Глава двадцать седьмая

Мы заходим в ресторан, и нас тут же встречает молодой парень, который любезно проводит к столику у окна. Отец усаживается рядом со мной и Вадима это нисколько не смущает. К нам подходит официант, протягивает каждому из нас меню, с которым Вадим уже наверняка знаком. Что касается меня, я с внимательностью просматриваю каждую страничку, хотя понятия не имею, чего желает моя душа. Отец останавливается на горячем блюде, а потом советуется со мной по поводу своего выбора.

Вадим все это время наблюдает за нами и его лицо нисколько не меняется. В какой-то момент, он обращается к отцу и предлагает ему заказать стейк с бокалом красного вина. Вот же хитрец! Запомнил мой сарказм по поводу стейка и вина! Я все также пытаюсь листать меню, но никак не могу сосредоточиться, потому что постоянно ловлю его взгляды на себе. В конечном итоге, заказываю себе легкий салат, Вадим останавливается на стейке с кровью.

— Варя, ты не выпьешь с нами? — спрашивает Вадим.

— Думаю, что нет.

— Жаль! Я думаю, что в такой замечательный вечер стоит позволить себе бокал красного вина, правда ведь Иван Андреевич?

— Конечно! Папа разрешает! — отвечает отец и после этой фразы настроение каждого из нас поднимается на более высокую планку.

Мне и вовсе казалось, что я вела себя глупо. Отец оставался спокойным, даже такое необычное место нисколько не могло его смутить. Я же все время поправляла платье, у меня вдруг прорезался непонятный кашель, а что уж говорить об обстановке. Это место казалось мне чужим и холодным, даже несмотря на то, что здесь я была с родными мне людьми. Я мечтала как можно скорее отсюда уйти, хотя все только начиналось.

Примерно через пятнадцать минут мне приносят салат, а еще через пятнадцать минут на столе появляется два красиво поданных стейка и бутылка красного вина. Все это время Вадим пытался хоть как-то разрядить обстановку. Он рассказывал нам о своей командировке, а потом и вовсе поведал истории, связанные с его путешествиями. Оказывается, в свободное время он много путешествовал. Почему я об этом не знала?! Даже интернет в свое время не поведал мне эту информацию…

После того как нам принесли заказ, мы приступили к еде, а в перерывах разговаривали о своих вкусовых предпочтениях. Вадим все также твердил, что он приверженец русской кухни, хотя иногда мог позволить себе морепродукты. Я внимательно прислушиваюсь к каждым его словам и понимаю, что не знаю о нем практически ничего. Вдруг он начинает обращаться к отцу, с просьбой рассказать ему как можно больше обо мне:

— Иван Андреевич, а расскажите мне что-нибудь еще про Варю! В прошлый раз вы многое мне рассказали!

— И что это ты рассказал Вадиму, пап? — вдруг перебиваю я.

— Да ничего такого. Рассказал про твои школьные годы и выпускной!

— А есть то, чего мне знать не нужно? — с ухмылкой спрашивает Вадим.

— Да ну что ты, Вадим, такого и не припомню. Варя всегда была спокойной девочкой, училась хорошо, не хулиганила, со школы тут же домой и за книги. Я всегда старался уделять ей как можно больше времени и внимания, а особенно в подростковый возраст.

— На счет этого я вам уже говорил, Иван Андреевич, вы отец с большой буквы! Мне такого воспитания не подарили, все время сам по себе был. Припоминаю в основном только студенческие годы, вот там-то было весело, а так и вспомнить нечего, — с унынием отвечает Вадим. Он словно тут же погружается в то время и даже на несколько минут замолкает.

— Ты, Вадим, так или иначе, человеком стал, на ноги поднялся, вот это главное. Таким делом серьезным занимаешься, большой дом, еще и на мир успеваешь смотреть. Я бы тоже хотел дать все это Варюшке, да только возможности не было. Горбатился как мог.

— Да, нелегко вам было с Варей. Вы думаете, для чего я все это делаю? Для себя? Да нисколько! Мне и дом этот большой не нужен, и путешествия наскучили. Семью хочется, детей….

Вот уже второй раз я слышала эти слова, они были искренними, чистыми, светлыми. Отец слушал его с внимательностью и все время кивал, показывая, что полностью с ним согласен.

— Так, а кто ж тебе мешает, Вадим? Ты мужик видный, характер конечно не сахар, но рассуждаешь верно. То, что семью и детей хочешь похвально слышать. Я и сам бы внуков уже понянчил, да вот Варюшка не торопится меня дедом сделать! И вот еще, если мальчика родите, то назовете Иваном, в честь меня! А если девочка, то Анечкой можно!

Его слова застали нас с Вадимом врасплох, точнее, по большей степени меня. Я снова начала поправлять платье, сделала глоток вина и попросту постаралась отмалчиваться, однако Вадим решил ответить. Такой ответ я уж точно не ожидала услышать:

— Обязательно, Иван Андреевич! — любезно ответил он.

Этот вечер все больше напоминал мне сватовство. Отец в течение вечера нахваливал меня, расспрашивал Вадима по поводу его взглядов на жизнь, а иногда и вовсе обращался к нам обоим, так сказать, желая услышать мнение молодых. В течение этого вечера я все больше убеждалась в том, что от прежнего Вадима не осталось и следа. Он и вправду вел себя чересчур сдержанно и спокойно, к тому же охотно отвечал на каждый вопрос отца, стараясь произвести еще более хорошее впечатление.

Вечер подходил к концу, каждый из нас уже не знал на какую тему можно поговорить еще. Мне казалось, что я и вовсе начинала засыпать. Такой насыщенный день и вечер уж точно не был в моих планах, к тому же я жутко переволновалась.

— Может, поедем домой? Просто я очень устала… — вдруг сказала я.

— Если честно, то ты сорвала это предложение с моих уст. Иван Андреевич, вы не против? — спросил Вадим.

— Ой, нет, еще как не против. Я бы вообще уже прилег отдохнуть, непривычно для меня так вечера проводить. Вадим, ты нас отвезешь, или нам вызвать такси?

— Конечно отвезу! В таком случае собираемся!

Через пятнадцать минут каждый из нас был собран. Из-за отекших ног я с трудом поднялась с места и направилась к выходу. Мои спутники уже усаживались в машину, поэтому я предпочла поторопиться. По пути я предвкушала то, что скоро буду дома и лягу в свою мягкую постель, которая наверняка меня заждалась. Я была настолько вымотана, что не заметила того как начала засыпать.

Я неожиданно открываю глаза и понимаю, что нахожусь дома в своей кровати. Вот-вот прозвенит будильник, поэтому поднимаюсь с постели и сразу же обращаю внимание на свой внешний вид. На мне все еще новое черное платье, волосы также собраны наверх. Что я вчера пропустила? Начинаю переодеваться и вспоминаю то, как мы добирались домой. Накидываю халат, расчесываю волосы и иду на кухне, где никого не застаю. Отец все еще спал, поэтому включаю чайник, достаю из холодильника молоко и яйца, чтобы приготовить омлет. Мне вдруг снова вспоминается вчерашний вечер и все приятные моменты, что случились со мной за эти дни. Однако я все еще не понимала для чего именно был вчерашний ужин. Пока готовился омлет, я быстро почистила зубы и умылась, а потом оставила готовый завтрак на столе и ушла переодеваться.

Как только я вышла из комнаты, я сразу обратила внимание на то, что диван отца был уже застелен, а сам он чем-то гремел на кухне.

— Доброе утро, пап!

— Доброе утро, доченька. Не помню, когда в последний раз во столько просыпался!

— Я и сама удивилась, что ты в такое время спишь! Скажи, а я вчера уснула, да?

— Ну да! Мы почти всю дорогу разговаривали с Вадимом, а от тебя ни слова. Потом присмотрелись, а ты спишь.

— Хах, ясно. А как я дома оказалась? Просыпалась что ли? Ничего не помню, ей Богу…помню то, что мы выехали домой, а потом словно отключилась.

— Ты просто очень устала, вот и уснула. Вадим занес тебя домой на руках, а ты даже не пошевельнулась, так что точно отключилась!

— Ого, ничего себе. И во сколько мы приехали?

— Почти в одиннадцать, точно не помню. Вадим уехал сразу после того как отнес тебя в комнату, так что я проводил его и тоже лег спать.

— Понятно. Тогда давай завтракать?

— Давай, я как раз налил нам чай.

— Скажи, а Вадим вообще был влюблен? — вдруг продолжил отец.

— Да, он рассказывал мне про одну девушку. Говорил, что любил ее до безумия, а она ему изменила. Почему ты спрашиваешь?

— Да просто он все время расспрашивал про тебя, а о своей личной жизни и не поведал даже.

— Подожди, то есть по дороге он спрашивал у тебя про парней? Были ли у меня парни?

— Ну не то, чтобы напрямую спрашивал, скорее, ходил вокруг да около.

— Странный он какой-то вчера был, тебе так не показалось, пап?

— По-моему ничего странного, он просто хочет знать о тебе как можно больше. Видимо когда ты жила в его доме, у него не было возможности поговорить с тобой.

— Скорее не было желания. Моя жизнь его редко интересовала.

— Но сейчас-то все поменялось! Поэтому дерзайте!

После того как мы позавтракали, я пошла в коридор, где стала надевать жилетку и попросту прихорашиваться. Ровно в восемь я попрощалась с отцом и вышла из дома. Спускаюсь вниз, прохожу мимо песочницы, в которой лежат пластмассовые формочки, выхожу со двора и тут же сталкиваюсь с черной иномаркой, в которой сидит Вадим. Он открывает мне дверь и просит сесть в машину.

— Фух, успел! Хорошо, что встретил тебя тут, иначе бы просто опоздал!

— Привет. Так теперь ты будешь отвозить меня на работу вместо Степана Федоровича? Во сколько ты просыпаешься?

— Мне не составляет труда отвозить тебя на работу. С тех пор как ты уехала я вообще плохо сплю, поэтому просыпаюсь рано.

— Только не говори, что ты боишься засыпать один….

— Ха-ха, да нет, просто не могу там находиться один. И как я жил раньше, не понимаю.

— Даже и не знаю.

— Ты вчера так сладко спала, даже не хотелось тебя будить.

— Кстати, спасибо, что доставил меня до самой кровати!

— Как говорится, всегда рад. Вчерашний вечер и вправду удался на славу, только я многого не сказал.

— И что же ты не сказал?

— Об этом ты узнаешь сегодня вечером. Есть вещи, которые я хочу сказать лично тебе, с твоим отцом я обсудил все, что хотел и меня это радует.