Примерно в пяти километрах от Третьего Рима, чудесную инопланетную связь с городом словно ножом отрубило, как видео канал, так и голосовой. Без каких бы то ни было затуханий и помех в эфире. Делаешь шаг вперёд и прекрасное, без лишних шумов, соединение тут же рвётся, отступаешь назад и гул голосов, понабившихся в операторскую "допущенных лиц" опять с тобой.

А ведь там в этот момент был настоящий аншлаг, который сменился тихой паникой, когда изображение, транслируемое с камер моего костюма, внезапно исчезло с мониторов. Я ведь тоже не сразу понял, что собственно произошло. Пришлось даже возвращаться, по нашим следам и искать ту самую "границу".

На срочно собранном по нашему возвращению совещании, коллеги пришли к единому выводу, что, то, что называлось в меню инопланетного компа "Радиосвязью", таковой либо не является, либо она искусственно ограничена доставшейся нам в наследство от города аппаратурой, либо это очередная аномалия. Договорились то Ленксли попробует собрать из подручных материалов переносную станцию и только после её испытаний мы, будем принимать какие-либо серьёзные решения или спорить до хрипоты.

Впрочем, этот короткий выход принёс свои результаты и рад им был в первую очередь Свен, которому наконец-то спустили сверху указание готовить лодки к спуску на воду. На реку мы отправились не случайно, ведь именной к ней, а точнее за неё Сапанидис хотел увести своих людей. Он в окружении свиты уже встречался с Бросковым как представитель своих людей. Именно "своих" на чём он делал акцент и выдвинул требования: немедленно выпустить их из города, не препятствовать тому, чтобы они забрали с собой всё, что посчитают нужным и не мешать им наставлять остальных на путь истинный.

Естественно товарищ начальник грека круто обломал. Во-первых, о том, чтобы они забирали что-либо по собственному усмотрению, не могло быть и речи. Третий Рим был готов снабдить сепаратистов эллинов запасами необходимыми им на первое время, а также несколькими единицами оружия и поддерживать дружеские и торговые отношения с новым поселением, однако самовольничать Эгею никто не разрешит.

Хотите жить "на земле" по заветам предков — пожалуйста. Мы идём им на встречу. Но вот растаскивать материальную базу города в таком случае — не стоит.

Во-вторых, до тех пор, пока не будет проведена нормальная разведка местности, ни о каком переселении, тем более за реку не могло быть и речи. Бросков чётко дал понять всем представителям эллинов, что они мягко так скажем не очень хорошо понимают сложившуюся ситуацию, а также слабо представляют себе куда именно занесла их судьба.

Вести людей на убой словно стадо овец Сепанидису римляне не позволят. В подтверждение своих слов, Бросков продемонстрировал отредактированную запись моего боя с монстром из центра города.

Судя по реакции — впечатлило. Дураками люди в окружении грека небыли и погибать просто так, "ни за что" — не хотели. По словам Броскова, Эгею очень не понравилось то, что это обращение было нацелено в первую очередь на его свиту. Они тут же подрастеряли мотивацию получить всё желаемое здесь и сейчас, а потому скорее всего какое-то время будет сдерживать своего властолюбивого патрона от необдуманных шагов. Так что по этому пункту пришли к соглашению, что переселение станет возможным только после тщательной к нему подготовки. Которая закончится тогда, когда это решат римляне.

Ну и, в-третьих. До сведения верхушки эллинов было доведено, что если они продолжат баламутить воду и подстрекать тех, кто уже решил остаться в городе к уходу вместе с ними, попытаются организовать бунт и как-либо по-другому будут препятствовать работам служб, то разговор с ними будет короткий. Бросков особо акцентировал внимание Сепанидиса на том, что именно он в первую очередь будет наказан, если не прислушается к словам главы Третьего Рима. А также намекнул на то, что секреты эллинов, для него секретами не являются.

Пока не известно, осознал ли Эгей сказанное, но эллины поутихли и на первый план в очередной раз вышла проблема "Варваров". В их и так аморфной среде произошёл раскол, и они разделились на две более мене монолитные полфракции, образовавшиеся вокруг выделившихся в их среде лидеров.

Первых мы назвали "Гунами" — потому как их лидером являлся Гарам, бывший, по его словам, сподвижником самого Атиллы, а во-вторых, все они были кочевниками. Зная о намерениях эллинов уйти из города, он сам заявился в штаб к Юстициану потребовал встречи с вождём. Вождь не отказал и принял и на встрече Гарам выразил желание его людей тоже покинуть из Третий Рим. И тут же потребовал предоставить его людям — женщин, можно "кукол", лошадей и фураж с припасами. Оружие достойное мужчин, по его словам, они сделают себе сами.

В первом ему естественно отказали. Уход из города дело добровольное и насильно никого уводить римляне позволять не собирались, а то ещё чего доброго — войдёт в привычку. А вот над средствами передвижения и всем остальным Бросков обещал подумать.

Вторые получили кличку "Тумба-Юмба", что полностью описывало их контингент. Дикари, канибалы и прочие асоциальные личности возглавляемые неким Мабусой, сразу же после размежевания с Гунами сбились в шайку и напали на вигилов из полицейского патруля. Завладев оружием и пленниками, Тумба-Юмба попыталась самостоятельно выбраться из города и у части из них это даже получилось. Не один я такой умный.

Впрочем, дежурные снайперы-легионеры Юстициана, просто перестреляли их как в тире покуда они были на выжженной полосе вокруг города. Не ушёл никто. Остатки банды забаррикадировались в одном из пустых зданий и сейчас сидели там, окружённые бойцами Смита.

События в городе развивались с какой-то нездоровой, бешенной скоростью, но то была головная боль совершенно других людей. Я же в очередной раз отсыпался, потому как на вечер был запланирован второй за этот день выход за стены. Наш первый глубокий рейд, в который опять должны были пойти я и Ариэль.

Этот маршрут так же был ознакомительным. Его инициировала Марджи, которой кровь из носа срочно требовались для работы образцы почвы, воды, флоры и фауны на удалении от города. Бросков тоже не упустил своего и попросил раз уж учёным требуются подобные пробы, совершил небольшой марш-бросок по десяти-двенадцати километровому радиусу вокруг города, заодно разведать побережье и дельту реки.

Причём видя моё явное недовольство тем фактом, что маршруты следования и цели даже не согласовываются со мной, а просто спускаются сверху, облачённые в такую форму что остаётся только взять под козырёк, Иван только развёл руками. Мол: "Нехорошо конечно, но что поделаешь…"

В общем, пришлось мне доходчиво объяснить руководству, что "так не делается", тем более что такой далёкий рейд без связи с городом проводить очень рискованно. Впрочем, надо сказать, что частично эту проблему Ленксли, а точнее один из его программистов уже успел решить. Он, Сашок, а точнее перс по имени Касандэр, написал для фантомов стороннюю программку "шагометр" на основе нефункционального ныне блока картографии, имеющегося в операционной системе бронекостюма.

Решение было довольно простое и между тем изящное. Город помечался как заранее известная нулевая точка, а шагомер, ориентируясь на максимальную дальность шага носителя, запоминал пройденный путь и выстраивал линию перемещения в координатной сетке относительно Третьего Рима.

И всё равно! Подобными походами, мы ничего не добьёмся. Меня выслушали, приняли к сведению и клятвенно пообещали, что как только разрешится кризис с варварами и эллинами, дальнейшее планирование операций будет исключительно за мной. Тем более, что я буду наиболее информирован о состоянии дел за границами работы связи. Я сделал вид что поверил.

— Командир, а можно вопрос? — спросила Ариэль.

Перемещались мы след в след, то и дело огибая могучие древесные стволы и ловко перепрыгивая через корни. Мы следовали северному направлению и уже успели углубиться в лес километров на шесть, двигались довольно легко и быстро, если конечно учитывать тип местности. Снайперки закинули за спины, шли с пистолеты в руках и включённым оптические камуфляжем.