Первый голос ответил ему и Бриджит узнала его, прежде чем свет от маленького кристалла осветил черты этого человека. Это был Сирьяко, воинорожденный сержант-аврорец, захвативший ее в туннелях хаббла Монинг.
Мужчина прищурился, увидев ее.
- Снова ты.
Невысокий человек нахмурился, осмотрел их и проговорил на альбионском.
- Вы знакомы, сержант.
- Девица была одной из тех, с кем у нас возникли проблемы.
- Простите что так говорю, - тотчас сказал он, - но личико у нее не особо кукольное.
- Это другая, - ответил Сирьако.
- Ага, - сказал низкий. Что-то в нем кричало Бриджит — "офицер". Очевидно, он был начальником воинорожденного. - Тогда нет особой необходимости оставаться инкогнито, раз она тебя узнала.
Сирьяко хмыкнул.
- Милая девушка, - сказал офицер. - Надеюсь, вы поверите мне, если я скажу, что действительно сожалею о необходимости вашего задержания. Он кивнул двум другим мужчинам в переулке, и они бесшумно пробежали, очевидно, намереваясь разведать старшему безопасный отход, как только что Роул разведывал для них.
- Куда вы нас тащите? - потребовала ответа Бриджит или попыталась потребовать. Кляп заставил её голос звучать как приглушенное эхо из отдаленного туннеля.
Лицо офицера помрачнело. Он, похоже, понял ее вопрос, несмотря на кляп. Возможно, у него был опыт. Холодно он ответил:
- К кое-кому, кто хочет поговорить с вами. Сержант, возьмите странную малышку. Если эта молодая леди пытается убежать или издать какие-то звуки, перережьте горло её подруге.
- Да, сэр, - сказал Сирьяко. Он снова поднял связанную и бесчувственную фигуру Фолли за её курточку и вытянул нож другой рукой.
Бриджит почувствовала, как ее глаза защипало слезами от полного разочарования.
- Я сожалею о необходимости таких мер, юная леди, - сказал офицер. - Но умоляю вас не проверять мою решимость. Это будет стоить вашей подруге жизни, если вы это сделаете. Понимаете?
Бриджит закрыла глаза, устыдившись, что показала мужчине свои слезы. Она кивнула.
- Прекрасно, - удовлетворенно сказал офицер. - Молодая леди, меня зовут майор Ренальдо Эспира из аврорской морской пехоты, и вы — вы обе — с этого момента считаетесь моими пленницами.