– Скажи, а как называется то место, где живут эти люди? – спросила Мира.

– Боюсь, что теперь там не живут люди больше. Их город Мировиль находился под огнедышащей горой, которую называли Малхас, и в один день гора взорвалась, и все племя погибло. Говорят, никто не выжил.

– А когда это случилось?

– Мне было девять лет, на тот момент. Значит – около восемнадцати лет назад. Уж все забыли, про них. Разве, что в летописях, что князья ведут, записи остались. – И где найти, эти летописи? – Так у князя в замке, где же еще?

Незаметно за разговором, они подошли к храму Пресветлого, где уже собралась нарядная толпа. Они, как и все, вновь подходившие, стали в конец колонны. Колонну возглавлял сам Пресветлый – в новой белоснежной рясе украшенной по подолу и рукавам затейливой вышивкой. На груди у него болталась большая цепь с огромным фиолетовым кристаллом, обрамленным мелкими самоцветами. Позади него стояли служки – подростки в светлых рясах и держали в руках знамена и хоругви. Во главе колонны за пресветлым, были видны люди в дорогих одеждах и украшениях – самые знатные этого поселения. А уж потом выстраивались все остальные с цветущими веточками в руках. Как только Улла и Мира встали в колонну, к ним подбежали две девчушки, протягивая в руках такие же веточки и большую кружку.

– Это за веточку, надо бросить мелкую монетку, – наклонившись к уху Миры, проговорила Улла.

Крестный ход начался, под раскаты голоса и речитатив Пресветлого, который, подхватили служки, и близ стоящие к ним люди. Люди двигались степенно и, казалось, будто людская река огибает улицы города. Медленно двигаясь от замка, к окраине и выходя на площадь к фонтану, где уже установлен постамент с аркой. На лицах людей расцветали улыбки, а в воздухе витало восторженное ожидание праздника. Подойдя к постаменту с аркой, люди стали класть к постаменту свои цветущие ветки и отходить, давая другим приблизиться. Когда последние шествующие зашли на площадь и возложили свои веточки, Пресветлый вышел вперед в центр людского круга, где находился постамент. И поднимаясь, на украшенный постамент он начал свою речь:

– В этот день боги смотрят на нас и видят все наши помыслы и желания. Сегодня мы станем ближе к богам, и они даруют нам свое прощение и благословение. Да прольётся волшебный свет, который укажет на «элво»! Сегодня мы узнаем, кто же станет – «лучезарным» в этом году.

С этими словами он снял с себя кристалл – амулет – и разместил его на постаменте в арке. Потом он произнес гортанную фразу, и тут кристалл начал светиться. Свечение разгоралось все ярче и ярче. Затем светящаяся волна накрыла всех стоящих на площади. В тот момент, когда, этот свет коснулся Миры, у нее появились необычные ощущения. Ей казалось, что её гладят невесомые добрые руки и их тепло пронизывает её всю, и проникает прямо в сердце, а добрый голос звучит прямо у нее в голове и обещает, что все будет хорошо.

И вот волна схлынула и люди начали приходить в себя. Оказывается, с тех пор как началось свечение, никто не проронил ни слова, люди, как будто затаили дыхание. А теперь все начали оглядывать друг друга и тихонько переговариваться.

– Ах, Мира, ты светишься! – воскликнула стоящая рядом Улла. Мира оглядела себя – от её кожи отходили светящиеся лучи. – У тебя и глаза светятся!

Люди, стоящие рядом с Мирой расступились в стороны, с восхищением глядя на нее, а перед ней остановился сам Преподобный.

– Пойдем, дитя.

Он взял её за руку и повел под арку. Заведя на возвышение, он поставил Миру в центре и обратился к людям.

– Свершилось! В этом году боги были милостивы: они подарили нам «элву» – лучезарную! Я прошу князя, нашего уважаемого Виромира, отметить «элву»!

Под шум, аплодисменты и свист толпы вдруг на помост поднялся Виромир. Одет он был в роскошный бархатный камзол с золотыми позументами, расшитый драгоценными камнями. Его длинные, золотистые волосы были стянуты золотым обручем с сапфирами и изумрудами. Женщины, стоявшие на площади, дружно «зашелестели», радостно обсуждая красавчика-князя.

Увидев его, Мира охнула и опустила голову, залившись румянцем. Князь, подойдя к девушке, встал рядом и, обратившись, к людям сказал:

– Много лет наш город не удостаивался такой чести. Боги не могли выбрать среди нас «элво» – того, кто так чист душой, что может олицетворять божественный «взгляд» на нас, божественную надежду. Что видит «элво» – видит бог. Я счастлив, что мне выпала честь приветствовать «элву» на нашей земле!

С этими словами он развернулся и сказал:

– Подними голову, красавица, я надену тебе венец.

Мира вскинула голову и встретилась с ним глазами. Виромир застыл, вглядываясь в неё во все глаза, сглотнул, и на его губах заискрилась широкая улыбка.

– Ну, вот я тебя и нашел, Мира!

Он протянул тонкий серебряный ободок, надев его Мире на голову, поправил прядь челки, слегка прикоснувшись к её лицу кончиками пальцев. От этого прикосновения по её телу побежали мурашки, и она засмущалась еще больше. Развернув, её продемонстрировали радостной толпе.

– Поприветствуй их! – Сказал на ушко князь, отчего мурашки разбежались по всему телу.

Мира улыбнулась людям, и громко сказала:

– Я приветствую вас, и я рада быть вашей «элво», постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтоб оправдать ваши ожидания!

– Теперь ты можешь озвучить свое желание, – сказал князь и с улыбкой уставился на Миру.

– Желание?

– Да чего тебе хочется больше всего? Может украшений? Денег? Или шубу соболиную?

В толпе раздались смешки, а богато одетые горожанки презрительно скривились, с насмешкой глядя на девушку.

– Нет. Мне нужно...

– Ну, же смелее!

– Мне нужно посетить княжескую библиотеку! Я хочу прочитать летописи.

– Летописи? Зачем? – Мне нужно узнать о моих родных.

– Ты всех удивила, красавица! Вот отчего тебя отметили боги! Ну что же, поприветствуем нашу «элву» и да начнется праздник!

Народ радостно зашумел, а Виромир, взяв её крепко за руку, увел с постамента. На их место тут же взгромоздился Пресветлый и какой-то ярко одетый толстый дядька. Пресветлый всех поздравил ещё раз с праздником и, сняв с подставки свой кристалл, водрузил его себе на грудь. Тут слово взял громогласный дядька, объявив, что на площади у таверны всем желающим, бесплатно, раздают вино и закуски, которые предоставил горожанам князь. А сейчас всех приглашают на площадку, где пройдут бои.

Люди, радостно загомонив, стали расходиться от арки. Мира хотела подойти к Улле, но, кто бы её пустил. Виромир, посмотрев на нее, выразительно поднял бровь и покачал головой.

– Нет, малышка, никуда я тебя не пущу. Ты мне задолжала рассказ, как ты меня спасла, а еще я должен тебя отвести в княжескую библиотеку!

Тут рядом, раздался нежный голосок:

– Дорогой, Виромир, Вы меня сопроводите на празднике?

Рядом оказалась очень милая девушка, наряженная в шикарное платье, расшитое жемчугом. На ней было столько драгоценностей, что похоже, её должны охранять, как княжескую сокровищницу. И правда, рядом стояли еще две девушки, одетые скромнее, и охрана из четырех человек. Сама прелестница нежно улыбалась Виромиру, глядя на него влюбленными глазами, но при этом, когда, взгляд прелестницы соскальзывал на Миру, её личико презрительно кривилось.

– Прошу простить меня, прелестнейшая Йогайла, но сегодня у меня другие планы.

Виромир отвернулся от нее и решительно направился в сторону бойцовской площадки, при этом, не отпуская руку Миры и утягивая её за собой. А Мире достался взбешённый взгляд прекраснейшей Йогайлы, которая уже не выглядела нежной прелестницей, а скорее напоминала разъярённую дикую кошку.

– Сегодня будет драться мой друг, я тебя с ним познакомлю, но нам надо успеть к его выступлению. А то он мне не простит!

Как волнорез, рассекая людскую толпу, князь шёл, не оглядываясь и крепко держа Миру за руку. Люди замечая, что идет князь, почтительно расступались, кидая на Миру удивленные взгляды. Вообще все старались её рассмотреть, а некоторые еще даже прикоснуться к руке или волосам, как будто к диковинке.

Возле площадки, огороженной столбиками, было уже не протолкнуться, но пришедшего князя пропустили вперед, а с ним и Миру.

– Вир! – Тут же налетел на князя и чуть не повалил его в медвежьих объятьях, какой-то молодой мужчина, с черными усами.

Виромир засмеялся и стал выбираться из захвата.

– Постой, постой, давай я тебя познакомлю. Мира, – это мой друг Ольгерт. Герт – это моя таинственная спасительница – Мира.

Ольгерт удивленно вскинул брови, пристально разглядывая девушку, по мере того, как его глаза бродили по лицу и фигуре Миры, взгляд его становился восхищенным. И низким, волнующим голосом он произнес:

– Очень приятно, для вас просто Герт, – сказал он, и, взяв Миру за руку, не отрывая пристального взгляда, припал к её руке поцелуем. И лукаво улыбаясь в усы продолжил. – Я буду не против, если вы меня тоже спасете, после боя.

От этих слов Мира совсем смутилась и, забрав свою руку, смущенно пробормотала:

– Мне тоже приятно познакомиться…

Тут вмешался Вир и, встав между ними, хлопнул, друга по плечу.

– Тебе пора, сейчас начнется жеребьевка.

Бои Мире не понравились. Хороших борцов было мало, в основном, мужчины надеялись на свою силу, а приемами почти никто не владел. Когда на площадку вышел Ольгерт, Мира залюбовалась. Хищная грация, красивое подтянутое тело, уверенные движения и красиво вылепленное лицо завораживали. Густая грива черных волос, схваченная на шее тонким кожаным шнуром, не давали отвести глаз. А он, зная, какое производит впечатление, еще и красовался, поигрывая мышцами и подмигивая восторженным женщинам. Мира хмыкнула. Да, пожалуй, здесь по технике боя ей не будет равных, и она смогла бы победить даже его, но только вряд ли местные к этому хорошо отнесутся.