— Да, именно так, — выдохнул он. — Но ты же, твою мать, все равно у нас идеальная, не так ли, Колокольчик?

— Ты сказал, что больше не любишь меня…Ты выпивал, играл в азартные игры, ты сам закрылся от меня…

— Потому что я страдал! – заорал он, ударив кулаком в светильник, который перелетел через комнату. — Я просто умирал внутри себя!

— Но ты даже не поговорил со мной! — закричала я. — Господи, Макс, ты даже не рассказал мне, что случилось, ты просто продолжал отталкивать меня!

— А ты должна была вести себя как моя жена! — сказал он, и его сильный красивый от природы голос сорвался. — В горе и в радости, разве нет? Я просто погибал, но ты не захотела быть рядом! Я знал, что поступал плохо, но я не мог тогда трезво мыслить. Я просто был сломан, и даже не понимал, кто я. Но я думал….

Он увидел, как слезы побежали ручьем по моим щекам.

— Я думал, что ты будешь бороться вместе со мной, но ты сдалась! Ты просто ушла!

— Я узнала, что беременна, – всхлипнула я. — В ту ночь, когда ты сказал, что больше не любишь меня, я узнала, что у меня будет ребенок. Я не могла смириться, Макс. Все было так не справедливо.

Не успел он ответить, как в дверь постучали.

— Белла, открой!

Черт, это Тайк.

Я наклонилась и подобрала одежду, поспешно натягивая ее на себя. Макс стоял в расстегнутых джинсах и не шевелился, с удивлением глядя на меня. Я подошла к двери и приоткрыла ее. Тайк и Пиппа пытались заглянуть в квартиру.

— Что здесь происходит? — спросил Тайк.

— В-в-в-все в порядке, — выдавила я из себя сквозь слезы.

— Нет, не в порядке. Все, хватит. Расходитесь, — потребовал он.

Макс схватил его за грудки и пробормотал:

— Да вообще не вопрос.

И направился к двери. Я пыталась окликнуть его, но мой голос настолько ослаб, что от него остался лишь сдавленный шепот. Когда Макс проходил мимо Тайка, он обернулся и посмотрел на меня.

— А ты когда-нибудь задумывалась о том, что наш ребенок мог спасти меня?

Мое сердце просто взорвалось на тысячу осколков.

— Нет, ты не задумывалась. А все потому, что тогда ты уже поставила на мне крест.

И он ушел.

Я упала на колени и горько заплакала.

~*~*~*~

— Еще выше, мамочка!

Я сильнее толкнула качелю и улыбнулась, когда моя дочь завизжала от радости.

Сегодня я привела ее сюда, чтобы попытаться избавиться от навязчивых мыслей о моем жестоком вчерашнем поведении. Я много раз брала телефон, чтобы позвонить Максу и все объяснить, но не знала, как это сделать. Я обидела его. Я не видела его таким расстроенным с той ночи, когда весь мир изменился для нас. Он прав, и это гложет меня больше всего. Я ведь обещала ему, что всегда буду с ним, что бы ни случилось, но когда настал сложный момент, я просто сбежала.

Я просто идиотка. Я ведь никогда даже не задумалась о том, какая доля лежит на мне, когда разрушился наш брак.

— Пойдем на горку! — закричала Имми, когда качеля остановилась.

— Хорошо, милая.

Я направилась за ней, и последующий час мы играли в догонялки. Когда мы закончили, я чувствовала себя как выжатый лимон. Потом мы купили мороженое и отправились домой на обеденный сон.

Уложив малышку, я начала размышлять о своем следующем шаге. Мне нужно поговорить с Максом. Действительно поговорить, а не устраивать состязание, кто кого перекричит. Мне нужны ответы. Я должна знать, что случилось той ночью. Я должна узнать, что, черт возьми, пошло не так.

— Привет.

Сидя на диване, я подняла глаза и увидела Пиппу, которая стояла, прислонившись к стене.

— Привет, Пип, — я выдавила из себя улыбку.

Она вошла и села рядом со мной.

— Как ты себя чувствуешь?

— Ты имеешь в виду вчерашний скандал с моим мужем?

Она кивнула:

— Да. Ты была так расстроена, я переживала за тебя.

— Я допустила огромную ошибку, Пип. Я глубоко ранила его, совершенно не осознавая этого.

— Кое-что я слышала. Весьма сложно было не услышать. И что ты чувствуешь после его слов?

Я скрестила ноги и посмотрела на свои ладони.

— Чувствую себя просто законченной дурой. Он прав, я просто сбежала при первой же трудности.

—У тебя были на то причины. Нельзя сказать, что это была полностью твоя вина, или его. Я думаю, что вы оба страдали, у вас была очень сложная ситуация.

— Но просто исчезнуть, когда он нуждался во мне, а потом вернуться через пять лет…с ребенком…Чем больше я об этом задумываюсь, тем больше понимаю, что все это не правильно.

Она взяла меня за руку.

— Вы оба совершили ошибку, и ты сделала то, что на тот момент посчитала нужным. Поверь, иногда мы осознаем, что поступаем не правильно до тех пор, пока тебя нас упрекнут в этом. Ты действовала инстинктивно, ты хотела защитить свою маленькую дочь. В этом абсолютно нет ничего плохого.

— Но ему было тяжело, — в моем голосе появился металл, — а я просто подвела его.

— О, дорогая.

— Я должна все уладить, Пиппа, но я не знаю, как.

— Единственный способ – это все с ним обговорить. Но, мне кажется, что сейчас вам обоим нужно время.

Я посмотрела в глаза подруги.

— Думаю, что у меня нет времени. Я встречусь с ним на выходных, Пиппа. Мне нужно покончить со всем этим ради Имоджен.

Она улыбнулась и сжала мою руку.

— Делай то, что должна.

Она притянула меня к себе, и мы обнялись.

Боже, надеюсь, я поступаю правильно.

Бела захохотала, когда я опустился на одно колено и томно взглянул на нее. Она думала, что я шучу, но я был абсолютно серьезен. Я хотел жениться на этой девушке больше, чем дышать. Я заглянул в ее кристально-голубые глаза и понял, что она - та единственная, за которую я всегда буду сражаться. Я был уверен, что с каждым годом моя любовь будет становиться только глубже, сильнее и крепче. До тех пор, пока я не пойму, что лучше уже быть не может.

На самом деле, может. Всегда.

И вот я стою на одном колене перед ней. Мы пришли в парк и катались на качелях словно маленькие дети. Мы всегда много веселились, и я просто обожал ее за то, что она привносит в мою жизнь столь простые и радостные вещи, что, порой, искренне недоумеваешь, как же ты жил раньше без всего этого?

— Макс, — смеялась она, глядя на меня сверху озорными глазами. — Хватит уже прикалываться надо мной.

— А кто сказал, что я прикалываюсь, Колокольчик? — спросил я с серьезным видом.

Улыбка мгновенно сошла с ее лица и в глазах заблестели слезы.

— Макс, — хрипло сказала она.

— Надеюсь, ты не думала, что я собираюсь провести остаток своей жизни, так и не сделав тебя своей?

Она закрыла губы ладонью, на которую потекли слезы.

— Боже, Колокольчик, ты настолько милая и нежная, что у меня сердце разрывается. Я уже физически не смогу прожить без тебя и дня. Благодаря тебе, все…. — мой голос задрожал от эмоций, стал хриплым и я почувствовал комок в горле.

Черт, как-то все коряво выходит.

Я засунул руку в карман и достал оттуда маленький футляр с кольцом, который носил с собой уже два месяца в ожидании подходящего момента. Не знаю, почему я решил, что идеальный момент именно сегодня, но раз уж так вышло, мне нужно показать, как она изменила мою жизнь за последние три года. Она была для меня всем, и даже больше.

— Макс, — повторила она натянутым голосом. — Ты меня убиваешь сейчас.

Я глухо засмеялся и взял ее за руку.

— Это действительно правда, Колокольчик. Если ты согласишься, я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать твою жизнь счастливой. Если нет, то я, наверное, умру.

Она тихо засмеялась.

— Ты не оставляешь мне выбора.

Я расплылся в улыбке.

— Возможно, по мне не скажешь, но я хочу получить искренний ответ от чистого сердца. Ты выйдешь за меня?

На ее лице появилась широкая и красивая улыбка.