— Правда? У тебя тоже второе имя Гарри?

— Да. Но я думаю, тебе надо немного поспать, малыш. Мы увидимся завтра.

— Ты тоже завтра придёшь? — глаза Джейса уже слипаются.

— Безусловно, приятель.

— Хорошо, мама... я люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю, сынок. Спи. До завтра.

Думаю, Джейс меня не уже слышал. Он погрузился в сон.

За дверью нас ждал доктор Уэйд.

— С Джейсом всё в порядке. Есть, правда, перелом предплечья, но он легко лечится. Я слышал, парнишка играет в теннис?

Я киваю.

— Да, Джейс – хороший игрок.

— Думаю, со спортом у него проблем не будет. Он здоровый, крепкий мальчик. Если Джейс быстро пойдёт на поправку, вы сможете его через два-три дня забрать домой. Завтра мы переведём его в общую палату. В интенсивной терапии он останется только на ночь. Для наблюдения.

У меня с души сваливается камень, и я совсем лишаюсь дара речи.

— Мы очень благодарны вам, доктор, — говорит Джейден.

— А вы кто будете? — дружелюбно интересуется доктор Уэйд.

— Джейден Стайлс, я отец Джейса.

Эти слова чужды моим ушам, но, в то же время, они ласкают слух. Мне и в голову никогда не приходил другой отец для Джейса, кроме Джейдена.

— Не надо меня благодарить, это судьба благосклонна к вашему сыну, — произносит на прощание доктор Уэйд.

***

Джейден

После полудня мы возвращаемся в дом Авы. Это самый обычный коттедж, который стоит в аккуратном ряду таких же домов, расположенных вдоль улицы.

Воздух пропитан солью, недалеко море. Из-за дневной жары появляется неприятная духота, от которой одежда липнет к телу. На небе скапливаются темные облака, и все ждут ливня, чтобы охладиться.

Мы с Авой сидим на крытой террасе за домом. Она является крышей пристройки, в которой живёт Пирс. Я и представить себе не мог, что он такой молодой и красивый. Его длинные, выгоревшие на солнце, волосы заплетены в косичку, на запястье болтается множество модных кожаных браслетов. Парень загорелый, что для инструктора по серфингу совсем не удивительно.

Ава приготовила нам чай со льдом. Но охлаждения он не приносит. К террасе примыкает большая часть сада с огромным газоном.

— У тебя здесь, действительно, очень хорошо, — начинаю я разговор, когда Ава, наконец, усаживается рядом со мной. Она всё время носилась по дому, как вспугнутая курица.

— Да, мне нравится сидеть здесь на террасе и писать. Погода чаще всего позволяет, — её взгляд устремлён в небо. Я тоже поднимаю глаза. — Спасибо, — внезапно благодарит она. — Спасибо, что был там, когда Джейс в тебе нуждался.

— Сдать кровь – это самое малое, что я мог для него сделать.

— Спасибо, что пошёл со мной.

Я смотрю на неё, что-то в её взгляде меняется. Он становится мягче.

Хотя мы были близки, я всегда чувствовал дистанцию между нами, в один момент она исчезает, и я опять чувствую близость Авы.

— Эй, люди! Я только что прочитал хорошую новость, — Пирс идёт со своим мобильником в нашу сторону и разрушает чары.

— Ох, Пирс! Разве это не чудесно? — Ава срывается с места и виснет у него на шее. Подобная сцена мне не по душе. Совсем. Он привычным жестом кладёт руку ей на бедро, мне хочется подскочить и двинуть ему в челюсть.

— Спасибо, Пирс! Ты заботился о Джейсе, пока меня не было. Я никогда больше не оставлю его одного! Больше никаких творческих поездок, — твёрдо произносит Ава.

— Эй, детка, об этом потом поговорим.

Эти слова переполняют чашу моего терпения! Что этот тип о себе возомнил?

Я вскакиваю и оттаскиваю его от Авы.

— Эй, в чём дело? — Пирс крайне раздражён. Но уже поздно, я уже размахиваюсь. Удар кулаком приходится точно в подбородок. Он пошатнулся, но не упал.

— ДЖЕЙДЕН! — кричит взбешённая Ава. Она пытается броситься к Пирсу, но тот удерживает её на расстоянии.

— Всё в порядке. Думаю, сегодня мне стоит переночевать у Майка, — с этими словами он разворачивается и покидает нас.

— Кто такой Майк? — издаю я яростный рёв.

Ава смотрит на меня огромными глазами.

— Это его лучший друг, идиот! — кричит она и, несмотря на первые капли дождя, бросается в сад.

Она бегает быстро, а когда до меня, наконец, доходит глупость моей выходки, Ава почти скрылась из виду. Я бегу под дождём вслед за ней. Когда, в конце концов, догоняю, мои лёгкие разрываются от нехватки воздуха.

— Проклятье! Подожди! — кричу я сквозь дождь и крепко хватаю её за руку.

Ава в бешенстве оборачивается в мою сторону. Волосы и платье промокли насквозь, но её это мало волнует.

— Так он действительно голубой? — я совершенно сбит с толку. Такого не может быть!

— Да, ты совсем рехнулся! Пирс для меня лишь хороший друг. И всегда им был, как ты можешь меня к нему ревновать? — кричит она.

Несмотря на дождь, я вижу, как по её щекам катятся слёзы.

— Мне очень жаль! — возглас вышел смущенным, я притягиваю Аву к себе. Она хоть и сопротивляется, но я сильнее, мои руки железной хваткой обхватывают её фигуру. — Мне очень жаль, бабочка! Ты сможешь меня простить? Я совершил огромную ошибку! Я никогда не должен был покидать тебя, я никогда не был в этом так уверен, как сейчас.

Она перестаёт вырываться и отчаянно цепляется за меня. Мы, не шевелясь, стоим под проливным дождём и смотрим друг другу в глаза. Я стираю её слёзы, как мог бы их стирать последние двенадцать лет.

— Я тебя люблю, — шепчу я, наклоняюсь к её губам и целую. Это отчаянный, голодный поцелуй. Ава вцепляется в меня, будто нет ничего на свете другого, за что она могла бы уцепиться.

***

Ава

— Я тебя люблю, — слышу я шепот его губ, от него у меня кружится голова.

Это уже чересчур. По моему лицу текут слёзы, они, кажется, очищают душу и поднимают ввысь. Я внезапно чувствую такую свободу, будто последние двенадцать лет ждала лишь этот день. Возможно, это и так.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спрашивает Джейден. У него взгляд, как у Джейса, когда тот ждёт рождественские подарки.

— Да, — выдыхаю я. — Я хочу, чтобы ты стал моим мужем.

— О, Боже! Спасибо тебе большое! Значит, у нашей истории счастливый конец! — он подымает меня на руки и кружит под дождём. Его глаза сияют, будто в них отражается солнце, но его нет и в помине.

В руках Джейдена мой мир сияет красками, я чувствую, что рядом с ним со мной ничего не случится.

— Пойдём назад, иначе ты простудишься, — Джейден тянет меня обратно к дому.

Внезапно из пристройки появляется Пирс с мобильником возле уха. Резко останавливается. Взгляд испуганный, губы двигаются, но я не слышу слов. Он громко откашливается и кричит:

— Это больница! Вы должны ехать прямо сейчас!

Часть четвертая – Поцелуй настоящей любви

Твоя вера – это твоя броня,

Она разрушит всё стены.

Твоё оружие – это любовь,

Пожалуйста, позволь мне быть с тобой.

Майкл Климс и Марлон Б.

«Твое оружие – это любовь».

(Сыны Маннгейма)

Глава 45

Ава

Рука, которая касается моего плеча, вырывает меня из неглубокого сна. Я чуть вздремнула и теперь щурюсь от света потолочных ламп.

— Идите домой, мисс Роуч. Вам надо поспать. Иначе вы лишитесь сил, они вам ещё понадобятся. Мы хорошо позаботимся о вашем сыне.

Это Джулия, палатная медсестра средних лет, с добрыми глазами. Она только что заступила на ночное дежурство, и я вновь получаю от неё нагоняй из добрых побуждений.

— Да, вы правы, сестра Джулия. Я сейчас уйду. У вас есть мой номер, если что-то изменится, — киваю я.

Она гладит меня по руке и улыбается.

— Конечно.

Мне доставляет телесные муки то, что я покидаю больницу, в которую поместили моего сына, когда он впал в кому. Я не хочу оставлять Джейса одного. После аварии, в которую попал автобус, перевозивший его на теннисный турнир, все выглядело достаточно безобидно. Левая рука была сломана, но он быстро пришёл в себя после операции. А затем по непонятным причинам произошло кровоизлияние в мозг, и сын впал в кому. Это случилось два месяца назад, с тех пор моя жизнь полностью вышла из-под контроля. Потому что Джейден узнал, что он отец Джейса, а мама с Гарри, что они бабушка и дедушка.

В общем, объяснять, почему они ничего не знали об этом, оказалось нелёгкой затеей. Почему я не рассказала им двенадцать лет назад, что беременна? В данной ситуации даже мне такие поступки показались детскими и сумасбродными. Я попросту не имела никакого объяснения и ответа на их изумлённые вопросы «Почему? Как же так?» В довершении ко всему, мне пришлось покинуть Флориду, так как Джейден настоял поместить Джейса в специализированную клинику в Нью-Йорке. Уже более двух месяцев Джейс получает великолепный медицинский уход, который я только могу себе представить, но мне приходится жить в апартаментах Джейдена. Они расположены в паре минутах ходьбы от клиники. Это единственное их преимущество.

Джейден ничего не говорит, но я вижу, что он об этом думает. Мне надо быть рядом с моим ребёнком. В его взгляде сквозит упрёк, что он никогда не познакомится со своим сыном, если всё закончится плохо.

О, Боже, пусть это никогда не произойдёт! Я каждый день молюсь, чтобы Джейс очнулся. Кто-то же должен меня услышать.

Я временно отложила все встречи. И не написала ни строчки. Дата выхода моей новой книги отодвинулась, я без понятия, когда её закончу.

От этой мысли меня бросает в холодный пот. Ни одного слова за долгие месяцы, моя душа превратилась в камень. Дебютная история, в которой изображены наши с Джейденом отношения, прославила меня, как Розу Гарден. Последующие романы, в которых речь шла об остроумных и находчивых женщинах, противостоявших мужчинам, даровали мне не только высокие тиражи, но и большую и преданную читательскую аудиторию. А теперь, когда работа над книгой почти не движется, мои поклонники разочарованы, я узнаю некоторых из них не с самой лучшей стороны. Тон писем так сильно изменился, что издательство не всегда их пересылает. Там знают о трагедии, которая свалилась на мою семью, и пытаются по возможности мне помочь.

— Возьмите перерыв, Ава, — ещё несколько дней назад уговаривала меня редактор в издательстве. И я знаю, что она действительно так думает. — Мы не позволим на нас давить, и вы не позволяйте.