Слова не одни ли и те же
В окошко стучат как дожди.
Всё чаще и чаще
Ничем не венчается день,
Всё чаще и чаще
Ничем не кончается ночь.
И что ни надень,
А ничем не помочь!
Хоть тогу надень, хоть медвежью доху, хоть навыпуск рубаху
Хоть шапку напяль Мономаха
[493]
затем, чтоб усилить родство,—
Всё чаще и чаще,
Всё пуще и пуще молчащий
Всё реже и реже
Похож на себя самого!
(1980)
"Это я, может быть, превращусь в горстку пепла…"{664}
Это я, может быть, превращусь в горстку пепла,
Которая развеется на ветру,
Но, чтоб он не попал тебе прямо в глаза и от слез, хоть на миг, ты не слепла,
Может быть, даже я, даже я не умру, не умру,
А останусь на белом свете пусть даже тенью,
Потому что надеяться может даже и тень —
На неувядающее соприкосновенье
Со сладчайшим дыханьем твоим в светлый день!
И не знаю, какой тебе нужен крест — из камня, или металла,
Но твердо знаю только одно:
Я тебя видел, как ты прилетала
Из Нескучного сада
Тогда
В окно!
(1980)
"Прилетел в окошко мотылек…"{665}
Прилетел в окошко мотылек
И у рук моих доверчиво прилег.
Прилетела вслед за ним пчела,—
Может быть, Тобой она была!
И покуда сам я не исчез,
Я не трону никаких живых существ!
А ручьи?
Вы воплощенья чьи?
А цветы?
Ведь это тоже Ты!
(1980)
С улыбкой на устах{666}
Унылые места,
Где в небе пустота
И вся земля в крестах,
А солнце и луна
Валяются в кустах.
Но так не навсегда!
Настанут времена —
И станут на места
И солнце и луна.
А облаков стада
С цветами на рогах,
С кометами в хвостах
Пойдут пастись в лугах
С улыбкой на устах!
(1980)
Оглянувшись назад{667}
"Хватит
Перья кусать!"
Молвит Время, летя:
"Поспеши записать, хоть вчерне набросать
Всё, что помнишь, грустя, полстолетье спустя.
Оглянувшись назад!"
Опасенья грозят:
"Всё ли сможешь связать
Во единый отчет?"
Да, ты должен дерзать!
Всё ты должен сказать на столетье вперед,
Оглянувшись назад
На Семнадцатый год!
(1980)
"Весною ранней…"{668}
Весною ранней
Смутно раздраженный,
Иду я, безвозвратно погруженный
В разгадыванье словосочетаний,
Рождаемых умом моим усталым,
Медлительно, как сани и телега,
Когда клубится над вербой и талом
Дым, пахнущий не печью, не металлом,
А просто снегом,
Падающим с неба.
Сатир и нимфа{669}
Околдованная его дудой,
Очарованная песней-басней
(Он назвал тебя звездой!),
Ты, забыв, что он сатир седой,
Ошибиться не могла прекрасней!
А обнять себя ты не дала
И его ручищу отвела,
Несмотря на нежность песни прежней,
Истина была (ты поняла!)
Злее всякой лжи и безнадежней!
Но недолго, злейшая из злых,
Эта истина торжествовала в мире:
Дикий хрип дуды его затих…
А певцы уже гремят на лире
Вновь и вновь да всё о вас двоих —
Лишь о нимфе песнь да о сатире!
Мир искусства{670}
А кому какое дело
До оставшихся здесь книг,