В то время особенно громкими демагогическими лозунгами отличался полковник Вилен Мартиросян, служивший в одной из частей на Украине. Он быстро взошел на волне популизма, стал народным депутатом СССР. И это еще больше вскружило голову офицеру, который, потеряв чувство такта, стал навешивать опасные ярлыки и на высших генералов. Досталось тогда от него и Громову. Мартиросян назвал его одним из возможных организаторов военного переворота в стране. Громов подал на него в суд и там «размазал» скандального полковника логикой своих аргументов.

…Горбачев, питавший особое уважение к Громову, в декабре 1990 года предложил генералу стать первым замом министра внутренних дел СССР Бориса Пуго. Громов категорически возражал. Некоторые генералы у нас на Арбате, узнав об отказе Бориса Всеволодовича от столь заманчивого предложения, полученного им от «самого президента», искренне удивлялись. Ведь можно было только мечтать взлететь с должности командующего войсками военного округа до кресла первого зама союзного министра.

То была прямолинейная логика карьеристов: где бы ни служить, лишь бы должность повыше. У Громова была своя логика. Переход в МВД означал расставание с армией, с которой он породнился с момента поступления в суворовское училище (а за плечами уже было почти тридцать лет службы в Вооруженных Силах). Чувство этого родства было выше и сильнее любых карьеристских соображений.

…А Горбачев делал очередной заход на Громова. В конце концов уломал. Генерал согласился. Но поставил президенту СССР условие оставить его в кадрах Вооруженных Сил. Уходя в другое ведомство, он все-таки не дал перерезать «пуповину», связывающую его с армией…

Принять такое кадровое решение Горбачева заставила поднимающаяся в стране мощная лавина преступности. Он испугался. Ему казалось, что боевой опыт и решительность Громова приостановят эту лавину.

Наивными бывают не только дети, но президенты…

В МВД Громов должен был возглавить борьбу с терроризмом и «незаконными вооруженными формированиями». На этом посту генерал ничем себя не успел проявить. В МВД он чувствовал себя неуютно: непривычная работа, непривычные задачи. Его тянуло в Вооруженные Силы. Его тянуло и к здравым, серьезным политикам. Он сошелся с Николаем Рыжковым, председателем Совета министров СССР. Вместе с ним Громов в 1991 году баллотировался на пост вице-президента России. Попытка оказалась неудачной…

Судя по многим высказываниям, он принадлежал к тем военным политикам, которые стремились спасти Союз, приостановить разрушительные процессы. И, наверное, не случайно Громов в июле 1991 года оказался в числе подписавших знаменитое обращение «Слово к народу», которое демократы прозвали «идейной базой ГКЧП»… В ноябре 1995 года он признался:

— Относительно «Слова к народу» я и сейчас считаю, что оно написано совершенно правильно…

15 февраля 1989 года бывший командующий ограниченным контингентом советских войск в Афганистане генерал-лейтенант Борис Громов скажет на пресс-конференции: «В Афганистане не осталось ни одного военнослужащего 40-й армии…»

15 февраля 1989 года. Таджикско-афганская граница. День завершения вывода 40-й армии из Афганистана. Генерал-лейтенант Борис Громов принимает поздравления родителей военнослужащих.

9 мая 1990 года. Киев. Командующий войсками Киевского военного округа генерал-полковник Борис Громов на торжествах по случаю Дня Победы. На заднем плане (слева) — начальник штаба КВО генерал-полковник Виктор Дубынин.

Январь 1995 года. Москва прощается с погибшим в Чечне корреспондентом «Красной звезды» Владимиром Житаренко. Заместитель министра обороны РФ генерал-полковник Борис Громов возлагает цветы к гробу военного журналиста.

Апрель 1994 года. Борис Громов рядом с Иосифом Кобзоном в Государственном концертном зале «Россия» на концерте известного певца Тома Джонса.

1995 год. Саратов. Дом культуры «Россия». Кандидат в депутаты Госдумы генерал-полковник Б. Громов отвечает на вопросы избирателей.

Сентябрь 1997 года. Забайкалье. Члена Государственной думы генерал-полковника Бориса Громова избиратели все чаще видят в гражданском…

Генерал-полковник Михаил Петрович Колесников, возглавивший Генеральный штаб Вооруженных Сил в конце 1992 года.

20 декабря 1995 года. Подмосковный санаторий «Барвиха». Президент — Верховный главнокомандующий ВС РФ вручил «Маршальские звезды» группе высших российских генералов. В их числе был и начальник Генштаба ВС РФ генерал армии Михаил Колесников.

В таком настроении начальник Генштаба генерал армии Михаил Петрович Колесников пребывал не очень часто. Слишком много было проблем…

С 1992-го по 1996 год генералы Павел Грачев и Михаил Колесников занимали два высших поста в российском военном ведомстве.

…19 августа 1991 года Громов был на отдыхе, однако уже 20-го вернулся в Москву.

В ночь с 20 на 21-е он объявил личному составу вверенных ему Внутренних войск о своем решении не привлекать их к выполнению задач… И потому на съезде народных депутатов СССР категорически отрицал свою причастность к августовским событиям (хотя некоторые члены комиссии «по лояльности генералитета» чохом пытались причислить его к тем, кто солидаризировался с ГКЧП. И опять вспоминали «Слово к народу», мешая Божий дар с яичницей). Его мучила ностальгия по армии.

В конце сентября 1991 года Громов подал рапорт на имя президента СССР с просьбой вернуть его в Вооруженные Силы. Горбачев тогда сильно колебался в отношении кандидатуры своего недавнего фаворита, за которым с подачи некоторых демократов потянулся хвост фальшивых подозрений в пособничестве ГКЧП. Президент СССР продолжал «наводить справки» о действиях Громова в период августовских событий. Просьба генерала о возвращении в армию была удовлетворена после многочисленных допросов в прокуратуре и проверок на лояльность… Судя по всему, президент убедился, что генералу можно по-прежнему доверять. В декабре 1991 года указом президента СССР Михаила Горбачева Борис Громов был назначен первым заместителем Главнокомандующего Сухопутными войсками Вооруженных Сил СССР. Словно в предчувствии беды Горбачев подтягивал к себе тех военных, с которыми связывал надежду на собственное спасение. Но было поздно…

…Весной и летом 1992 года шло активное формирование Министерства обороны Вооруженных Сил России. В Кремле понимали, что новый глава военного ведомства Грачев хотя и глубоко лоялен новой власти, но без поддержки опытных военачальников-управленцев оставлять его рискованно. Руцкой настаивал на том, чтобы «за спиной министра» стояли тертые командиры, прошедшие большую школу в штабах военных округов, видов Вооруженных Сил. Ельцин его поддержал. Известность генерала, его афганский боевой опыт и авторитет сыграли свою роль: 16 июня 1992 года он стал заместителем министра обороны РФ. Громов в то время утверждал, что сохранил добрые отношения с афганцами Руцким и Грачевым. И это тоже сыграло далеко не последнюю роль в его новом назначении. Но с появлением Бориса Всеволодовича на Арбате в его отношениях с Грачевым началась принципиально новая полоса, уже с первых дней свидетельствующая о явной и скрытой конфронтации между министром и его заместителем…