Треан не знал, кого из них стоит атаковать первым. Они смотрели на дрожащее тело его Невесты; они видели, как его туман целовал ее кожу. Клыки Треана заострились.

— Сколько агрессии, — с неодобрением произнес Стелиан. — Ты сейчас выглядишь не лучше, чем обычно Виктор. Пробуждение превратило тебя в дикаря.

— То, что нужно, чтобы вырвать тебе глотку, Стелиан.

— Нападешь на меня, хотя мой меч в ножнах?

Будь они прокляты! Ни один из них не обнажил оружия.

— Посмотри на свои клыки, Трей! — воскликнул Виктор. — И ты утверждаешь, что не кусал свою Невесту?

Никогда не кусал. Но взял ее кровь. И сделаю это снова.

Стелиан вытащил фляжку.

— Ты можешь научиться контролировать свои клыки, Кузен.

Могу ли? Треан жестко покачал головой.

— Деритесь со мной или проваливайте! Я порвал с вами раз и навсегда.

— Именно твой уход послужил поводом для разговора между нами, — сказал Мирча.

— Что ты имеешь в виду?

Хотя Мирча обычно не отличался серьезностью и слыл... отъявленным гедонистом... сейчас его серые глаза были серьезными.

— Мы поняли, что боремся за то, что не хотим завоевать. Ты отказался от своего права на трон. Но видишь ли, дядя. Ни одному из нас он тоже не нужен.

— Я не понимаю.

— В ближайшее время я достигну своего бессмертия, возможно, даже в течение этого года. — Близится время, когда Мирча застынет навсегда, когда остановится его дыхание и перестанет биться сердце. Когда он уже не сможет заниматься сексом. — Последнее, чего я хочу, это оказаться втянутым в кровную вражду.

Если у Треана были смутные воспоминания о половой жизни, как о приятном времяпрепровождении, то у Мирчи вся жизнь вращалась вокруг секса... с женщинами, мужчинами, с любым, кто имел его.

— Как мне управлять другими, если я не могу обуздать даже самого себя?

Хороший вопрос.

Стелиан глотнул из фляжки кровавой медовухи.

— А я привратник...

— Эта обязанность уже стала мешать тебе пьянствовать? — прервал его Треан.

В то время как с Виктором он некогда дружил и приходился любящим «дядюшкой» Мирче, к Стелиану он никогда хорошо не относился.

Родители Стелиана были коварнее всех остальных. Всего двадцать лет назад, его овдовевший отец убил родителей Мирчи и Космины, а затем исчез. Треан выследил и убил его. Они все до сих пор должны подозревать в этом меня...

В ответ на реплику Треана Стелиан нахмурился, но не стал отрицать своей любви к выпивке.

— Нам всем прекрасно известно, что в сокрытых сферах привратник обладает даже большей властью, чем король. Я могу быть либо тем, либо другим, совмещение невозможно. И я выбираю свое нынешнее положение.

Стражника королевства.

Треан не верил своим ушам. Эти двое сражались чуть ли не до смерти столько же раз, сколько Треан с Виктором.

— А что скажешь ты, Виктор?

Он пожал плечами.

— Я последний из Дома Войны, и честно говоря, только этим и хочу заниматься. Я понял, что это не лучшая черта для короля.

Здесь должно быть замешано что-то большее, но Треан не стал выяснять подробности в присутствии других.

— И что вы втроем планируете делать?

— Мы возведем на трон Кузена Лотэра, — сказал Мирча. — И положим конец вражде. Как и было предсказано.

Поговаривают, что в предсмертный час мать Лотэра и законная наследница престола, Иванна, прокляла Дакию на безжалостную борьбу.

Пока Лотэр не станет королем.

Интересно, знает ли Лотэр Враг Древних, насколько меткой является вторая часть его имени...

За свою короткую жизнь Мирча видел достаточно сражений, чтобы поверить в проклятье. Однако Треан прожил достаточно долго, чтобы знать, что коварная Иванна, скорее всего, просто предсказала усиление дворцовых переворотов, которые уже начались в то время. В конечном счете, Дакия погрязла в конфликтах за политическую власть и территорию.

— Какой ущерб может нанести Лотэр? — спросил Виктор. — Мы не воюем с другими королевствами, у нас нет общественных беспорядков... если не брать во внимание членов королевской семьи... и мы чертовски хорошо сокрыты! Он станет формальным правителем. К тому же трон принадлежит ему по праву.

Треан покачал головой.

— Когда я в последний раз его видел, он выглядел наполовину обезумевшим, разыскивая Дакию в разгар зимы... голышом. — Светлые волосы и бледная кожа вампира были покрыты кровью, а глаза полыхали красным, как горящие угли. — Э-э, а еще он орал на русском, чтобы кто-то вышел с ним на «ебаный бой».

Как и все они, Лотэр вершил вендетту и отчаянно жаждал получить корону Дакии. Жаль, что он не мог найти собственное королевство.

— Он убивает ради спортивного интереса, питается без ограничений и бесконтрольно перемещается во сне. — Подобно лунатикам... с поправкой на то, что он может пробудиться в другом мире. — Враг Древних — псих.

— Мы наблюдали за ним, Дядя, — сказал Мирча. — Эта идея не так невероятна, как ты думаешь. Он нашел свою Невесту.

Значит, появились новые обстоятельства.

— Я понимаю твои сомнения, Трей, — добавил Виктор. — Но я видел Лотэра вместе с его женщиной. Даже во власти жажды крови, он не испил ее досуха. И он действует согласно какому-то плану, будто пытается достичь определенной цели. Что, по меньшей мере, указывает на определенную степень здравомыслия.

Треан прищурился.

— И вы хотите узнать, какую цель он преследует.

— В точку. Мы нашли его логово в городе смертных под названием Йорк...

— Нью-Йорк, — закатив глаза, сказал Стелиан, будто уже объяснял это. Затем добавил, обращаясь к Треану: — Иногда он уходит далеко от дома, в места, которые мы не можем предугадать. Мы не можем отследить его передвижения... без твоего кристалла.

Треан рассмеялся.

— Который я никогда не выпущу из своего поля зрения.

— Мы так и предполагали, — сказал Виктор. — Поэтому ты должен указать нам путь!

Треану стоит лишь представить лицо Лотэра, и кристалл тут же найдет Врага Древних. После этого ему останется лишь переместить кузенов к местоположению вампира.

Треан повернулся к Стелиану.

— Ты на самом деле согласен с этим?

Его консервативный кузен почитал Дакию и ненавидел перемены.

— Выяснить вероятность, определить действительно ли Лотэру становится лучше — вполне рационально. — Стелиан сделал очередной глоток. — Мы не отнимем у тебя много времени. Твои дни все равно свободны.

Нет, это не так. Черт возьми. И все же мой долг перед Дакией зовет меня.

Хотя воспоминания о Лотэре приводили Треана в замешательство, мысль о восстановлении законного короля на троне соотносилась с его чувством порядка. Возможно, в настоящий момент Треан и нарушил другие правила, но право наследования короны Дакии должно быть неприкосновенным.

Да, его согревала эта идея.

— Однако, — сказал Виктор, — ты должен знать, что с его Невестой, возможно, есть проблема.

— Разве бывает по-другому? — спросил Треан. — Не могу дождаться, чтобы послушать об этом... но сейчас у меня проблема с моей собственной...

Последние несколько дней у Беттины напрочь отсутствовало желание работать.

Первые пару ночей после близкой встречи с Дакийским на трибуне, она по окончанию вечерних боев возвращалась в свои покои, и бесцельно бродила; у нее пропал аппетит. Бессчетное количество часов она беспокоилась за Каса во время поединков... и воспроизводила в памяти три эпизода с Дакийским.

Но потом, опасаясь недовольства Клиентки, ведь сроки уже поджимали, она собралась с силами и теперь, благодаря своим усилиям, многое могла показать.

Беттина набросала схемы всех подвижных частей и заготовила для них лекала, приближаясь к этапу изготовления. Итак, какие материалы стоит использовать?

Она подумала о своей великой и могущественной Клиентке и ее огненно-рыжих волосах. Розовое золото. Конечно.