— Достаточно, — изрекла дамочка. — Вам вверх по лестнице, кабинет направо. Вас ждут.

Амбал проводил уважительным взглядом, дамочка на ресепшене слегка побледнела. Антон знал, что в звериной ипостаси выглядит куда внушительней, чем в человеческой.

Действительно ждали. Двое.

В кресле у стола сидел Ингмар, прихлёбывал чай. Второй, по виду ровесник Антону, сидел за столом, и, внимательно вглядываясь в монитор компьютера, лихорадочно дергал мышку по коврику. Динамики тихонько попискивали и хрипели.

"Играет. В стрелялку какую-то или гонку", — догадался Антон.

Впрочем, при появлении Антона занятие свое игрок прекратил, отпустил мышку и выпрямился в кресле.

— Господин Костин?

Кивнул в знак согласия, еще один кивок бросил Ингмару в качестве приветствия.

— Замечательно. Позвольте представиться, Олег, Координатор по Сибирскому округу.

Антон удивился, конечно, но ничем удивления не выдал. Олег, значит. Координатор. Мужчина лет тридцати, с азартом изничтожающий виртуальных монстриков, родился на самом деле где-то в позапрошлом веке и вполне мог сопли главе Ингмару подтирать. Кивнул вторично.

— Что, Антоша, надумал, значит? — подал голос главный кот клана. — Давайте сразу к делу. У меня сегодня еще важная встреча. Кстати, Олег, ребята волнуются, тебя требуют. Чуть до драки не дошло. Каждый одеяло на себя тянет.

— Разберемся. Сначала с вашей лицензией утрясем. Так что, господин Костин, вы подтверждаете свое требование, заявленное в устной форме главе клана? Берёте ответственность на себя и подтверждаете, что принимали решение, находясь в твердой памяти и здравом уме?

Дальше Антон подписывал какие-то бумаги, чем-то клялся и что-то подтверждал. Получал инструкции. Выяснилось, что придется уехать. В какой-то Заречец, в какое-то специальное место. Наконец, помурыжив минут двадцать расспросами насчёт серьезности решения и готовности отвечать, выдали два разрешения. К тому времени Антон уже весь взмок и сам не знал, серьезно ли он всё это затеял или в последний момент… Нет, на последний момент права у него не было.

Первое разрешение оказалось на проведение обряда и выглядело казенной справочкой из какого-нибудь СОБЕСа. Даже печать стояла — слегка смазанная синей штемпельной краской. И за размашистой подписью Координатора Олега.

Вторая выглядела куда солидней — собственно даже не разрешение, а целая подшивка из трех личных дел. Три досье на людей, которые, как Антону объяснили, в ближайшее время всё равно должны с наибольшей вероятностью погибнуть, а так хоть польза будет. В общем, выбирать любого.

Антон кивнул, свернул досье трубочкой и сунул во внутренний карман куртки.

Сказал или не сказал "спасибо", позже не сообразил, а уже дома внезапно понял, что лица Координатора не помнит. То есть тот вроде светловолосый, голубоглазый… или нет? Русый и смуглый? Впрочем, какая разница. Шифруются, как умеют. В конце концов, Координатор итак фигура почти мифическая. Наверно, есть резон.

На пороге дома уже и думать забыл про Олега и прочие клановые дела.

— Ин, мне нужно будет уехать из города, надолго, на две недели приблизительно. А вас со Славкой ко мне потом переправят. Буду заниматься подготовкой обряда. Может, взять няню тебе в помощь?

— Справимся. У Лены отпуск с понедельника, она обещала приехать помогать. Не трать лишние деньги, — инкино лицо просияло решительной надеждой. Ей только и нужно было, чтобы сказали — шанс есть. А дальше она сама.

Знала бы она, сколько этот шанс стоит.

Досье были до неправдоподобия подробные, включая совершенно бесстыжие самые мелкие детали. Например, про первого кандидата в жертвы, некоего Виталия Захарова, Антон узнал, что тот привычку имеет надираться в полном одиночестве по субботам и затем при должной кондиции гулять по двору и гонять бабок, а после целое воскресенье опохмеляться и слезно вымаливать у тех же бабок прощение, но уже в понедельник являться на работу как ни в чем не бывало, при костюме и в свежей сорочке. В общем, понятно, если брать, то брать тепленьким и в квартире где-нибудь вечерком в субботу. Откроет как миленький. Еще и составить компанию предложит.

Второй кандидат порадовал полной неудовлетворенностью своей сексуальной жизнью и через это привычкой клеить женщин на одну ночь в каких-нибудь дешевых придорожных кафе. Как следствие, переболел гонореей и ещё чем-то из "букета" богини любви.

Третьей жертве всего двадцать пять. Миловидная довольно, и единственная из троих внушала Антону стойкую симпатию. Сразу видно, девочка серьезная и порядочная, а из "бесстыжих" мелочей разве что привычка читать и грызть одновременно какие-нибудь сладости в постели.

Странно, но пока кандидатов жаль не было. Может быть, оттого, что у того же Виталия помечено — в ближайшее время должен будет в пьяном виде забыть потушить сигарету, спалить квартиру и задохнуться в дыму… Девушку вроде собьют на дороге.

Или потому, что Слава проснулся и за стенкой просил маму почитать сказку.

***

Луна висела в небе толстая, тяжелая, до окончательной полноты ей не хватало нескольких дней.

Висеть-то висела, только вряд ли кто её видел. Небо затянуло толстым одеялом облаков, снег… не снег даже, так, крупка, сечёт с самого утра, никак толком не организуясь в нормальный снегопад. Но луна всё-таки почти назрела. Антон её прекрасно чувствовал. В такие дни он всегда ощущал неприятную тревогу, дань своей второй, животной природе, тосковал даже. Нечто, смутно называемое "голосом крови", настойчиво звало… куда-то. Кого-то выслеживать, загонять, пить чью-то еще горячую, дымящуюся в ночи кровь.

Впрочем, сейчас было слишком холодно, чтобы всерьёз мечтать об охоте. Да и не охотился Антон на самом деле ни разу в жизни. Так, домашнего кролика загрызть, когда очень хочется, или голубей погонять. А где под Нововерском вообще охотиться? Бежит дикий зверь от города, за свою шкурку опасается.

Антон стоял в подворотне, под козырьком, курил и смотрел на мельтешение крупки вперемешку с нормальными хлопьями в воздухе. Подворотню неумолимо заметало, мусорные бачки скрылись под белыми шапками, далекий фонарь светил натужно, сквозь полудрёму. Оставалось еще приблизительно двадцать минут.

Антон ждал.

Вот как восемь лет назад. Даже погода стояла такая же, разве что снег чисто символический. И, конечно, была луна.

…Реку просто выморозило до дна. Рекордно холодная зима, сказали синоптики. Димка, идиот, опять где-то застрял, задерживался уже на час почти. Антон пританцовывал на снегу, лапы мерзли неимоверно, всё-таки пантеры не слишком приспособлены жить в Сибири. Дрянь тут, а не жизнь пантере, если откровенно. Ну Димка, ну, козёл, если окажется, что опять застрял у подружки — прибить гада на месте. Отморозил мягкие подушечки, когти застекленели, лишний шаг сделать боишься — сломаешь к саатовой матушке. Пять километров от города, в паре километров — поселок с красивым и лживым названием "Райское". Там есть магазин, только ночью не работает, конечно. Даже забежать погреться некуда.

Антон решил ждать еще десять минут, а потом валить назад, домой. Хруст снега заслышал издали, мягко отошёл к кустам, слился с темнотой, но всё же любопытно. Шаги легкие, испуганно-быстрые, ровные. Женщина. Чего женщине делать среди ночи в двух километрах от деревни? Затаил дыхание, позволил себе высунуться — всё равно она в темноте вряд разглядит. Девушка молоденькая оказалась. Красивая. Не обычной красотой молодости, не свежестью, а такая… правильная, что ли…. Настолько, что аж дух перехватило.

Такая вся… Глаза большие, в мохнатых ресницах, а с ресниц легкий снежок смаргивает, но он тает, оседает капельками — как слезинками, на щеках. Губы ласковые, изогнутые луком. Носик ровный, небольшой… Кукла или картинка… Как-то так. С ума сойти, чтобы такое чудо — и среди леса! Ночью!

Наверно, по мозгам капитально шарахнуло, потому что на тропку вышагнул, не подумав абсолютно. Она вполне ожидаемо взвизгнула, отшатнулась, уронила сумку в снег. И неожиданно — упала. На четыре лапы. Чёрная, желтоглазая, тонкая и легкая — и пантерой тоже красивая. Мельче гораздо Антона, моложе года на два, вообще скорее игрушечная, чем хищная. И зарычала тоже не угрожающе, а недоуменно и с заметным испугом. Что, дескать, делаешь здесь, чужак? Мне удирать со всех ног или пощадишь?