Совершенно особенными по смыслу и задачам явились российские дела на Кавказе. Здесь основой острых столкновений с Персией и Турцией был вопрос о братской по вере Православной Грузии. Одна из древнейших христианских стран Грузия ещё в XVI в. стремилась под защиту России. Терзаемая сильнейшими мусульманскими странами — Персией и Турцией и внутренними усобицами Грузия в 1783 г. приняла покровительство России, а в 1801 г. при Павле I была полностью присоединена к империи. Но превратить такое единение с Грузией в устойчивую постоянную действительность оказалось непросто. Нужно было преодолеть противодействие Персии и Турции и часто подстрекаемых ими воинственных горских народов Северного Кавказа, Каспийского и Черноморского побережий. В 1826 г. Персия из-за своих интересов в Грузии без объявления войны вторглась в Закавказье. Главнокомандующий российскими войсками на Кавказе генерал Ермолов своими силами справиться с нашествием не мог. Ему на помощь пришли войска во главе с генералом Паскевичем. Паскевич в ряде сражений разгромил персов, взял г. Эривань (Ереван), вторгся в Персию, устремившись к её столице — Тегерану. Персидский шах запросил мира, который и был заключён в 1828 г. в Туркманчае, и по которому к России навсегда отходили земли нынешней Армении и Азербайджана. Притязаниям Персии был положен конец. Николай I пожаловал Паскевичу титул графа Эриванского. Трудней оказалось привести в послушание горские племена Северного Кавказа, с которыми давно имели дело русские казачьи поселения по Тереку и Кубани. Чеченцы, черкесы, другие воинственные народы не только воевали с казаками, они и жили рядом с ними и вступали с русскими в мирные отношения, встречая в этих случаях вполне дружелюбное отношение русских. Но с 1825 г. в этих народах началось занесённое из Турции движение «мюридизма». «Мюриды»(послушники) обязывались вести священную войну против «неверных» русских под началом «святых старцев» — имамов и шейхов — с целью создания обширного «халифата» от Стамбула до Кубани. Имамы Кази-мулла и позднее — Шамиль сделались народными вождями. Война мюридов длилась почти 40 лет. Сейчас принято говорить о жестокостях российских войск в этой «Кавказской войне». Но не принято вспоминать о зверствах горцев-мусульман по отношению к русским, да и к своим же, но принявшим Православие (к примеру — осетинам или грузинам). А эти зверства превосходили всякое человеческое представление. Война есть война! Взаимное ожесточение сторон здесь, увы, неизбежно. Поэтому и со стороны русских бывали эксцессы насилия и жестокости. Но не жестокостью русских объяснились такие меры, как периодические массовые уничтожения мужского населения Чечни! В отношении других кавказских племён к таким мерам не прибегали. Чеченцы же «заработали» столь жуткие карательные акции своим же из ряда вон выходящим зверством и коварством. Впрочем, ко всему чеченскому народу это нельзя отнести. Здесь вина фанатиков от мусульманства. Этот фанатизм и по сей день даёт себя знать. В наше время, получив относительную самостоятельность, чеченское руководство в качестве «государственного герба» (эмблемы) Чечни утвердило образ «одинокого волка». Тёмный, с горящими глазами волк — это ли выражение в целом благородного, нормального чеченского народа? Думается, что нет! Но о чём-то такой образ всё-таки говорит... Постепенно, дорогой ценой России всё же удалось сломить сопротивление горцев и тем обезпечить постоянный безопасный «мост» связей с Православной Грузией. В этом — главный смысл и итог Кавказской войны.

Такой же религиозный характер возымело столкновение с Турцией с 1828-1829 г.г. Накануне началось восстание православных греков против турецкого владычества. Поначалу это выглядело как бунт подданных против законной власти султана и поэтому европейские державы и Россия не находили возможным поддерживать восставших. Но скоро выяснилось, что зверства турок — мусульман по отношению и православным грекам имеют такой выраженный характер религиозной нетерпимости, что русская эскадра приняла участие в уничтожении Турецкого флота в бухте Наварин в 1827 г., действуя вместе с флотами Англии и Франции. В отместку Турция в следующем году начала военные действия против России. На Балканском направлении успешно действовал генерал Дибич, взявший Адрианополь. На Кавказе генерал Паскевич также нанёс туркам ряд сильных поражений, взяв Карс, Ахалцых, Эрзерум. «Больной человек», как назвал распадающуюся Турецкую Империю Николай I, запросил мира. Россия получала левый берег Дуная с островами в устье его, весь восточный берег Чёрного моря, свободную торговлю в Турции и свободный проход через проливы Босфор и Дарданеллы (двери в Средиземное море). Кроме того, Россия добилась, что православные княжества Молдавии, Валахии и Сербии получили автономию и покровительство России, а на юге Греции создавалось независимое Греческое Королевство (1830 г.). В 1833 г. Россия оказала помощь и самой Турции в её борьбе с пашой Египта. В благодарность Султан повелел «запереть» проливы Черного моря для всех иностранных военных судов, кроме российских.

Так Православный Российский Самодержец становился могучим покровителем Православных народов Восточной Европы и Балкан. Казалось, начали сбываться мечты этих народов, неоднократно высказываемые ещё Алексею Михайловичу, о распространении власти Русского Царя на все древние Православные страны и превращении России, таким образом, во всемірную Православную, или — Всеправославную міровую державу, Восточную Православную Империю (Царство), подобное древней Византии!

А вот этого-то никак не хотели допустить Западноевропейские державы, веками враждовавшие с Православием, с Россией!... Европейская дипломатия тут же добилась того, чтобы не одна Россия, а и Франция, Австрия, Англия и другие взяли под контроль всё, что связано с Турцией и теряемыми ею Греческими и Балканскими владениями. Так возник «Балканский» или «Восточный вопрос» в европейской политике, суть которого состояла в том, чтобы любыми (всеми!) средствами воспрепятствовать преобладанию России в делах братских славянских и иных Православных народов Восточной Европы и Средиземноморья. Очень скоро это станет причиной Крымской войны.

А пока особую остроту приобретал западный для России — «польский вопрос». Дарованная Польше Александром I Конституция и многие свободы не устраивали радикальную часть панства, мечтавшего о восстановлении былой Речи Посполитой «от моря до моря», то есть с включением в неё исконно русских земель Белоруссии и Украины с их православным населением. Нетерпимость католической польской знати и шляхетства распространялась не только на православных, но даже и на униатов. Всем этим ловко воспользовались польские масоны, составившие ряд тайных обществ с громкими «патриотическими» и националистическими лозунгами и требованиями. Революции 1830 г. во Франции и Бельгии дали толчок масонскому движению Польши. Оно имело два основных направления — крайне республиканское (во главе с историком Лелевелем) и аристократическое, более умеренное (во главе с уже известным князем А. Чарторыйским). В конце 1830 г. в Варшаве началось восстание. Великий Князь Константин Павлович с отрядом русских солдат вынужден был покинуть Польшу. В 1831 г. туда вошли войска генерала Дибича, не имевшие особого успеха, в частности — по причине сильнейшей эпидемии холеры, от которой умерли и Дибич и Великий Князь Константин. Тем временем революционеры в Варшаве создали сначала «Временное правительство» с «диктатором» во главе, затем созвали Сейм. Восставшие требовали сперва полной независимости Польши и присоединения к ней Литвы и западной Руси, а затем объявили о «свержении» династии Романовых с трона Царства Польского. В Польшу был направлен граф Паскевич Эриванский. Он штурмом взял Варшаву, совершенно разгромил масонские революционные войска, вытеснив их остатки за границу. Конституция Польши отменялась, армия упразднялась, закрывались университеты, Польша разделялась на губернии и полностью включалась в состав Российской Империи. Деловым языком объявлялся русский. Русские помещики получали земли в Польше. Во главе Царства Польского поставлялся теперь Наместник. Им тогда стал Паскевич с новым титулом князя Варшавского. В связи со всем этим выяснилось, что польские магнаты и паны, сохранившие земельные владения в Белоруссии и на Украине, уже давно притесняют православных русских и малороссов, а также униатов, и занимаются полонизацией образования и всей вообще культурной жизни в этих землях. Государь Николай I вынужден был принять крутые меры к восстановлению русского просвещения и образования в западнорусских и украинских землях. В частности, в Киеве был открыт русский университет. Находившаяся по принуждению в унии с католической церковью ещё с конца XVI в. часть белорусского и украинского населения во главе с епископом Иосифом Семашко пожелала воссоединиться с Православием. Николай I пошёл навстречу этим желаниям и в 1839 г. все униаты (кроме жителей Холмской епархии) присоединились «к прародительской Православной Всероссийской Церкви», — как они выражались. Это был большой праздник Православия! Массы униатов присоединились без всякого насилия добровольно. Все эти дела показывали, что Россия покоряла и смиряла Польшу не потому, что желая властвовать над ней, противилась её самостоятельности, а потому только, что Польша желала властвовать (и политически, и духовно) над исконно русским населением, лишая его возможности самобытной жизни и «прародительской» веры! С такой Польшей, какой она стремилась быть тогда, ничего не оставалось делать, как полностью ее подчинить и заставить уважать права других народов! Собственно же полякам-католикам Россия, как обычно, предоставила все возможности жить по своей вере и обычаям.