— Пойдем, скажем ему, — сказала она. — И давай спишем все это на опыт обучения.

Мак открыл перед ней дверь.

— Будем надеяться, что он быстро учится. В противном случае я попрошу Пегги посадить его задницу в тюрьму на ночь, чтобы напугать до чертиков.

Странное выражение промелькнуло на его лице, а затем он встретился с ней взглядом.

— Такое тоже возможно.

Он снова потянулся к ее руке.

— Постой. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Его тон застал ее врасплох так же, как и его прикосновение.

— В чем дело?

— Мне звонил Ретт. Он приедет на турнир.

Она изо всех сил старалась, чтобы на ее лице не отразился... шок, возбуждение и страх? Трудно было сказать, сколько эмоций бурлило в ней.

— Потому что приедет Рай…

— Возможно. Ты же знаешь Ретта. Он спонтанен. Он — запоздалое пополнение команды, но он любитель толпы. Он знал, что мы найдем для него место.

— Конечно. — Ретт Батлер Блейлок не отличался методичностью, за исключением тех случаев, когда дело касалось покера. Его свободный дух и классическая привлекательность вскружили ей голову. Какое-то время они просто обращались, но начиная с сонного июньского утра после утренней пробежки, когда он столкнулся с ней, пропалывающей сорняки в своем саду, все изменилось. Его потная грудь без рубашки взорвала микросхемы в ее мозгу. Должно быть, он увидел вожделение в ее глазах, потому что шагнул вперед, отбросил ее совок, который она держала в руке, и поцеловал глубоко, сильно, пока она не упала на траву, накрыв ее своим телом. Они добрались до гостевого домика и занялись самым диким и интимным сексом, какой только можно себе представить.

Потом он обнимал ее и заставлял смеяться, даже когда до нее дошло, что она натворила. Он был лучшим другом Мака. Она знала его уже больше десяти лет. И он был не в ее вкусе.

Но она не могла держаться от него подальше... или от секса с ним. Непринужденность, с которой они общались в спальне и за ее пределами, потрясла их обоих. В течение шести месяцев они тайно встречались, когда он приезжал к Мэйвенам в Аризону или, когда они с Маком играли в покер. Она не хотела, чтобы кто-то знал, особенно Мак или Дастин. Они будут разочарованы, когда ее отношения с ним ничем не закончатся. К тому же яркая внешность Ретта и его дикий образ жизни ее сильно смущали.

Влюбленность не входила в его планы, но это случилось. Когда однажды она увидела, как он направляется прямо к ней после турнира, промокший до костей шампанским после своей победы, окруженный одетыми в блестки покерными красотками и выкрикивающими грязные шутки хриплыми фанатами, она поняла, что пришло время с этим заканчивать. Он в тот момент забыл об их тайном соглашении, опьяненный «Дом Периньоном», стремлением выиграть еще один крупный банк.

Он не годился ни в мужья, ни в отцы, как долго девушка может прожить с таким мужчиной, не разбив себе сердце? Когда она сказала ему об этом на следующий день, его ответ был холодным. Она удивилась, когда он уехал из страны, чтобы принять участие в нескольких международных турнирах по покеру... и еще больше удивилась, что так сильно скучала по нему.

— Я буду рада его видеть, — солгала она, снова сосредоточившись на брате.

— Хорошо. — Мак схватил ее за плечо. — Ты в порядке?

Его проницательность угрожала ее тайне. Ей нужно уйти.

— А почему я должна быть не в порядке? — Поскольку он не опускал руку, она остановилась.

— Неужели ты думала, что я не знал о вас двоих?

Этого не должно было случиться. Она не хотела, чтобы он беспокоился о ней, о том, что уже давно закончилось.

Обсуждение ее личных отношений заставило ее щеки вспыхнуть, но она попыталась скрыть свое смущение.

— Это было несерьезно. Ты же знаешь Ретта.

Он смотрел на нее своим напряженным взглядом, которому она так завидовала, она даже не могла так посмотреть на себя в зеркало.

— Да, но я знаю тебя. Ты бы в этом не участвовала, если бы думала, что это не серьезно.

— Я не хочу говорить об этом, Мак, — он отпустил ее.

— Хорошо, но он приедет. И он очень много значит для меня.

— Я не испорчу с ним встречу.

— Я не беспокоюсь, что ты можешь что-то испортить. Просто не хочу, чтобы вы ссорились.

Она улыбнулась, чтобы успокоить его.

— Уверена, что он и я забыли уже об этом. — Конечно, забыл ли он о ней.

Он сунул палец в карман и вытащил свою счастливую фишку. У него была одна фишка на удачу — тысячедолларовая, канареечно-желтого цвета с его первой победы в Мировой серии покера. Он подбросил ее вверх.

— Орел, ты лжешь. Решка, ты говоришь правду.

Она потянулась, желая поймать фишку в воздухе, но Мак оказался слишком быстр, как всегда.

— Орел, Эбби. Лучше поработай над своим бесстрастным выражением лица. Ретт видит тебя насквозь.

— О, заткнись, — нехарактерно вспылила она. — Мне и так хватает забот с Дастином, который становится преступником, а ты охаешь из-за какой-то женщины — помощника шерифа, которая бросила нас прилюдно на растерзание волкам.

Он усмехнулся.

— Теперь в тебе говорит кровь Мэйвенов. Тебе это так идет, когда ты начинаешь вспоминать свои корни.

Она всплеснула руками. Они могли бы поговорить с Дастином после, как она сожжет свой гнев в спортзале. Надеясь, что это также поможет ей перестать думать, почему Ретт Батлер Блейлок решил приехать, вспоминал ли он о ней все это время и хочет ли так же как раньше ее.