, где бы я ни появлялась на публике, но сегодня в конце класса собрались журналисты из газет и телевидения из местных филиалов.

Я вдохнула запах карандашей и мела. Наблюдала, как мигал флуоресцентный свет. Заметила, что учительница организовала на каждом детском столе коробочки. Звонок прозвенел, и я очистила разум. Я не могла позволить пробраться прошлому. Не сейчас.

Я прочистила горло и улыбнулась аудитории.

- Кто хочет послушать о маленькой девочке, которая встретила леприкона? - спросила я.

Все их ручки взлетели в воздух.

- Это она из моих любимых. Давайте все навострим свои ушки, - я смотрела, как они все приложили воображаемые трубки к своим ушкам.

Я открыла первую страницу.

- Давным-давно жила маленькая девочка по имени Калиопа.

После рассказа, я позировала с учениками и учителями. Я раздала несколько автографов и улыбалась, когда учителя спрашивали - могут ли они запостить наши совместные снимки. Этого хотел Пэкс…голосов учителей.

Мой охранник сопроводил меня обратно к автобусу на школьной парковке. Я сказала ему, что прилягу до следующей остановки. Я поплелась в спальню и защелкнула хлипкий замок на двери.

Я сорвала шелковый пиджак со своих плеч и вышагнула из юбки. Я бы никогда не надела ничего подобного на урок. Все было бы испорчено к концу дня, покрылось бы отпечатками краски или грязью с игровой площадки.

Тур по школам продлится следующий месяц. Где-то между сбором средств, агитаций и интервью Пэкс собирался встретиться со мной в туре. Я почувствовала, как автобус дернулся вперед, и распласталась поперек кровати, интересно, мы когда-нибудь разделим ее? Так далеко, казалось, мы кружили на разных концах штата.

Я забралась в кровать, натягивая простыни до талии. Они были из высококачественного материала, какой Тодд смог найти. Деньги кампании обернуты вокруг моих бедер. Мой телефон зажужжал, и я стянула его с тумбочки.

- Привет.

- Как все прошло? Тодд переслал мне несколько снимков на телефон, - Пэкс звучал восхищенно. - Я хочу их везде. На каждой остановке. В каждой газете штата.

Могу ли я рассказать ему о печали, которая поглотила меня на секунду? Что я практически захотела утонуть в свой прежней рутине и погрязнуть в ней?

- Было здорово. Им понравилась история про леприкона, - я села, подтянув колени к груди.

- Похоже, им понравилась ты. Это именно то, что нужно видеть людям.

- Рада, что смогла помочь, - я перекатилась на спину и уставилась в потолок.

- Я понимаю, что ты в туре по школам, но что ты думаешь насчет ужина завтра вечером?

- Какого рода ужин?

- Официальный. Он проводится одним из моих крупнейших союзников. Помнишь Монтгомери Портера, да?

Я встречалась с Портерами на турнире по гольфу на протяжении лета. Его жена была той женщиной, которая никогда не стареет. Безупречная кожа, волосы, ногти. Я чувствовала себя безвкусной и тусклой рядом с ней, а она легко могла быть старше меня на лет двадцать.

- Конечно. Я знаю его.

- Хорошо. Итак, он официальный. Тебе нужно что-то сексуальное, но не перестарайся. Эта группа не такая свободомыслящая.

- У меня нет никакой подобной одежды с собой. Я в автобусе, Пэкс, - шкаф был забит гардеробом для публичных встреч, и я едва втиснула штаны для йоги в комод.

- Остановись где-нибудь. Тебе нужно что-то потрясающее.

Я фыркнула.

- Это не так легко. Я путешествую через весь штат. Я даже не знаю, где торговый центр, и я в автобусе.

- Боже, Одри. Ты можешь просто позаботиться об этом ради меня? Не важно. Я позвоню Тодду. Он все купит для тебя. Просто появись в чертовом платье и улыбайся.

Я говорила себе, что это давление от кампании, сотни людей спрашивали его обо всем, требовали время и энергию.

- Пэкс…я-я.. - я никогда его не злила. - Извини. Я могу разобраться с этим.

- Хорошо, - я слышала, как кто-то прервал его на заднем плане.

- Я напишу тебе всю информацию. Кто-нибудь отвезет тебя туда.

- Где это? Я даже не узнаю в каком городе?

Он застонал.

- Я сказал, что напишу.

- Ладно, - покорно ответила я. Я что-то сделала, чтобы вывести его.

- Позвоню тебе позже.

Он занят. Он поражен. Он важен. Я пыталась вернуться ко сну, но все о чем я думала - насколько я разочаровала Пэкса.