Глава 13

У меня ушло не так много времени, чтобы выяснить, куда пропал Джесс.

Я имею в виду, в масштабах Вселенной. На самом деле мне понадобилось полтора дня. Именно столько времени прошло, прежде чем ноги перестали печь, и я смогла втиснуть их в шлепки от Стива Мэддена, чтобы пойти в школу.

Где меня тут же вызвали в кабинет директора.

Серьезно. Отец Дом озвучил это во время речи на утренней линейке. Прямо так и сказал по громкой связи:

— И не забудьте, пожалуйста, напомнить вашим родителям о фестивале отца Серра, который начнется здесь, в миссии, завтра в десять утра. Будут прилавки с едой, игры, музыка и веселье. Сюзанна Саймон, после линейки зайди, пожалуйста, в кабинет директора.

Вот так просто.

Я решила, что отец Дом хотел поинтересоваться, как у меня дела. Ну знаете, учитывая, что меня два дня не было в школе из-за поврежденных ног. Хороший человек, естественно, пожелал бы выяснить, все ли у меня в порядке. Хороший человек переживал бы о моем самочувствии.

Как выяснилось, отца Ди безумно волновало мое самочувствие. Но скорее духовное, чем физическое.

— Сюзанна, — кивнул он, когда я вошла в его кабинет… Ну, вошла — это громко сказано. Я все еще ковыляла, прихрамывая. К счастью, шлепки были супермягкие, а широкая черная полоса сверху скрывала почти все наклеенные на ноги пластыри.

Хотя у меня все равно по-прежнему оставалось ощущение, будто я иду по грибам. Некоторые волдыри на пятках стали твердыми, как камень.

— Когда ты собиралась рассказать мне о вас с Джессом? — спросил отец Доминик.

Я подняла на него удивленный взгляд. Как и всегда во время наших бесед, я сидела на стуле для посетителей напротив директорского стола. И, как обычно, играла с видеоигрой, выуженной из нижнего ящика святого отца, где он хранил личное имущество, конфискованное учителями у учеников. Сегодня мне досталась одна из версий «Глупыша Патти».

— Что именно? — тупо уточнила я, потому что совершенно не понимала, о чем речь. Я имею в виду, с чего мне было подозревать, что отец Доминик вдруг узнал обо мне и о Джессе… правду о нас? Ну то есть кто мог бы ему рассказать?

— Что вы… что вы двое… — Кажется, отец Дом испытывал определенные проблемы с подбором слов.

Вот почему я поняла, что он хотел сказать, прежде чем он смог сформулировать предложение целиком.

— Что вы с Джессом… полагаю, сейчас это принято называть «парочка», — наконец выпалил он.

Я моментально стала красной, как мантия архиепископа, который должен был вот-вот нагрянуть в нашу школу.

— Мы… мы не… — начала заикаться я. — Не парочка, в смысле. На самом деле это не имеет ничего общего с действительностью. Не представляю, как…

И тут меня озарило. Я поняла, как отец Дом обо всем узнал. Ну, во всяком случае, я думала, что поняла.

— Это вам Пол сказал? — выпалила я. — Потому что я, правда, удивлена, отче, что вы верите парню, подобному ему. Вы знали, что он в какой-то мере ответственен за мои мозоли и волдыри? Ведь он же буквально набросился на меня… — Мне показалось, что в данных обстоятельствах не стоит добавлять, что я не сопротивлялась. Вообще. — А потом, когда я попыталась уйти, натравил на меня Ангела Ада…

Тут отец Доминик меня перебил. А он нечасто это делает.

— Мне рассказал сам Джесс. И что это еще за история о вас с Полом?

У меня челюсть отвисла от удивления, так что я даже не обратила внимания на его вопрос.

— Что?! Джесс вам сказал?

У меня возникло ощущение, будто мир, который я знала, неожиданно перевернулся вверх тормашками и вывернулся наизнанку. Джесс заявил отцу Дому, что мы пара? Что у него ко мне чувства? Прежде чем потрудился сообщить об этом мне? Не может этого быть. Это не могло произойти со мной. Ведь замечательные вещи вроде этой никогда со мной не случаются. Никогда.

— Что конкретно Джесс вам сказал, отец Дом? — осторожно поинтересовалась я, потому что хотела убедиться, что все поняла правильно, прежде чем позволить себе надеяться.

— Что вы поцеловались, — так неловко выдавил падре, что могло показаться, будто у него на стуле рассыпаны кнопки. — И должен сказать, Сюзанна, я огорчен тем, что ты ни словом не обмолвилась об этом при нашем последнем разговоре. Я разочарован. И теперь думаю, о чем еще ты могла умолчать…

— Я молчала, потому что это был всего лишь дурацкий поцелуй. И он случился почти месяц назад. И с тех пор ничего. Серьезно, отец Ди. — На мгновение я задумалась, услышал ли падре раздражение в моем голосе, но потом поняла, что мне, в общем-то, все равно. — Не просто ничего. Полный ноль.

— Мне казалось, мы с тобой достаточно близки, чтобы ты поделилась со мной событиями подобной значимости, — печально произнес отец Доминик.

— Значимости? — повторила я, стиснув в руке видеоигру. — Отец Ди, какой значимости? Ничего не случилось, понятно? — К моему огромному сожалению. — В смысле, ничего такого, о чем вы подумали.

— Я догадывался об этом, — серьезно кивнул отец Доминик. — Джесс слишком благороден, чтобы воспользоваться ситуацией. Однако ты должна понимать, Сюзанна, что я не могу по доброй воле позволить этому продолжаться…

— Позволить продолжаться чему, отец Ди? — Я поверить не могла, что мы вообще об этом беседуем. Будто я проснулась в мире Бизарро[1]. — Говорю же вам, ничего…

— Я чувствую ответственность перед твоими родителями, — продолжил падре, пропустив мои слова мимо ушей, — как за твое духовное благополучие, так и за физическое. Помимо этого у меня есть обязательства перед Джессом. Как его духовник…

Я чуть со стула не упала.

— Как его кто?!

— Нет нужды так кричать, Сюзанна. Полагаю, ты прекрасно меня услышала. — Отец Дом выглядел так же ужасно, как я себя сейчас чувствовала. — В общем и целом, в свете… м-м, сложившейся ситуации я посоветовал Джессу переехать в домик священника.

Вот теперь я реально слетела со стула. Ну, не то чтобы упала, но не усидела на месте. Правда, с трудом удержалась на ногах, которые все еще ощутимо болели, когда вскочила, чтобы наброситься на отца Дома. Вот только нас разделял огромный стол, так что я не могла, как бы мне ни хотелось, вцепиться в его сутану и заорать ему в лицо: «Почему?! Почему?!» Вместо этого пришлось крепко стиснуть край столешницы. Визгливым девчачьим тоном — не смогла сдержаться, хотя ненавижу, когда так делаю, — я выкрикнула:

— В домик священника? В ваш дом?!

— Да, в мой, — осторожно кивнул отец Доминик. — Там он обретет покой, Сюзанна. Я понимаю, что ему будет сложно привыкнуть к другому месту, помимо того, где его… ну, того места, где он погиб. Но наш уклад жизни очень прост. Во многом существование рядом с нами напомнит Джессу те времена, когда он был жив…

Я никак не могла вникнуть в слова падре.

— И Джесс согласился на это? — спросила я все тем же визгливым девчачьим тоном. Чей это вообще был голос? Уж точно не мой. — Джесс сказал, что пойдет на это?

Во взгляде отца Ди что-то промелькнуло. И я осознала, что это ничто иное, как жалость.

— Да. И я не могу выразить, как сожалею, что тебе пришлось узнать об этом вот так. Однако, вероятно, Джессу показалось… и должен признаться, я с ним согласен… что подобная сцена могла… э-э, девушка с твоим темпераментом могла бы… Ну, ты могла бы все усложнить…

И тут ни с того ни с сего у меня потекли слезы. Единственным признаком их приближения стало свербящее ощущение в носу. А в следующую секунду я уже боролась с рыданиями.

Потому что я поняла, что пытался сказать отец Дом. Истина предстала прямо передо мной во всей своей неприглядной наготе. Джесс меня не любил. Никогда не любил. Тот поцелуй… тот поцелуй все же был экспериментом. Хуже. Он был ошибкой. Ужасной непростительной ошибкой.

А теперь Джесс узнал, что я врала ему о Поле. Понял, что я ему солгала, и, хуже того, вероятно догадался о причинах этого… о том, что я люблю его, что всегда его любила и не хотела его потерять. И он решился на переезд, лишь бы не говорить мне правду о том, что мои чувства не взаимны. На переезд! Он готов был переселиться в другое место, лишь бы не оставаться со мной еще хотя бы на день! Вот какая я жалкая неудачница!

Я в слезах рухнула обратно на стул. Мне было уже неважно, что подумает отец Дом — ну знаете, по поводу того, что я рыдаю из-за парня. Не то чтобы я могла вдруг перестать любить Джесса, даже теперь, когда поняла — с абсолютной уверенностью, окончательно и бесповоротно, — что он меня не любит.

— Я н-не понимаю, — простонала я, уткнувшись в ладони. — Что… что я сделала не так?

— Ничего, Сюзанна. — Отец Доминик звучал слегка утомленно. — Ты ничего не сделала. Просто так будет лучше. Ты же это понимаешь, ведь так?

В любовных делах отец Ди был так себе советчик. Иметь дело с призраками — это он запросто… С девушками, которым разбили сердце? Тут уже посложнее.

И все же он очень старался. Он даже встал из-за стола, подошел ко мне и неловко похлопал меня по плечу.

Я даже удивилась. Отец Ди не очень-то любил все эти телячьи нежности.

— Ну все, все, Сюзанна. Полно тебе. Все будет хорошо.

Вот только я знала, что ничего хорошего не будет. Никогда.

Однако отец Дом еще не закончил.

— Между вами не могло все оставаться, как прежде. Джессу нужно было уйти. Это единственный выход.

Я не выдержала и горько рассмеялась.

— Единственный выход? Заставить его покинуть дом? — спросила я, яростно утирая слезы рукавом замшевой куртки. А вы ведь знаете, что соленая вода делает с замшей. Вот до чего я дошла. — Мне так не кажется.

— Это не его дом, Сюзанна, а твой, — мягко ответил отец Ди. — Он никогда не был домом для Джесса. Это просто пансион, где его убили.

Мне жаль об этом говорить, но услышав слово «убили», я разрыдалась еще сильнее. Отец Ди снова похлопал меня по плечу.

— Ну, успокойся. Ты должна повести себя по-взрослому, Сюзанна.

Я буркнула что-то невразумительное, сама не поняв, что именно.

— Я даже не сомневаюсь, Сюзанна, что ты справишься с этой ситуацией, как справлялась со всеми остальными… Ну, если не с изяществом, то хладнокровно. А теперь тебе лучше поспешить. Первый урок уже почти закончился.