— Ты вернулся, — пробормотала Мартиса. — Который сейчас час?

Угли в трубке затрещали, когда он набрал полный рот дыма. Она разглядела лишь резкие очертания лица, но глаза в отблесках огня горели красным пламенем зверя.

— Самый тёмный. Ложись спать. Я скоро буду.

Мартиса нахмурилась, гадая, лишил ли её эль рассудка. Голос Шилхары звучал эхом Скверны и был пустым и холодным, точно склеп.