— Только дышать?

— Слово «жить» тут неуместно, уважаемый шаман.

— Согласен, — Гичи-Аум протянул девочке руку, и малышка не замедлила влезть на колени Древнего.

— Прежде, чем покинуть этот мир я хотел бы узнать, кто эта малышка, — эльф откинув назад падающие на лицо волосы.

— Если ты уйдёшь, как решил, то не всё ли тебе равно, кто она? — Исхаг одарила гостя неласковым взглядом, — нанести ей вред не получится, если у тебя есть такое намерение.

Эльф досадливо двинул плечом, эти орки!

— Не вижу причин для такого намерения. Дитя ни в чём не повинно.

— Будто вам это мешало в ранних и нынешних войнах! — фыркнула Исхаг, — не твои ли сородичи стёрли с лица земли сотню орочьих родов?

Эльф вскочил на ноги:

— Тогда не забудь напомнить себе о сотне орочьих барабанов из кожи моих сородичей, орка!

Исхаг смерила его взглядом:

— В отличие от тебя я имею родовое имя — Исхаг. А тебя следует называть «уважаемый господин эльф» и простираться ниц всякий раз, когда твоё великолепие соблаговолит громко чихнуть в сторону недостойной орки?

Эльф сгорбился у костра.

— Я приношу извинения уважаемой хозяйке шатра. Я никогда не делал ожерелий из клыков твоих сородичей. Я вообще не воин, я учёный.

— Маг, стало быть, — старая шаманка склонилась над котелком, снимая варево с огня, — охладить можешь? Так, чтобы можно было есть не обжигаясь?

Эльф вздохнул, как развязанный, и приложил ладонь к котелку.

— Готово.

Обычаи велят наливать первую миску гостям, но нынешние её гости отведать стряпню не в состоянии. Тем не менее орка разлила похлёбку по мискам и пригласила к столу всех. Пусть они не могут отведать её стряпню, но сидеть в кругу гостей им полагается до тех пор, пока хозяйки не утолят голод.

Маленькая Исхагор всё время трапезы не сводила глаз с призрачного учёного и временами забывала о еде, разглядывая гостя совсем уж неприлично для вежливой сотрапезницы.

— Дитя моё, нельзя так откровенно разглядывать гостей, — старая Исхаг покачала головой, — это невежливо.

Исхагор послушно опустила взор, но всё равно поглядывала из-под ресниц. Эльф в свою очередь вглядывался в черты лица девочки. Полукровка, отец, наверное, из рода людей, а вот мать… скорее всего, светлая. Светлая эльфа, но вот из какого она рода… непонятно! Непонятно также, где родители девочки, даже не так — кто убил их, не эта ли орка? Нет, вряд ли, орочьи шаманки не воюют, то есть не воевали в его время. Кто может поручиться, что положение дел не изменилось сейчас? Стоит только взглянуть на эту странную компанию — шаманка, дитя-полукровка, Древний, волки, детёныш горного льва! Эльф чувствовал его присутствие недалеко от шатра, детёныш сбежал из логова и по всем правилам подкрадывался к шатру. Орка, похоже, тоже учуяла хищника, поскольку испустила короткий рык и заинтересованный эльф услышал, как стремительно бросился прочь глупый львёнок. Орка хмыкнула, а девочка рассмеялась и старательно выговорила на низком наречии «глупая Деги».

— Она не глупая, просто ещё маленькая и невоспитанная, — прогудел Древний.

— Сколько лет малышке? — спросил эльф.

— Не знаю, я нашла её в степи три седмицы назад. Год, много два.

— Скорее год, — произнёс Гичи-Аум, — у неё всего двенадцать зубов.

— Не обязательно, она полукровка, а у них зубы режутся рано. Это у людей к году появляются только передние зубы и клыки, — сказала Исхаг, — а у неё уже по два коренных сверху и снизу.

— Хотел бы я знать, к какому роду принадлежала её мать, — пробормотал эльф.

— Зачем тебе?

— Это не мне нужно, а ей, — эльф указал подбородком в сторону Исхагор, засыпающей на руках Древнего, — если уж ты воспитываешь её, то желательно знать на что можно рассчитывать в процессе воспитания.

— Я поняла.

Исхаг вызвала своего хранителя, и старый друг поставил перед собеседниками шкатулку. Эльф заинтересованно склонился над крышкой, пытаясь разглядеть символ рода на гладкой деревянной поверхности.

— Знак рода затёрт, к сожалению. При ней было что-нибудь ещё?

Орка вопросительно взглянула на Отца Долины. Древний пожал плечами и выудил из воздуха то самое полено, что было спрятано по просьбе орки. Разумеется, призрачный эльф не мог прикоснуться к этому странному предмету и только поворачивал перед собой покорно зависший в воздухе… артефакт?

Исхаг терпеливо дожидалась, пока остроухий наиграется со странной игрушкой, а тот всё разглядывал непонятное наследство Исхагор и не торопился с выводами. Пока остроухий удовлетворял любопытство, Исхаг успела приготовить заплечный мешок к завтрашнему приключению, Древний предложил исследовать противоположный конец долины, где вздымались фонтаны кипящей воды и играли радуги — девочке будет полезна смена впечатлений.

— Кто-нибудь открывал это? — отрывисто вопросил призрак.

— Нет. Не имею привычки трогать не принадлежащее мне или роду.

— Похвальная привычка, — осклабился остроухий, — известно ли вам что такое «душа рода»?

Оба шамана переглянулись недоумевающе.

— Что-то вроде тотемного столба клана? — осторожно предположила орка.

— В каком-то смысле это справедливо. Но само понятие гораздо шире. И девочке надо знать, из какого рода её мать, чтобы правильно использовать свои способности… при наличии таковых.

Гичи-Аум шевельнулся и из полумрака проявился светляк, которого вызвала Исхагор.

— Знакомо тебе такое существо? Или оно сущность? — поинтересовался хозяин долины.

Эльф невоспитанно присвистнул.

— Откуда?!

— Это работа моей дочери.

Орка осклабилась почти злорадно, ты смотри как этот эльф глаза раскрыл! Ой-бой, куда уж шире? Светляк заметался в узком пространстве меж хозяином долины и эльфом. Эльф так и не смог понять, как это малышке удалось. Шаманка подумала, что и сама Исхагор вряд ли сумеет объяснить свои умения… даже, когда подрастёт.

— Но это не всё, девочка призвала ещё троих, — Древний заставил проявиться воздушных духов и духа источника.

— А ты уверен, что это она? — эльф скептически хмыкнул.

Ему не ответили. Призрачный эльф вернулся к игрушке. Странное положение вызывало странное же чувство, которому эльф так и не смог дать определения. Девочка с эльфийской составляющей крови, вызвала с Изнанки трёх духов и создала заклинание света. Ребёнок, который даже своё имя назвать не может, использовал пусть простенькое, но всё же светлоэльфийское заклинание. Как? Это теоретически возможно, если один из родителей эльф, а второй родитель или иная ближняя родня шаманы, но отец ребёнка — человек. Так откуда шаманская составляющая крови? Эльф посмеялся над собой и решил спросить прямо.

— В роду девочки были шаманы?

— Отец, судя по всему, — ответил Гичи-Аум.

— Где родители малышки?

— Убиты.

— Их трупы найдены?

— Я похоронила обоих по-орочему обычаю, так что их не найдут.

— Позволь усомниться, — криво усмехнулся эльф, — мать принадлежит к известному роду Огненной Саламандры клана Сиуэннэн, а там и две тысячи лет назад убивали за меньшее, чем украденная душа рода. По матери девочка весьма знатного происхождения, но это не помешает главе рода смешать с землёй «наглую полукровку». Мать умерла? Не беда, за её грехи ответит дочь и весь её род… вплоть до последнего паука, ловящего мух в блаженной тишине амбара.

— Не получится! — оскалилась орка.

— Ты хочешь сказать, что за две тысячи лет эльфы поглупели или разучились воевать с орками?

— Нет, — вмешался Гичи-Аум, — за это время количество эльфов значительно сократилось, а орки, скажем так, несколько поумнели. Но особенно поумнели их шаманы.

— Даже так?!

— Именно, — Древний сложил руки на коленях, — твои сородичи уже половину тысячелетия не высовывают носы из своих земель.

— Интересно получается, — эльф тяжело задумался, — значит последняя война…

— И последняя и предпоследняя войны закончились поражением эльфов.