— Ты стала избегать меня, почему? — Никита перестал замечать присутствующих и серьёзным тоном спросил у девушки, сидящей на против со своими глазами лемура.

Она неловко оглядела друзей, которые так же глазели на неё. Видимо, этот разговор заинтересовал и их, они со всей внимательностью смотрели на неё, при этом тактично помалкивали.

— Не нужно, Никит, я не хочу говорить об этом, — мягко попросила девушка.

Ответ его абсолютно не устроил, но ни это главное, важно, что она сидела на против него и он мог просто смотреть на неё и разговаривать. Парень удивился тому, на сколько он был поглощён этой девушкой и как же сложно будет выйти из этого состояния. Поражало ещё то, как одно чувство раскрывалось в человеке в зависимости от обстоятельств и внешних факторов, достаточно быть рядом с нужным человеком и ощущать себя абсолютно окрылённым или мучительно страдать от его отсутствия.

— Слушайте, а может, вы сможете Офелии помочь? — встрепенулась Катя озадаченно поглядывая на парней. — Ей срочно нужно устроиться на работу на пол ставки!

— Что? Зачем тебе? — спросил Никита.

Офелия недовольно вздохнула и бросила разъярённый взгляд на подругу.

— Не важно зачем, — озлобленно ответила девушка. — Но работа правда нужна.

На лицах парней застыло недоумение.

— А учёба? — не понимал Глеб.

— Это не проблема.

Повисла пауза. Никита ничего не понял, но разобраться ему хотелось. Неужели родители просили или она сама хочет? Зачем ей это, не ясно.

— Ты нормально можешь ответить?

Никита не сдержался, её поведение немного вывело его из колеи и взбесило. По её яростному выражению лица было ясно, что теперь она точно отвечать не станет. Глаза метали в него острыми стрелами ненависти. Офелия вскочила с места и начала собираться.

— Извини, Катюш, я пойду, — одарив подругу натянутой улыбкой, она прошествовала в сторону эскалатора.

— Ну и зачем ты привёл его? — вскрикнула разозлённая Катя.

— А ты сама не понимаешь? — так же эмоционально ответил ей Глеб. — Она нравится ему.

— Не заметно…

Больше Никита не слушал споров друзей, он вскочил с места и в желании догнать девушку побежал за ней. Парню пришлось пробежать большое расстояние с ресторанами и толпами людей умело лавируя между столиками с орущей детворой. К счастью он успел перехватить её за руку уже рядом с эскалатором, когда она собиралась ступить на него. Он потянул её ща руку, одной рукой обхватил за талию прижимая к себе.

— Что ты творишь? — рявкнула девушка, которая выглядела напуганной.

Когда Офелия успокоилась он ослабил хватку, а она злостно толкнула его от себя, освобождаясь от его рук. Как бы ему не хотелось выпускать её из своих объятий, но держать насильно он не мог.

Даже запах девушки будоражила его кровь, она всегда пахла одним ароматом, который плотно засел у него в голове. Это был свежий аромат с нотками цитруса и отчетливый аромат розы, который окутывал её с головы до пят, и сладкие запахи ванили которые поддерживали ее образ соблазнительной недотроги.

«Интересно ее распущенные по плечам волосы так же пахнут?»— промелькнуло в голове и он сам не заметил как залип.

— Что тебе нужно, псих? — его вернул возмущённый крик девушки.

Он растерянно прочистился горло и достаточно уверенно произнёс:

— Расскажи зачем тебе понадобилась работа!

Офелия искривила рот в укоренённой усмешке:

— Зачем тебе это нужно, кто мы друг другу?

— Друзья! — резко оборвал парень.

— Угу, — настороженно ответила Офелия в кивке.

— Тебе, наверное, нужно торопится домой, — съязвил парень, но быстро сменил тактику. — Пойдём провожу, расскажешь.

Они вместе зашагали на остановку, по дороге девушка нехотя поделилась семейными трудностям, явно не желая вызвать жалость. В её голосе просачивались переживания за семью и видимо подработка и вправду была ей необходима. Парень сомневался, что такие родители позволят ей иметь собственный заработок, но становится разрушителем ее иллюзий он точно не собирался. Девушка раскрылась для него с новой стороны, она показалась ему целеустремленной и как ни странно, но уверенной в своих силах. Оказалось, его предположения на её счёт подтверждаются, она не просто скучная зубрилка с восточной внешностью, но за этой загадочной оболочкой скрывалось множество тайн и истин.

Стремление раскрыть их не единственная причина, отчего он чувствовал к ней влечение. Раньше его могло раздражать в ней абсолютно все, но не теперь. Никита увидел все стороны Офелии и не смог при этом остаться равнодушным. Его сердце покорило её безусловная любовь к нему, которую она долгое время прятал терпя его издевательство. Она смогла разглядеть в нем все то, что он умело скрывал, только она смогла почувствовать его боль и одиночество.

Офелия быстро открыла приложение на телефоне, проследив за нужным автобусом и убрала в карман пуховика.

— Автобус уже подъезжает, спасибо, что проводил, — обращаясь к нему она смотрела в сторону.

Парень посмотрел в ту же сторону и к ним действительно подъезжал транспорт.

— Пока, — бросила она и запрыгнула в открытые двери.

Офелия на последок все же обернулась к нему, на что он решительно запрыгнул к ней в уже почти закрытые двери из-за чего в его сторону посыпалась ругань и возмущения от пожилых женщин, но он ничего не слышал, а просто продолжал безутешно тонуть в напуганных глазах армянки.

— Заплатишь за меня? — Улыбнувшись, шёпотом попросил он.

Девушка вздрогнула от появления кондукторши и судорожно достала из рюкзака кошелёк и расплатилась за двоих. Никита с трудом пытался вспомнить, когда он в последний раз катался на общественном транспорте и внезапно его осенило. Никогда! Это был его первый раз, настроение подскочило и глазами поискав место понял, что мест нет. Никита взял ошарашенную Офелию за руку и повёл в конец автобуса. Оперевшись спиной об поручни она сверлила его недоуменным взглядом в ожидании объяснений, но он не собирался ничего ей объяснять, он получал удовольствие от всего, что с ним происходило в этот момент и разговоры могли только все испортить.

Он ещё больше сократил между ними расстояние и не на миг не отрывался от неё. Рука сама потянулась к щеке Офелии, её тело тут же ответило лёгкой дрожью, а ресницы задрожали. Он ничего не собирался делать, он даже не хотел пытаться поцеловать, нет. Он ласкал её щёку с целью сохранить в памяти эти прикосновения, он гладил то подушечками пальцев, то спинкой и каждой клеточкой чувствовал желание и то, как это волновало его сердце.

— Мне на следующей выходить, — Офелия заёрзала как испуганный котёнок, вероятно, это из-за его неожиданной настойчивости, которую она не ожидала.

Парень смиренно пропустил её и вышел следом за ней. Она ничего ему не сказала и молча поплелась к своему дому. Они остановились рядом с её подъездом и продолжали молчать. Никита захотел разрядить напряжённой обстановку между ними и весело предложил:

— Ну, что может пригласишь подняться?

Видимо, она уловила сарказм в его голосе и растянула губы в сладкой улыбке:

— Ничего больше не хочешь?

— Боишься изнасилую?

— Никита, — строго произнесла она, а щеки покрылись краской. — Я пойду, спасибо, что проводил, — она открыла дверь и снова обернулась, но глаза уже совсем потускнели, а уголки губ были опущены. — Не нужно больше этого делать, — мрачно попросила она.

— Почему это?

— Твоей девушке это не понравится!

Вечером домой Никита возвращался с братом, Лёша выразил своё желание повидаться с родителями, на это Никита попросил забрать его недалеко от дома одноклассницы. Зайдя в дом, они никого не застали в зале.

— Где они? — спросил Лёша.

Братья не сразу услышали крики родителей, доносящееся из их спальни. Парни переглянулись и рванули наверх на голоса родителей. Картину, которую они увидели привела их в ужас и от которой они застыли на месте. Станислав Никитич стоял посреди спальни и жестикулируя пытался успокоить супругу, а Татьяна Львовна в истерике и слезах бросала одежду из гардеробной в открытый чемодан.

— Почему ты не веришь мне? Перестань сейчас же собираться, — выпрямившись и упирая руки в бока, спокойно спросил мужчина.

— Все ложь! — рявкнула мама.

Татьяна подняла голову на мужа и заметила сыновей, которые стояли в дверях как вкопанные с растерянными лицами. При виде них она обессилено опустилась на пол и залилась горячими слезами.

Лёша подбежал к ней и попытался успокоить вытирая слезы:

— Что такое случилось, мам? Почему ты плачешь? — обеспокоенное лицо парня взирало то на отца, то на мать.

Никите не нужны были объяснения, он все понял и без слов, картина происходящего была для него ожидаемой, но боль в груди становилась все сильнее. Перед глазами все предстало в чёрно-белом формате, в последнее время в нем все же зарождалась надежда на счастливое существование семьи. Родители больше начали общаться вместе, совместные вылазки из дома, видимо это была пыль в глаза матери от отца и он не смог покончить с двойной жизнью. Очередное разочарование в Станиславе Никитиче уничтожало не только мать, все внутренности парня горели огнём, это как агония, страх и шок слились воедино, здравый смысл не желал верить в происходящее. В глубине души раздавался жалкий писк, что это все не правда и сейчас он проснётся.

Парень медленно прошёл в спальню и встал на против отца и заглянул ему в глаза. Станислав Никитич выглядел озадаченно и взгляд на сына оказался тяжёлым.

— Я ненавижу тебя! — смакуя каждое слово произнёс парень сузив глаза в постылом взгляде.

— Никита, — дёрнул Лёша.

— Что? — закричал Никита так сильно, что голос сорвался. — Он — ничтожество!

Отец покраснел от гнева и сделав шаг к нему, размахнулся и влепил пощечину.

— Не смей! — испуганно крикнула мать, направив враждебный взгляд на мужа.

Татьяна Львовна снова вернулась к чемодану и принялась складывать все в кучу и попыталась закрыть его.