Уже даже просто по настроению сообщения ясно, как ко мне теперь относятся игроки из клана «Пустынные скитальцы». Если первое их сообщение было довольно дружелюбным и приветливым, то второе уже совсем другое — сухое, почти что даже враждебное. Недоверие и неприязнь этих парней ко мне чувствуется даже через текстовое сообщение. Так что нет смысла писать им снова, чтобы попытаться переубедить их и доказывать свою правоту. Доказательств я им никаких привести не смогу, так что они все равно останутся на стороне разработчиков. Скорей всего, они не ответят мне и, возможно даже, вообще не станут читать сообщение, когда поймут от кого оно пришло.

Снаружи внезапно стали раздаваться выстрелы. Они отвлеки меня от размышлений. Я резко обернулся. Флинн тоже весь напрягся и стал смотреть на входную дверь. С улицы слышались звуки перестрелки и громкий топот. Постепенно они становились все ближе и ближе. Казалось, вот-вот и в здание кто-то ворвется. Но этого так и не произошло. Наоборот, через несколько секунд звуки стали затихать, а вскоре и вовсе оборвались где-то вдали.

Флинн расслабился и убрал оружие в чехол за спиной. Наши взгляды случайно встретились, и парень сразу же отвел глаза в сторону. И тут мне стало ясно, что хоть Флинн и старается не подавать виду, но он тоже прочитал сообщение «Пустынных скитальцев» с экрана почтового терминала. Я понял, что теперь нужно все ему рассказать. Если буду и дальше скрывать от него правду, он начнет коситься на меня, будет постепенно отстраняться и вскоре под каким-нибудь предлогом вообще уйдет и в дальнейшем будет избегать общения со мной.

Так что я поведал ему о том, что меня заблокировало в этой игре. Рассказал и о том, как много раз тщетно пытался нажать на кнопку «Выход из игры», и о встрече с Купером, которой сказал мне о своем клане, помогающем новичкам, и о сообщении, которое написал им, надеясь, что они смогут мне помочь разобраться с этой ситуацией. Единственное о чем я умолчал, так это о том, как вообще попал сюда. Иначе моя история стала бы выглядеть совсем уж неправдоподобной, и Флинн, скорей всего, сам того не зная, стал бы разделять мнение Крейна и Верзилы, которые сочли меня за полного психа, когда все без утайки рассказал им.

Замолчав, я внимательно посмотрел ему в лицо, пытаясь понять, какое впечатление на него произвело мое признание. Парень выглядел изумленным. Что ж, вполне ожидаемая реакция. Но в его глазах я увидел еще какое-то выражение. Легкое недоверие, может быть? Нет, явно что-то другое. Какая-то мечтательная искорка… Он словно втайне завидовал мне и не отказался бы навсегда уйти из реала в игровой мир. Впрочем, не исключено, что я ошибочно растолковал мелькнувшее в его глазах выражение.

— Короче, я застрял тут, — подвел я итог.

Флинн помолчал немного, затем осторожно спросил:

— Так значит ты не можешь выйти из игры? — его голос прозвучал довольно естественно. Если он и пытался скрыть нотки недоверия, то делал это так искусно, что я не заметил и намека на них.

— Угу. Если бы игроки могли показывать друг другу меню своих персов, то я бы показал тебе, и ты сам бы убедился. Кнопка «Выход из игры» у меня не действует.

Подняв руку, посмотрел на кристалл. Каждый раз запуская главное игровое меню, я первым делом бросал быстрый взгляд на последнюю кнопку. «Выход из игры» всегда была неактивной. Вот и сейчас она выглядела обесцвеченной, отличаясь тем самым от всех остальных кнопок. Я несколько секунд упорно сверлил ее взглядом, но так ничего и не произошло. Тяжело вздохнув, опустил руку.

— А может дело не в игре, а в самом шлеме? — предположил Флинн. — Может, тебе шлем бракованный попался или еще что-то в этом роде?

Я не знал, что и ответить на это. Но прежде чем успел придумать годный ответ, который не выдал бы меня, Флинн покачал головой и сказал:

— Нет, вряд ли. Шлемы виртуальной реальности изготавливают всего три фирмы. Они скрывают секрет изготовления шлемов и брака не выпускают. Во всяком случае мне еще не приходилось слышать, чтобы кто-нибудь когда-нибудь жаловался на неполадки в работе своего шлема.

Он помолчал немного, затем вновь заговорил. Казалось, что он особо и не ждал от меня ответов и просто рассуждал вслух.

— А может дело и не в шлеме, а в кресле? То есть я имею ввиду, может оно у тебя неудобное, например? Что если ты упал с кресла, шлем стукнулся, и что-то в нем повредилось, и из-за этого игра тебя не выпускает?

И опять прежде чем я успел сообразить, что ответить, Флинн сразу же снова заговорил.

— Хотя вряд ли конечно. Все шлемы очень качественно сделаны. Сам я бережно отношусь к своим вещам. Но мне не раз приходилось читать о том, как игроки случайно роняли свои шлемы, но те при этом все равно продолжали отлично работать. И с кресла ты свалиться тоже не мог. Каким образом? Тело ведь совсем не шевелится, когда ты играешь. Да и сами геймерские кресла ведь очень удобные. Свалиться с них невозможно.

Благодаря рассуждениям Флинна, мне стало кое-что известно о том, как игроки погружаются в игру. Они садятся в специальные кресла, или скорее принимают в них полулежащее положение, а затем надевают шлем, с помощью которого и входят в игру. Пока человек играет, он, видимо, полностью теряет контроль над своим телом. Оно совершенно неподвижно лежит в кресле. Думая над всем этим, я пытался понять, как все это относится ко мне? Пока мое сознание путешествует по миру виртуальной игры, где при этом находится мое тело? Ясно одно — уже точно не где-то в две тысячи шестнадцатом году, который сейчас считается далеким прошлым. Кто-то или что-то переместило меня во времени. Но кто сделал это? Каким образом все это произошло? В который раз я задавал себе подобные вопросы и в который раз не находил ответа.

Вновь раздавшийся голос Флинна прервал поток моих мыслей.

— А разработчики значит… — начал было говорить парень и осекся. Он явно прочитал то сообщение, но не хотел показывать этого. Наверное, боялся, что я могу обидеться из-за того, что он без разрешения прочитал предназначавшееся только мне письмо.

— Они говорят, что никакой ошибки нет, — пожал я плечами. — А «Пустынные скитальцы» склонны верить именно им, поэтому больше не будут мне помогать.

Флинн помолчал немного, думая над чем-то.

— Если хочешь, я бы мог помочь тебе, — сказал он.

Хоть именно на это я и надеялся, но особой радости не почувствовал. Если даже сами разработчики не могут обнаружить никакой ошибки или просто прикидываются, будто ее не существует, то что может сделать Флинн? Каким образом собирается мне помочь?

Он словно прочитал мои мысли и сказал:

— Я бы мог связаться с твоими родными или друзьями из реала, — пояснил он. — Рассказал бы им, что с тобой произошло. Тогда они вручную отключили бы шлем, и тебя бы отсоединило от игры. Знаю, так делать не рекомендуется, но если другого выхода нет…

Что я мог ему на это ответить? Сказать, что даже не имею ни малейшего представления о том, где вообще сейчас находится мое тело? Нет, разумеется, говорить этого не стоило.

Я выдавил мрачную ухмылку.

— Не получится, — медленно проговорил. — Я живу один. Родных нет, друзей тоже.

Вот тут-то в глазах Флинна теперь уже и промелькнуло недоверие.

— Совсем никого нет? Вообще никаких знакомых? Ну а с соседями же пересекаешься хоть иногда?

Я вплотную приблизился к опасной теме, которую старался избегать. Сейчас наступил переломный момент. Нужно было либо рассказать Флинну всю правду, либо продолжать настаивать на своем. Если признаться, как меня на самом деле запихнуло в игру, то он, скорей всего, мне не поверит. Но, с другой стороны, и в то, что я ему сейчас втираю, про полное отсутствие родных и друзей, он ведь тоже не верит. Если я буду продолжать гнуть свою линию, как он на это отреагирует?

Подумав немного, все же решил из двух зол выбрать меньшее.

— Можешь считать меня кем-то вроде отшельника, — сказал я. — Ни с кем не поддерживаю контакт, почти не выхожу из дома и очень редко вижусь с другими людьми. Так что обратиться в реале за помощью мне не к кому.