Рик даже не подозревал о том, что происходит в их доме. Брайс все скрывал, но прямо сейчас ему было необходимо выговориться.

— Я думал, что буду... как наш отец, — сказал он. — Думал, что представляю опасность для ребенка или Бронвин.

Рик молча слушал, когда он начал рассказывать свою историю. Брайс уставился в стакан и говорил, казалось, несколько часов, а когда осмелился поднять взгляд, увидел, что побледневший Рик с блестящими глазами, крепко сжимает бокал.

— Почему ты не говорил мне об этом раньше? — он спросил.

— Чтобы защитить тебя от этой грязи.

— Я могу понять, почему ты не говорил об этом, когда я был ребенком, но я давно уже вырос.

— Не хотел омрачать твои детские воспоминания.

— Ты бы и не мог этого сделать, потому что большая часть моих воспоминаний связана с тобой и тем, как весело нам было... — Взгляд Рика стал отстраненным, с губ сорвалось ругательство. — Все эти так называемые спортивные травмы? Это сделал он? — Брайс кивнул, и Рик снова выругался. — Сукин сын! Черт, Брайс, мне так жаль.

— Это не твоя вина. — Брайс пожал плечами.

— Сколько побоев ты принял за меня?

— Это не важно, и именно поэтому я ничего не говорил. Я не хотел, чтобы ты винил себя. Я решил защищать тебя, и сделал это. Конец истории.

— А Брон ты почему ты не рассказал?

— Рассказал что? Что позволил семейному тирану использовать меня как боксерскую грушу? Что когда-нибудь я превращусь в такого же тирана и использую кулаки против нее и Кайлы? Ей будет гораздо лучше без меня.

Слова жгли, как кислота, но их нужно было произнести.

— Почему ты думаешь, что причинишь боль Брон или Кайле? — спросил Рик, и Брайс почувствовал, что рычит.

Как же Рик не понимал таких очевидных вещей?

— Это у меня в крови!

— Да неужели? Значит, это и у меня в крови. Думаешь, Лизе и Рису стоит опасаться меня? Думаешь, я когда-нибудь подниму на них руку?

Брайс моргнул, сбитый с толку вопросом.

— Конечно, нет.

— Почему? Он тоже был моим отцом. — Рик, судя по тому как поднялась и опустилась его грудь, тяжело вздохнул. — Брайс, ты должен поговорить об этом с психотерапевтом. Ты должен убедиться для себя, что никогда не причинишь физического вреда жене и ребенку.

— Бывшей жене…

Черт! Как же больно!

— У тебя врожденный инстинкт защитника, — продолжал Рик, в то время как Брайс все еще не оправился от эмоционального шока после слов «бывшая жена» по отношению к Бронвин.

— Хватит, — прошептал он. — Хватит, Рик. Пожалуйста.

Рик замолчал, но не сделал ни малейшего движения, чтобы уйти, просто встал и снова наполнил их бокалы. Он явно намеревался остаться столько сколько нужно. Успокоенный стоическим присутствием младшего брата, Брайс вздохнул и снова погрузился в свои невеселые мысли.