Медная кожа и нефритовые волосы Кивы выдавали в ней уроженку джунглей. Ее красота смешивалась с пышной листвой, а движения, казалось, вторили переменчивым теням. Зеленоватая кожа, покрытая чешуйками, жабры на шее и перепонки между пальцами делали человека подходящим обитателем места, в котором воздух смешивался с водой.

Чешуйчатый маг остановился, чтобы передохнуть, опираясь на свой посох. Несколько мгновений единственными звуками, доносившимися до путешественников, были голоса болота, слабый треск энергии, окружавшей посох волшебника — живого, замороженного угря, твердого, словно мифрил — и сбившееся дыхание Ахлаура.

— Воздух разрежен. Двести лет, проведенные в воде не могут быть забыты в считанные дни, — огрызнулся он на спутницу, словно она упрекнула его в слабости.

Кива подняла руки, словно защищаясь.

— Эти заросли всегда были неприятным местом для людей. Ты был здесь прежде и, разумеется, помнишь об этом.

Тонкие губы Ахлаура скривились в усмешке.

— Не таким уж неприятным. Чужаки мрут тут также легко, как в любом другом месте.

Дикая эльфийка отбросила свое отвращение, заставляя лицо оставаться спокойным.

— Мы отправимся дальше сразу же, как ты будешь готов.

Они двигались вглубь болот Килмару, на место первой великой победы Кивы. Сумерки сгустились над болотом, когда пара приблизилась к быстро бегущей реке, окаймленной глубокими ущельями. Остатки моста, вырубленного из единого огромного бревна, были переброшены с берега на берег.

Ахлаур рассматривал скелет трехрогого существа, распростертого на почерневшем дереве. Лицо некроманта приняло мечтательное выражение, словно он заблудился в приятных воспоминаниях.

— Монстры Чулта — я почти забыл это заклинание! Привести их сюда было довольно трудно, но оно того стоило. Дикие эльфы никогда прежде не видели подобного. Довольно забавное зрелище.

— Не сомневаюсь, — резко сказала Кива. Эльфийка ткнула на противоположный берег. — Сюда.

Некромант разглядывал стену непроходимого на первый взгляд леса.

— В последний раз, когда я был здесь, все было не так. На фоне деревьев возвышались террасы садов.

— Двести лет, — напомнила ему эльфийка. — Джунгли вбирают в себя все, и ничего не забывают.

Ахлаур окинул Киву резким взглядом.

— Звучит, как предупреждение. Это подозрительно, Кива.

— Пословица, — сказала она мягко. — Нечто подобное часто говорят джордайны. Пока ты томился в изгнании, эти поговорки прилипли к языку Халруаа, словно комары к спелому плоду.

— Я так многое подарил Халруаа, — заметил Ахлаур. — Говорят, ни одно доброе дело не остается безнаказанным!

На ум Киве пришло сразу несколько ответов, но любой из них привел бы некроманта в ярость. Она с поклоном признала иронию поговорки, а затем повела мага через мост. Пройдя сквозь ребра грудной клетки существа Ахлаура, они нырнули в лес. Маг шел следом за эльфийкой, двигаясь давно забытыми путями ее народа, которые не мог увидеть ни один человек вне зависимости от степени магической одаренности.

С наступлением ночи, и дорога круто взбежала по склону холма. Пара обогнула несколько оврагов и ям — все, что осталось от внешних защитных укреплений эльфов. Наконец, они оказались посреди разрушенных стен древнего эльфийского города.

Лунный свет наполнял двор, задерживаясь на почерневших увитых виноградом руинах.

Ахлаур в смятении огляделся.

— Что здесь произошло? Если о эльфах в этой части страны было бы хорошо известно, я мог бы понять разграбление! Но это был тайный город! Разумеется, некоторые маги подозревали о его существовании, но маги и мародеры редко пьют из одной бутылки.

— Это не мародеры, Лорд Ахлаур. Это время. Время и силы Халруаа стали союзниками в этом разрушении.

— Я не люблю загадки, — предупредил он.

Киве понадобилась минута, чтобы подобрать слова.

— Уничтожение эльфов Халруаа не могло быть выполнено одним магом, даже таким мощным, как ты. Пока ты шел к власти, все в Халруаа смотрели в другую сторону, делая вид, что ничего не происходит.

Некромант окинул ее таким взглядом, словно эльфийка только что заявила, будто большинство деревьев — зеленые.

— Ты только сейчас открыла природу людей? Даже те, кто считает себя добродетельным, видит только то, что желает видеть. Особенно те, кто считает себя добродетельным! В конце концов, иллюзия, которая однажды была создана, должна быть сохранена.

— Да, мой господин, — согласилась она, хотя замечание некроманта не имело для нее особого смысла.

Над городом висела странная тишина. Маг и эльфийка прокладывали себе путь через груды кристаллических осколков, направляясь к сокровищу, которое некогда оставил здесь Ахлаур.

Кива остановилась у дверей эльфийского храма, с отвращением глядя на картину, развернувшуюся перед ней. То, что некогда было местом необычайной красоты и покоя, ныне напоминало заброшенный склеп.

Останки высились высокими кучами. Длинные, тонкие кости эльфов валялись вперемешку с массивными пожелтевшими скелетами людей, болотных гоблинов и даже таких существ, как птицы и крокодилы. Многие кости почернели и сломались, вероятно, при взрыве, который умный джордайн Андрис использовал, чтобы отбросить нежить. Кива задалась вопросом, как много времени потребуется поломанным и разбросанным во все стороны костям, чтобы собраться и преградить им путь.

Она посмотрела на Ахлаура. Некромант кивнул, и эльфийка шагнула за порог.

Вторжение заставило сработать охранные чары. Дрожь пронеслась по грудам костей. С ужасным грохотом нежить поднялась с пола.

Эльфийские кости заскользили по полу, откатываясь в сторону, пока останки других существ обретали форму. Глаза Кивы сузились, словно женщина пыталась сдержать радостный блеск, мерцавший в их глубине. Эльфы, чьи кости безжизненно лежали на полу, давно ускользнули из-под власти некроманта.

Чего, однако, нельзя было сказать обо всех остальных. Скелет цвета серого камня, чей приземистый и крепкий вид выдавал в нем бывшего дворфа, подхватил бедренную кость гиганта, размахивая ею, словно дубиной, и приготовился к защите. Пол вокруг немертвого дворфа извивался. Это орды гигантских змей и крокодилов двигались вперед, растягивая в злобных ухмылках обнаженные клыки. Все новые и новые скелеты присоединялись к рядам немертвого авангарда. Некоторые были целыми, некоторые представляли собой лишь части существ. Они хромали, катились или ползли к незваным гостям.

Некромант начал тихо скандировать заклинание, указывая на наступающую армию. Словно учитель танцев, он водил скелеты туда-сюда. Передовой отряд нежити разошелся, становясь лицом друг к другу и образуя две длинные линии.

По храму пронесся резкий треск. Это каждое из двуногих существ оторвало себе руку, поднимая ее над головой, чтобы образовать арку в знак почтения к своему хозяину.

Пройдя через жуткий строй, Ахлаур направился к самому священному и сильному месту храма. Эльфийка пошла за ним, с трудом подавляя отвращение.

Так много магии, и ради чего? Неужели люди никогда не усвоят, что некоторые вещи не стоит делать лишь потому, что у них есть на то возможности? При всем своем самоуспокоении, строгости законов и обычаев, жители этой страны ушли не далеко от своих Нетерезских предков.

Ахлаур резко остановился. Долгое время он в испуге смотрел на пустой алтарь.

Это был самый опасный момент. Все уловки Кивы должны были пройти испытание здесь.

Некромант с яростью уставился на нее.

— Где сфера?

Кива покачала головой, словно была слишком потрясена, чтобы говорить.

— Исчезла, — удивленно пробормотала она, наконец. — Должно быть, ее украли.

— Какой маг мог подобраться сюда?

Эльфийка подавила усмешку. Разумеется, Ахлаур думал, что лишь маг способен на такой подвиг!

— Не маг, мой господин, — поспешно сказала она. — Хотя, я слышала слухи…

— Говори!

— Люди поговаривают о целой армии не владеющих магией воинов. В основном, джордайнов.