— Мне нравится Блэк, — сказал он. — И я могу представить себе его чувства. Появись сейчас перед ним создатель этого лабиринта рек, он придушил бы его без всяких сожалений. Я и сам с огромной радостью поквитался бы с теми, кто придумал эту огромную мышеловку.

— Прежде чем крушить все подряд в припадке ярости, тебе следовало бы спросить себя, есть ли в этом какой-то смысл, — сказал Чарбрасс.

— А разве тебя не рассердила наша неудача?

— Нет. Почему я должен сердиться? Разве ты гневался на Бога за то, что он поселил людей на Земле? Между прочим, он Тоже не объяснял им сути своих поступков.

— У нас была книга, которая утверждала, что в ней есть ответы на любые вопросы. Я искал их долгие годы, но так и не нашел. О, как это меня тогда выводило из себя. Хотя теперь я отношусь к этому вопросу вполне спокойно.

— Вот и хорошо. Сейчас нам тоже не мешало бы успокоиться. Когда-нибудь мы поймем предназначение долины… или узнаем, что можем обойтись без объяснений нашего чудесного воскрешения.

— Ты прямо как Борбич! — фыркнул Мюрель.

— А что? Он прекрасный человек, — ответил Чарбрасс.

На этом беседа закончилась. Спутники начали готовиться ко сну. Блэк спустился со скалы, когда взошла луна. Он лег рядом с Филлис, и она молча прижалась к нему, понимая, что лучше не тревожить его расспросами. Дыхание Блэка успокоилось, стало ровным, и Филлис, закрыв глаза, уснула.

Ей показалось, что сон длился лишь несколько минут. Она проснулась и, приподнявшись на локте, прислушалась к беседе Ричарда и Джо. Луна находилась почти в зените.

— …З той зтороны изходит зтранное жужжание, — говорил титантроп, указывая на склон горы.

— И Чарбрасс ушел туда?

Джо закивал огромной головой.

К ним подошел Мюрель:

— Что-нибудь случилось?

— Джо говорит, что от той горы доносится постоянное жужжание. Но я ничего не слышу. А вы?

Мюрель и Филлис тоже ничего не слышали. Все четверо взяли оружие и торопливо направились к источнику шума. Обогнув несколько холмов, они приблизились к подножию горы. Джо указал пальцем, на широкий выступ, который находился в двухстах футах над ними. Крутой склон казался неприступным, но в нем имелось множество камней, выступавших наружу в виде ступеней. Кроме того, эту часть склона примерно на четыреста футов вверх покрывала длинная и крепкая трава.

Они осторожно поднялись на выступ, сделав все возможное, чтобы шум и лунный свет не выдали их присутствия тому, кто стоял у высокой, похожей на колонну скалы. Спрятавшись за валуном на краю небольшой площадки, они с удивлением смотрели на Чарбрасса. Тот произнес какую-то фразу, но Блэк не разобрал ни одного слова.

— Джо, ты слышал, что он сказал?

— Да.

— Наверное, слух Чарбрасса улавливает ультразвуковые волны, — прошептала Филлис. — Нам повезло, что Джо тоже способен на это.

— Черт возьми! — хрипло воскликнул Мюрель. — Что он там делает?

— Тише! — велел ему Блэк. — Или он нас услышит.

Очевидно, Чарбрасс их не заметил. Он стоял возле скалы, будто ожидая чего-то. Внезапно жужжание прекратилось. Через секунду Чарбрасс упал.

Зрители молча следили за происходящим. В конце концов Блэк понял, что они ничего не узнают, если будут прятаться за валуном. Он кивнул остальным, и они вышли на площадку. Сделав несколько шагов, все четверо застыли на месте. Их глаза расширились от ужаса и изумления.

Кожа Чарбрасса исчезла. Тело в покрове мышц напоминало учебное пособие в анатомическом классе. Блэк подошел поближе, но остановился в десяти ярдах от каменной колонны. Он не хотел подвергаться воздействию поля, которое расщепляло труп.

Чарбрасс таял на глазах. Вслед за кожей исчезли мышцы, затем вены и артерии, внутренние органы и, наконец, кости.

— Излучение колонны настроено на различные части тела, — тихо сказал Блэк. — Иначе они не исчезали бы в такой четкой последовательности.

— Жужжание знова появилозь, — сообщил титантроп. — Оно такое зильное, что у Джо болят уши.

— Какие слова произнес Чарбрасс перед смертью? — спросил Блэк.

— Я не понял их змызл. Но Чарбразз зказал: «Зезам, откройзя!»

— Джо! Ты шутишь! — вскричала Филлис.

— Нет, я говорю правду. Но я не знаю, что означает эта фраза.

— Она из «Тысячи и одной ночи», — прошептал Блэк. — Это же мой хлеб!

— Хлеб? Где хлеб? — удивленно забубнил титантроп.

— Когда Блэк жил на Земле, он сделал перевод одной интересной книги, — начала объяснять Филлис. — Впрочем, забудь об этом, Джо. Ты все равно ничего не знаешь о книгах.

— Кем же он был? — спросил Мюрель, кивнув на мокрое пятно перед колонной.

— Очевидно, Чарбрасс являлся агентом тех существ, которые создали эту планету, — ответил Блэк. — Судя по всему, их много среди людей, и они собирают о нас информацию. Эти лазутчики прекрасно подготовлены и законспирированы. Мне бы и в голову не пришло подозревать Чарбрасса в шпионаже. Однако теперь, когда нам все известно, я могу признаться, что он всегда казался мне странным.

Взять, к примеру, его безразличие к нашим заботам и тревогам. Или нежелание делить ложе с женщинами. Хотя, конечно, для улик этого маловато… А вспомните о его удивительной эрудиции. Он мог объяснить любой феномен и любую загадку Мира Реки. Я уже не говорю о навыках в психотерапии и его пацифизме. Теперь мне понятно, почему он защищал Церковь Второго Шанса, но сам в ней не состоял.

Где-то в подсознании я чувствовал истину. В моем «переносящем» сне Чарбрасс появился в образе кондуктора. Я готов поспорить, что он им и был, если считать долину поездом, который везет людей к неведомой цели.

— Почему же он покинул нас здесь, а не в каком-нибудь другом месте? — спросил Мюрель.

— Пока мне в голову приходит только одно объяснение. Очевидно, Чарбрасс намерен разрушить тот путь, по которому Джо однажды попал к истокам. Он ищет его, но не может найти. Скорее всего ему захотелось убедиться, что проход к морю в этой долине надежно перекрыт скалами. Уверившись в этом, Чарбрасс поспешил уйти. Если бы не бесподобный слух Джо, его исчезновение навсегда осталось бы для нас неразрешимой загадкой.

— Между прочим, Чарбрасс тоже улавливал это жужжание, — произнес Мюрель. — А ведь он такой же человек, как и мы.

— Я сказал бы, сверхчеловек.

— Что же нам теперь делать? — спросила Филлис. — Может быть, устроим здесь засаду в надежде, что он когда-нибудь вернется?

— А зачем ему возвращаться? — ответил Блэк. — Насколько мы знаем, Чарбрасс выполнил свою миссию в этой долине. Но где бы он сейчас ни находился, я хочу отправиться за ним следом.

— Каким образом? — раздался хор голосов.

Блэк подошел к колонне.

— Я повторю то, что сделал Чарбрасс.

— Дик! Ты же умрешь! — закричала Филлис. — Что, если они не воскресят тебя снова?

— Я почти ничем не рискую. Разве стал бы Чарбрасс обрекать себя на такую бессмысленную гибель?

Встав рядом с колонной, Блэк громко сказал:

— Сезам, откройся!

— Подожди! — вскрикнула Филлис. — Мне не хочется смотреть, как будет исчезать твое тело! Я умру с тобой!

Подбежав к Ричарду, она прижалась к его руке. Прошло пять минут, но ничего не случилось.

— Джо, скала все еще жужжит? — спросил Блэк.

— Да.

— Значит, нам не удалось запустить в действие ее механизм. Я полагаю, внутри колонны находится какое-то устройство. Джо, ты можешь повторить слова Чарбрасса в той же последовательности и с той же интонацией?

— Джо не понимает Блэка.

— Ты можешь показать, как Чарбрасс говорил эти слова?

Титантроп усмехнулся. В искусстве подражания он не уступал обезьянам, и ему нравилось имитировать других людей. Повысив голос, он повторил фразу так, как произнес ее Чарбрасс.

Колонна на это никак не отреагировала.

Блэк задумчиво нахмурил брови. Внезапно его лицо прояснилось.

— Ну конечно же! Джо гундосит, и вместо «с» у него подучается «з». Мюрель, я сейчас повторю эту фразу. Когда мы с Филлис исчезнем, отправляйтесь за нами следом — если только вас не испугает наша смерть.