— Саша Леонтьев, Юрин папа?

— Совершенно верно, цыпа. Муж твоей лучшей подруги Натаси. Сначала я собирался подложить тебя этому старому мудаку, но потом подумал, что с молоденьким мальчиком тебе будет забавнее трахаться.

— Спасибо за заботу! — сказала я. — А что будет с его родителями?

— Ворона накаркала, что они умрут. В ближайшее время. Мы поплачем вместе, если не возражаешь.

— В чём заключается моя роль? — спросила я.

— Весь ближайший год быть рядом с мальчиком. Ты должна обеспечить ему такой разнузданный секс, чтобы в каждой юбке он видел только шлюху. Юношество — опасный возраст, влюбленности, увлечения. Мне не нужно, чтобы у него появилась посторонняя баба.

— Я поняла, — сказала я. — Возникнут расходы, в разумных пределах. Я могу на вас рассчитывать?

— Разумеется, — сказал Буйтенко. — Я нисколько не сомневаюсь в твоей финансовой щепетильности.

Глава 8

Я парень не слишком спортивный. Раз в неделю хожу в секцию дзюдо, все мои друзья туда ходят, это у нас коллективное поветрие. Но от спорта не фанатею, просто надо же поддерживать тело в тонусе.

К чему я это? Я это к тому, что после ебли с Люсей я почувствовал себя олимпийским чемпионом. Уверенность в собственных силах переполняла меня. Я ходил по улицам нашего славного Ельца и засматривался на девок, одетых по-летнему непринужденно. Я был готов переебать всех. Наверное, вожделение было написано у меня на лбу, потому что некоторые, особенно дамы постарше, смотрели на меня, кто настороженно, а кто и с интересом.

Я слонялся, бездельничая, по центральному проспекту, когда меня окрикнули:

— Юра Леонтьев, как удачно, что я тебя встретила.

— Здравствуйте, Алла Викторовна, — сказал я. Алла Викторовна Глебова преподавала в моем классе английский. — Вам нужна моя помощь?

— Очень нужна, — затараторила Алла Викторовна. — У меня сломался компьютер, а мне необходимо до вечера сделать реферат. Ты не мог бы посмотреть, вдруг починишь?

— Разумеется, — сказал я и едва не расхохотался, с каких это пор я стал специалистом по компьютерам. — Чинить сейчас?

— Пойдём ко мне, — сказала Алла Викторовна.

Бабы просто вешаются на меня, подумал я, вот дела. Посмотрим, чем брюнеточки отличаются от блондиночек.

Как и следовало ожидать, компьютер был исправен. Я пощелкал для видимости по клавишам, пока Алла Викторовна переодевалась в соседней комнате, потом разделся и пошёл к ней.

Голая Алла стояла перед зеркалом. «Вдруг муж придёт?» — сказала она.

«Успеем!», — я нагнул её и с размаху вошёл в задницу. Алла вскрикнула и стала подмахивать.

Я кончил ей в рот, похлопал по мордашке, оделся и, как ни в чём не бывало, покинул учительницу английского.

Я чувствовал себя полным идиотом. Вся уверенность в собственном величии улетучилась безвозвратно. Было совершенно очевидно, что и Люсю, и Алюсю мне подставили. Вот только кто и зачем?

Неприятное чувство опасности заколотилось во мне.

— Спокойно! — громко вслух сказал я. Проходившая мимо бабулька отшатнулась от меня как от чумного. — Спокойно! Ты теперь один на белом свете. Так что думай головой, другого варианта у тебя нет.

Смерть родителей была странная, особенно странная в имеющихся обстоятельствах, я это понимал с самого начала, просто отгонял от себя эту мысль, прошлого не вернёшь, не пойдёшь же в милицию с этим делом.

Со мной крутят дешёвый порнофильм, из тех, каких я насмотрелся в интернете лет в четырнадцать. Похоже, держат за лопоухого дурачка, это неплохо. Кто крутит? Буйтенко? Если предположить, что смерть родителей была не случайной, он первый кандидат. Исходя из того же предположения, меня не грохнули только потому, что я из-за возраста не могу вступить в наследство. Посоветоваться бы с хорошим адвокатом, подумал я, только где его взять, этого адвоката. Им, если допустить, что Буйтенко не один, надо ждать целый год. Значит, весь этот год должна быть няня, которая будет меня опекать. И исполнять любую прихоть, мой петушок блаженно зашевелился в штанах.

«А жопа ведь разъёбана у Люси, пожалуй, чересчур для одинокой учительницы литературы, — подумал я. — Мой не самый маленький на свете болт вошёл без всякой смазки. Так что, похоже, няней она назначена неспроста».

Они хотят забрать все деньги, вдруг понял я, дождаться, когда я вступлю в наследство, а потом убить или посадить в тюрьму, не знаю, что они там придумали. А до этого момента держать меня под полным контролем.

«Ну что ж, тётя Люда, — я зло улыбнулся. — Начнём, пожалуй, операцию под названием «контригра».

Глава 9

Я делала уборку в квартире, когда позвонил Юра.

— Привет! Что делаешь?

— Убираюсь. Ты же завтра приедешь в гости.

— Я приеду через полчаса. Будь в одних чулках.

— Соскучился? Уже бегу в душ.

«Пожалуй, я поторопилась с Аллочкой, — подумала я, прихорашиваясь. — Кажется, мальчик что-то учуял».

Договориться с этой пиздой не составило никакого труда. Она уже два года каталась вместе со мной в массажный салон в Москве, рассказывая муженьку байки про курсы повышения квалификации. Алла слегка покочевряжилась насчёт секса со школьником, я заплатила чуть больше обычного и на этом её разборчивость удовлетворилась.

Юра приехал, без единого слова трахнул меня на кухонном столе, затем развалился на кровати и велел мне устроиться в ногах. «Ведёт себя в точности как Буйтенко, — подумала я. — Такой маленький, а уже такая скотина».

— Итак, кто следующая? — насмешливо произнёс он.

Я внимательно посмотрела на него:

— А кого ты хочешь?

— Тамару Сергеевну. Директрису нашей школы.

— Это невозможно, — сказала я. — У меня нет к ней подходов. Она не согласится ни за какие деньги.

— Это твои проблемы, — сказал Юра. — Или я сообщаю Буйтенко, что ты мне не понравилась. Предполагаю, что он сотрёт тебя в порошок.

«Как я вас всех ненавижу, — подумала я. — Удавила бы голыми руками».

— Я действительно не знаю, как к ней подобраться.

— Думай, соска, — сказал Юра. — Если хочешь стать моей рабыней. А это твой единственный шанс. Буйтенко моих родителей не пожалел, и тебя растопчет, в случае чего.

«Господи! — подумала я. — Откуда он знает, этого не может быть».

— Я не виновата в смерти твоих родителей.

— Это неважно, — сказал Юра. — Я в одной хорошей книжке прочитал: «Мёртвые в землю, живые за стол». Только без меня тебя ждёт место под забором или на кладбище.

— Давай какую-нибудь другую, — попросила я. — Я ума не приложу, как соблазнить Тамару Сергеевну.

— Нет, её, — он поднялся на ноги. — Твой тест на выживаемость. Даю две недели. А сейчас раскрой ебло пошире, поссать в тебя хочу.

Глава 10

Вечером, как обычно, я отправился ужинать в кафе «Аист». Что за мерзкая у нас провинция, птичья, в какой город не приедешь — или кафе «Аист» или «Журавли».

Я уткнулся взглядом в знакомое до каждой запятой меню. С моей благоверной мы ходили ужинать в «Аист» почти каждый день, готовить моя красавица не любила, да и не умела. Единственная дочка, поздний ребёнок состоятельных родителей, коренная москвичка, разбалованная до неприличия, выдержала почти год елецкой жизни, фырчала, скандалила и в результате сбежала обратно в столицу. Я мрачно выпил рюмку водки, я виноват, что ли, что меня в этот замухсранск назначили в военную прокуратуру. Ебётся где-нибудь сейчас, подумал я. В том, что моя жена не скучает в гордом одиночестве, я почти не сомневался.

А может быть и хорошо, что сбежала, я жестом попросил официанта повторить выпивку, одному как-то проще жить.

— Меланхоличное настроение не способствует пищеварению, — человек за соседним столиком смотрит на меня нежным взглядом доктора-психиатра. — Колики могут образоваться.

— Мы знакомы? — безразличным тоном спросил я. Меня в этом городишке многие знают, старший следователь военной прокуратуры не последний человек.