— О, она вполне была довольна лианой Тарзана. Тогда женщины не были такими избалованными.

— Думаешь? — Он вызывающе поднимает брови и поглаживает свою эрекцию. — А ты, значит, избалована?

— Совершенно точно.

Хотя я только что бурно кончила, меня снова наполняет похоть. Здесь нет ничего, что могло бы отвлечь, здесь только я и Айс. И я хочу максимально использовать это.

Я с интересом беру в руку странный стеклянный фаллоимитатор.

— Что это?

Айс тут же забирает его у меня и сжимает в кулаке, видимо, чтобы согреть.

— Анальная пробка.

Анал… Что? Я прочищаю горло.

— Э-э-э, ты же не планируешь то, о чём я подумала?

Его взгляд прожигает меня. Своим суперсексуальным мрачным голосом он говорит:

— Совсем скоро ты потеряешь способность думать. — Он хватает меня за бёдра и переворачивает на живот. — Дай мне свою задницу.

Я сглатываю.

— Айс, я сомневаюсь…

Он просто поднимает меня под живот и тянет в положение на четвереньках.

Я знаю, что он никогда не причинит мне вреда. Он наблюдает за мной, изучает мои реакции, и если мне действительно не нравится практика, он бросает её. Я люблю Айса за его внимание. Он всегда держит свои желания под контролем, мне не нужно беспокоиться, что он выйдет из себя и нападёт на меня в безумной похоти.

Одной рукой он продолжает удерживать меня, и я едва не утыкаюсь ягодицами ему в лицо, когда чувствую что-то прохладное на моей щели. Айс скользит стеклом между половыми губами, чтобы смочить его. Он ненадолго вводит его внутрь меня, а затем прижимает закругленный кончик к другому входу.

Я беспокойно ёрзаю. Давление на сфинктер кажется странным. Мне нравится, когда Айс лижет или гладит меня там, но он никогда ничего в меня не совал.

Он сильнее прижимает стеклянную пробку к моему отверстию, пока мышцы не расслабляются и немного не впускают игрушку.

— Пришло время расширить твой кругозор.

— Мой? — спрашиваю я на октаву выше. — Ты делал это раньше?

Давление нарастает, ощущение такое… новое. И захватывающее.

Айс не отвечает. Да и хочу ли я на самом деле знать, экспериментировал ли он с рабынями? В конце концов с большинством из них он не мог заниматься обычным сексом, так что, возможно, придумывал другие вещи. Ведь он любит играть с моим телом.

— Как тебе это, детка? — шепчет он.

Я оглядываюсь через плечо, Айс мечтательно смотрит на меня.

— Ощущения странные.

Он толкает стеклянную пробку всё глубже и глубже, и я чувствую, что вот-вот порвусь, хотя размер игрушки смехотворен по сравнению с членом Айса.

— Ты привыкнешь к этому, детка, — он вдавливает в меня последний сантиметр, пока не доходит до точки, где плаг сужается. И вот он полностью во мне. Как пробка.

Мои щёки горят от смущения, но клитор снова сильно пульсирует.

Айс похлопывает меня между ног.

— Тебе нравится.

Я ещё не уверена. Хотя… Неприятное чувство давления прошло. Сейчас терпимо.

Когда Айс отпускает меня, я остаюсь на четвереньках и жду, что он задумал. Как я и думала, он надевает зажимы на мои соски. Когда они прищемляют кожу, сладкая боль пронзает мои бёдра, усиливая пульсацию в клиторе.

— Ты снова возбуждена, — Айс скользит пальцем внутрь меня, распределяя сок по моей щели, а затем берёт мой клитор большим и указательным пальцами и слегка сдавливает его.

Стоя на коленях, я концентрируюсь на дыхании, пока Айс играет с клитором, скручивая и потирая его. Моё тело горит, низ живота омывают потоки горячей лавы, мои груди напряжены, всем телом я ощущаю эту чувственную пытку.

Айс целует мои ягодицы и какое-то время ласкает разгорячённую вагину, а затем становится на колени позади меня и прижимается головкой к моему входу.

Он что, серьёзно? Хочет войти в меня, хотя я и так уже заполнена?

— Это не сработает, — говорю я хныкающим голосом, когда он слегка вводит в меня свой массивный член.

— Просто хочу посмотреть, сколько ещё ты сможешь выдержать.

Я слышу, как он стонет, зажатый в моей тесноте. И тут же отстраняется.

Я нахально трясу попой.

— Что такое, большой мальчик? Ты сдаёшься?

Айс снова хватает меня и переворачивает на спину.

— Всё ещё дерзишь?

Он переползает через меня и засовывает головку мне в рот.

Я жадно облизываю её и широко открываю рот, чтобы заглотить член как можно глубже. Я люблю мускусную смесь во рту и жадно сосу, чтобы насладиться солёными каплями предсемени.

Мышцы живота Айса напрягаются.

— Чёрт, детка, ты меня просто убиваешь сегодня.

Он снова не выдерживает и отпускает меня. На его лбу выступает пот, дыхание тяжёлое.

Я торжествующе улыбаюсь и облизываю губы.

Айс прищуривается.

— Ты действительно хочешь бросить мне вызов?

О, мне нравится, когда он выглядит таким нарочито суровым, меня это возбуждает.

— Хорошо, — шепчет он, стягивая зажим с соска.

У меня перехватывает дыхание.

— Ты такой говнюк! — Мгновенная боль пронзает мои нервы, как раскалённая сталь.

— Ещё какой, — говорит он приторно сладким голосом, дует на обиженный сосок и нежно его облизывает.

Я вцепляюсь Айсу в волосы и царапаю шею. На самом деле мне не позволено ласкать его, если только он мне не прикажет, потому что сегодня он хочет, чтобы всё было только для меня. Но я не могу не гладить его, не прикасаться к нему, потому что очень его люблю.

У меня вырывается смешок. Как я могу любить того, кто причиняет мне боль?

Всё просто: это боль удовольствия, и я жажду её.

Айс стягивает второй зажим, и я снова кричу, но он закрывает мне рот рукой.

Его глаза сверкают.

— Ты распугаешь животных.

Я пытаюсь дышать через нос, но это трудно. О боже, даже это меня заводит.

Он медленно убирает руку и садится на корточки между моими ногами, которые он широко раздвигает. А ещё он раздвигает мои половые губы двумя пальцами и надевает зажим на клитор.

Я сопротивляюсь, но умудряюсь не закричать. Только всхлип вырывается. Это такая сильная и новая для меня боль. Айс склоняется надо мной, чтобы снова закрыть рукой рот, коленями удерживая мои бёдра на месте.

По моим щекам текут слёзы, в венах бурлит адреналин.

— Детка, ты такая красивая, — Айс целует мои слёзы, всё ещё прикрывая мой рот.

Только когда я выдерживаю боль, он убирает руку и хватается за чёрный вибратор. Он терзает мой клитор, который дополнительно мучает зажим.

Я кричу от удовольствия. Никогда ещё наши игры не были такими жёсткими.

— С каждым днём ты можешь принять всё больше. — Айс ласково гладит мой живот. — И однажды обе твои дырочки будут соответствовать моему члену. Главное — тренировки.

Он засовывает вибратор глубоко внутрь меня, и я снова брыкаюсь. Вибрации проникают в моё лоно, заставляя всё внутри трепетать. Теперь я ещё отчетливее чувствую анальную пробку, так как она отделена от вибратора лишь тонкой перегородкой.

— Интересно, сколько оргазмов ты можешь испытать подряд, — хрипло говорит Айс, снова поднося кончик жужжащего устройства к клитору.

Я хнычу и стону под Айсом, меня изматывают яростные пульсации на моих опухших тканях. Я чувствую боль, и одновременно удовольствие. Иногда я задаюсь вопросом, как вообще можно делать всё то, что Айс проделывает с моим телом. Но он всегда знает, что мне нужно.

— Значит, мне можно кончить снова? — спрашиваю я.

— Да, детка, сегодня ты можешь показать всё, на что способна.

Когда Айс снова прижимает кончик вибратора к клитору и скользит в меня своим пальцем, которым стимулирует мою внутреннюю точку удовольствия, я больше не могу сдерживаться. Кровь громко хлещет по моим ушам, так что я больше ничего не слышу. Я не могу дышать, не могу думать, я могу только чувствовать. Мои внутренности сжимаются вокруг пальца, на меня накатывают волны экстаза. Мое тело дёргается, как будто меня пронзает электричество. Мой сфинктер ритмично обхватывает пробку.

Я плыву… плыву в абсолютном блаженстве.

Пять оргазмов спустя я лежу под Айсом, тяжело дыша, и едва могу двигаться, когда он хватает меня за бёдра и входит в меня. Он ещё ни разу не кончил. У него невероятная выдержка.

— Наконец-то я вымотал тебя, детка?

Его тело насквозь промокло, и я тоже обливаюсь потом.

Я могу только тупо кивнуть.

Он берёт меня сильно, врезается в меня. Но я такая влажная и расширенная, что могу легко это вынести. Да, я наслаждаюсь им внутри себя, не двигаясь. Я чувствую его, соединена с ним, чувствую себя желанной и нужной. Он часами играл с моим телом и несколько раз насыщал меня, ни разу не испытав вершины наслаждения сам.

Его толчки замедляются, и он говорит полустонущим голосом:

— Сделай это со мной, детка.

Я знаю, что он любит, поэтому немного приподнимаюсь и хватаю его член. Он скользкий и горячий. Двумя пальцами я обхватываю его в плотное кольцо и массирую.

Айс откидывает голову.

— Сильнее.

Я стараюсь, как могу, что не легко в этой позе, пока Айс не вырывается из меня и не кончает на мои набухшие половые губы. Его густой, белый сок ударяет по мне три раза, пять раз… восемь раз. С горящим взглядом Айс смотрит на это, втирая сперму в мою щель и в живот.

От последнего выстрела по его телу проходит судорога, и он падает рядом со мной, тяжело дыша.

— О, детка, это было круто.

— Да, — отвечаю я шёпотом. — И утомительно.

Солнце уже опускается, в нашем домике на дереве стало сумрачно. Сейчас больше всего я хотела бы закрыть глаза и уснуть, но я вся такая липкая. Ощущение не самое приятное.

— Сколько бы я сейчас отдала за свою роскошную ванную комнату?

— Могу предложить тебе нечто подобное.

Айс садится и протягивает мне руку, но я не могу пошевелиться.

— Я слишком устала.

Тогда он просто берёт меня на руки.

— Не важно, Тарзан хочет искупаться. Джейн идёт со мной.

— Но тебе придётся нести меня всю дорогу… Айс!

Внезапно я полностью просыпаюсь. Что он делает? Он просто срывает москитную сетку и спрыгивает на землю.

— Боже мой! — кричу я.

Моё сердце, только что оправившееся от чувственного напряжения, снова бешено бьется. Но мы благополучно приземляемся, хотя мой мозг изрядно встряхнулся.