Мысленно проклиная себя, он отпустил ее и отвернулся, стараясь сохранить здравый рассудок. Успокоить лихорадочные мысли.

Единственного взгляда на Беттину хватило, чтобы завопили его инстинкты. Даже зов сирены слабее призыва сексуальной, маленькой жилки ее пульса.

— Я не могу злиться на тебя за то, что ты подозревал меня. — Беттина дотронулась до его спины; от прикосновения он вздрогнул в предвкушении. — Также как ты сомневался во мне, я сомневалась в Касе и Рауме.

Он услышал, как она выдохнула.

Треан не дышал.

— Я не безупречна, Треан. Есть некоторые вещи, которые я бы сделала по-другому, если бы могла.

Она перекинула ему через плечо цепочку, пропущенную сквозь...

Мужское золотое кольцо.

Сжав его в кулаке, Треан медленно прикрыл глаза.

— Ты сделала его? — спросил он хрипло. — Для меня?

Сдернув кольцо с цепочки, он с нетерпением надел его на палец.

— Да. Утром, после того, как мы занимались любовью.

Треан повернулся к ней.

— Значит, ты сможешь простить меня?

Все, чего он желал... семья, подруга, любовница, любовь всей его жизни... было так чертовски близко. Моя любовь ждет с широко распахнутыми глазами…

— Вампир, сначала ты вел себя со мной определенным образом, но потом изменился. Мне больно так, будто я потеряла тебя дважды. Я не смогу пройти через подобное снова.

Треан сжал кулаки, чтобы не схватить ее еще раз.

— Я клянусь тебе... клянусь Ллором... что никогда больше не буду так к тебе относиться. Если ты дашь мне еще один шанс, я проведу остаток жизни, показывая Абаддонцам, как я тебя обожаю.

— Так тому и быть, Треан. Потому что ты старался все сделать правильно. Ты проделал сложную работу и многим пожертвовал. Если бы не оруженосец, в данный момент мы были бы в нашей постели.

Он нахмурился.

— Нет, Беттина, даже без яда, я до сих пор... — он запустил пальцы в волосы. — Мой рассудок не в порядке. — Как он должен объяснить ей свое затруднительное положение? Мне нужно вонзить клыки в твою шею, пока мой член внутри тебя? — Мужчинам вампирам... нам нужно…

Он придвинулся ближе к ней, его клыки заострились.

Она должна была заметить их, но не отстранилась.

— Нам нужно пить кровь. Я не могу отрицать свою сущность.

Она кивнула?

— Я решила позволить тебе укусить меня в нашу брачную ночь. Я сожалею, что сомневалась в том, что твой укус будет замечательным. Я не должна была отказывать тебя прежде.

Она снова шокировала его. Он снова немного приблизился к ней. Она сделала робкий шаг к нему?

Если Беттина сможет принять его, ничто не будет стоять у них на пути. Значит, его сердце исцелится, а рассудок успокоится. Он станет использовать их, чтобы лелеять ее, и все будет хорошо.

— Ты сможешь принять мою сущность?

Она моргнула.

— Уже приняла.

— Выходи за меня, Бетт! Как можно скорее. Я хочу, чтобы ты стала моей королевой. Я хочу, чтобы мы правили вместе.

— Ты действительно вернешься в Абаддон? Снова откажешься от Дакии?

— Ради тебя? Все, что угодно. Но Дакия, скорее всего, откроет свои ворота, поэтому с посещением дома проблем не будет.

Их губы были всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Мы сможем вернуться и поиграть со всем твоим оружием?

Беттина выглядела дерзкой, затаившей дыхание… и счастливой. Нагретый воздух струился вокруг ее тела, магия отражала ее эмоции.

— Нашим оружием. — Он снял с нее маску. — Как пожелаешь, моя веселая чародейка.

— Тогда отведи меня домой, Треан, в нашу кровать.

Как же подействовали на него эти слова! Переместившись, он опустил ее спиной на шелка.

Сжав ладонями лицо Беттины, Треан склонился к ее губам и накрыл их своими. Он вложил в поцелуй всю страсть, которую испытывал.

Только на этот раз не ожидая смерти.

Как только их языки соприкоснулись, Треан и Беттина в порыве безумия начали срывать друг с друга одежду, сплетаясь руками, спеша прикоснуться к обнаженной коже.

Он отстранился, чтобы полюбоваться своей обнаженной Невестой. Ее упругая кожа светилась, глаза сверкали. Когда Беттина потянулась к нему и провела кончиками пальцев по его груди, Треан ощутил исходящий от них жар — магия нагрела ее ладони.

Чародейка, жаждущая своего мужчину.

Опустив голову, он прижался губами к одному ее соску, потом к другому, все выше и выше скользя рукой по ее бедру...

Она шире развела ноги, словно ей не терпелось ощутить его прикосновение.

С благоговейным стоном Треан положил ладонь на ее влажное лоно, лаская, каждым томительным поглаживанием демонстрируя, как он ее обожает…

— Треан, — задыхаясь, прошептала Беттина. — Как ты можешь... как ты можешь так долго ждать?

Он прохрипел прямо в ее грудь:

— Боги, я люблю твои вопросы, женщина!

В ту же секунду он навис над ней. Когда Треан вжал член в ее влажную расселину, Беттина обхватила нежными ладошками его лицо.

Смотря ему в глаза, она прошептала:

— Ты можешь делать со мной все, что угодно, Треан. Я твоя, только твоя. Навсегда.

Наконец-то! Слова его мечты...

Перекинув блестящие волосы через плечо, Беттина обнажила восхитительный изгиб своей шеи.

— Все, что угодно, вампир.

Клыки Треана пульсировали.

— Если бы ты только знала, как сильно я жаждал этого... я не хочу причинять тебе боль.

— Не причинишь.

— Это больше, чем жажда, dragг. Я страстно желаю вкусить твою жизненную силу. Мне нужно навсегда соединить ее с моей.

— Так сделай это.

Я действительно укушу ее? Она хотела его, приняла во всех отношениях. И он проведет вечность, благодаря ее за это.

Должен укусить ее так, чтобы она получила удовольствие.

Несмотря на дрожь нетерпения, он не торопясь погрузился в ее тугое лоно… медленно, горячо, влажно скользнув до конца. Треан вскрикнул от шокирующего наслаждения, наслаждаясь ее ответным хриплым стоном.

Находясь глубоко внутри нее, он опустил голову, прижавшись ртом к нежному изгибу ее шеи. Нежно лизнул кожу, подготавливая Беттину к укусу.

Чтобы взять ее кровь, заявляя права на ее тело. После веков ожидания, фантазия станет явью.

— Бетт? — прохрипел он, все еще не веря.

— Сейчас, Треан. Сейчас!

Он еще шире открыл рот, его клыки еще сильнее удлинились. Треан нажал кончиками на пульсирующую вену...

Пронзил клыками кожу... с таким же медленным, горячим, влажным скольжением. Ее сладкая плоть окружила его ноющие клыки... настолько тесная, что Треан задрожал от наслаждения. Настолько тесная, что не пролилось ни капли крови.

Он начал пить из нее, и это ощущение было…

Чертовски идеальным.

Когда кровь Беттины коснулась его языка, Треан отчаянно застонал. От первого глотка он лишился рассудка.

Или обрел его.

Выгибаясь от наслаждения, пока он пил из нее, Беттина воскликнула:

— Треан! О-о, боги, да!

Он осторожно двигался меж ее бедер, продолжая глоток за глотком впитывать ее сущность... быстрый, обжигающий поток, бегущий по всем его венам.

С каждой каплей тоска последних недель таяла, столетия одиночества отступали.

Вкус его женщины — коктейль из магии, тепла и тайны. Волшебство, пропитавшее ее кровь, сейчас танцевало в жилах Треана, оживляя его тело и душу. Беттина este viaюг.

Зажмурившись от наслаждения, Треан резко вошел в нее, одновременно делая большой глоток. Лучше всех фантазий!

Но его глаза открылись, когда он почувствовал, что Беттина вот-вот кончит, Треан ощутил, как ее лоно сжимается вокруг его члена…

Когда вампир пронзил клыками ее плоть, Беттина задрожала от шока.

Как клеймо, они обожгли ее чистым, горячим удовольствием. Как клеймо, они безвозвратно изменили ее.

Его укус оказался губительным, доставляющим столь совершенное удовольствие, что Беттина осознала — теперь она всегда будет жаждать еще.