Я встану, в сапоги обуюсь —

Восходом солнца полюбуюсь.

Петух в деревне не поет,

Спят псы, спят птички-попрыгуньи.

А солнце что-то не встает.

Должно быть, очень устает —

Пересияло накануне!

Лишь чья-то голова в овсе,

Как будто и не солнце вовсе.

Да нет — оно во всей красе:

"Я — здесь! И вы на месте все",—

И в колею свою вошло всё.

1974

За языческим бугром^{578}

За языческим бугром

Что-то ищут два солдата,

То привстанут, то прилягут…

В стойку вытянулись "смирно":

"Здравия желаем!"

Я им:

"Что вы ищете, ребята?"

— "Ягод!"

Мирно ищут ягод,

Да находят маловато.

Подевались все куда-то.

Их всё меньше с года на год

За языческим бугром,

За которым так эфирно,

Эфемерно, но пунктирно

Зыблется аэродром!

1974

"Конечно, При первом знакомстве…"^{579}

Конечно,

При первом знакомстве

Мы искренней были гораздо

Во время бессвязных признаний,

Но вслед за весенними снами

Не то что становится с нами

Природа всё скрытней и скрытней,

Но, видимо, жажда познаний

Становится всё ненасытней,

Чтоб истине быть самобытней!

(1975)

Открытие^{580}

Парусная каравелла

В океане целый месяц,

Яростная Изабелла

^[441]

Думает: "Проклятый генуэзец

^[442]

!"

Будь спокойна, Изабелла!

Точно там, где мы предполагали,

Чтобы ты, смеясь, их разглядела,

Антиподы

^[443]

ходят вверх ногами!

И летит Колумб, как сизый голубь,

Дружелюбней всех посланцев божьих,

А закат алеет, словно желоб,

Полный кровью грустных краснокожих.

Анды еще не Анды,

Кордильеры еще не Кордильеры,

И еще не вышли на веранды

Прохлаждаться кавалеры…

(1975)

Мгновенье^{581}

"О, не зевай!" —

Мне Время говорит,

И ночь светла становится, как будто

С натуры я пишу метеорит,

Летящий с неба целую минуту.

Нет, не минуту — что я говорю! —

А будто замирает он на месте

На целый век, и вместе с ним горю

Я в небесах,

И гасну

С ним я вместе!

(1975)

"Старость Восседала молодая…"^{582}

Старость

Восседала молодая,

Гордая за письменным столом,

Будто бы ничуть и не седая,

Потому что вся она

В былом!

(1975)

Цветочек^{583}

Цветочек!

Откуда взялся этот чудный цветочек по имени "роза"?

Угроза грозы намечалась,

Но мне надоело: всё грозы и грозы, довольно об этом!

К тому же и сам я грозился, что этим сверкающим летом

Написана будет громоздкая книга грохочущей прозы.

Но вместо того получилась лишь скромная книжка ритмических строчек

Как будто заглавную букву "Грозе" отрубил я,—

И вместо грозы оказалась одна только роза —

Цветочек!

(1975)

"Как Тихо, чинно, постепенно…"^{584}

Как

Тихо, чинно, постепенно,

Медлительно и тяжело

Шипучая венчает пена

Волны могучее чело,

Так

До сознания, до слуха

Труднее, чем на небо взлезть,

Подобно колоколу, глухо

Глубинная доходит весть.

(1975)

"Галилей Ослеп от старости…"^{585}