- Как ты о ней узнала? - спокойно спросил Саша, но в глазах я видел вихрь эмоций.

  - Отец, по-пьяни, проболтался, - честно призналась я.

  - Не зря я давно хотел прочесть ему лекцию о вреде алкоголизма, - буркнул он, разливая по стаканам коньяк.

  Я покосилась на бутылку и хмыкнула. Саша проследил за моим взглядом и спросил спокойно:

   - Ты хоть раз видела меня пьяным?

  Мне на это возразить было нечем. Я видела не раз, как дядя выпивал, и даже пару раз составила ему компанию, но вот пьяным не видела ни разу.

  Мы некоторое время сидели в молчании.

  Я думала о себе прошлой. О той, которую забыла. О той, из-за которой меня стал ненавидеть Дориан. О той, которая перевернула Мою жизнь.

  Если подумать, то я и теперешняя не являюсь образцом для подражания. У меня есть много плохих сторон, но ведь есть и хорошие! Я же не состою из одного лишь зла. Я, действительно, могла жульничать, и в этом была моя ошибка. Признаю. Но и Дориан ошибся: он видел меня такой, какой ему хотелось видеть. Хотя в этом я уж, точно, не могла его винить. Вспомнить мастера Марта, и мое почти фанатическое обожание. И как мне было больно, когда я узнала, что он на самом деле никакой не гений, а шарлатан, насильник и убийца?

  Чем больше я думала, тем больше понимала: во всем случившемся, виновата не я, и он, а мы... Но это не значит, что я могла его простить.

  Он ведь когда узнал, что я жульничаю благодаря своей крови, мог тогда ворваться в класс и воскликнуть: "Ага! Значит, ты жульничаешь, и я умней и способней тебя!". Но он поступил подло, и сдал меня. Даже не продал, а просто сдал из-за ущемленного самолюбия и разрушенного идеала.

  Пустышка? Даже если так, неужели это был повод обрекать меня на медленную и болезненную смерть?

  Надо было его спросить об этом.

  - О чем думаешь? - спросил дядя.

  - Так сразу и не ответишь, - ответила я медленно. - Можно сказать: осмысливаю слова Дориана.

  - Я не буду говорить, что ты поступила тогда глупо, сама поймешь, не маленькая уже. Но знай: нас и обычных артефакторов нельзя сравнивать. Это то же самое, если сравнивать богов и полубогов. У нас просто другие уровни силы, и мы уж точно не решали, кем именно нам родиться. - Дядя глубоко вздохнул и продолжил, понизив голос: - Когда она продала меня, я ненавидел себя за то, что родился с подобными способностями. Если бы не они, думал я, то все было бы по-другому. И я не раз представлял себя, как бы выгладила эта "другая жизнь". Я даже попытался жить другой жизнью, но знаешь Элла, это трудно. Очень трудно бороться с жаждой своей крови. - Саша замолчал и решительно выдал: - Я собираюсь уйти из стражи и вновь вернуться к артефактам. Все это, - он обвел комнату руками, - не для меня, как бы я не пытался себя уговорить в обратном. Здесь я задыхаюсь...

  - Тогда подожди еще немного, - произнесла я с повышенным энтузиазмом. - Поймают второго похитителя, и ты сможешь вернуть свою кровь.

  - Элла, его уже поймали.

  - Почему ты мне не сказал?

  Дядя не ответил, отвел взгляд, и я поняла:

  - Ты думал, что я тоже захочу с ним встретиться?

  - Дело не в этом. Мы уже допросили его. Точнее, я сам. Используя сыворотку правды...

  Саша так и не посмотрел мне в глаза, и теперь я, действительно, поняла почему.

  Меня затошнило. И дядя быстро подставил мне ведро для бумаг.

  - Паленый у тебя какой-то коньяк, Саша, - попыталась я свернуть все в шутку, вытирая рот носовым платком, который тоже дал меня дядя.

  Он ничего не ответил, только взял ведро и вынес его из кабинета.

  Я пересела на диван и обхватила плечи руками. Меня трясло, и было так противно на душу...

  И вдруг я почувствовала сильное волнение и беспокойство, страх и непонимание.

  Почему-то до этого я не чувствовала эмоции Килиана, а теперь они взорвались в голове фейерверком. Я закрыла глаза и заплакала. И мне казалось, что Килиан обнял меня и принялся гладить по голове, успокаивая. Чувство было настолько сильным, что мне даже чудилось тепло и сила его тела, и большую ладонь, медленно скользящую по голове. Но стоило двери в кабинет открыться, и мне рефлекторно открыть глаза, как все пропало, кроме чужих чувств беспокойства и сострадания.

  Саша взглянул на мое зареванное лицо, но ничего не спросил. Положил на стол папку и произнес:

  - Если хочешь, можешь ознакомиться с протоколом допроса.

  - Нет, - решительно ответила. - Только скажи одно: как я смогла убежать?

  - Тебя кто-то спас, - ответил дядя.

  - Спас?! - изумилась я. - Кто?!

  - Ни один, ни второй не знает, - хмуро ответил дядя. - Говорят: возле тебя вдруг появился неизвестный мужчина, и вы исчезли.

  - Ничего не понимаю, - честно призналась я.

  - У меня есть одно предположение, - признался дядя. - Хотя оно немного и абсурдно.

  - Глаголь уже.

  - Они говорили, что когда он появился, резко подул ветер, и когда он стих, вас уже не было.

  - То есть ты хочешь сказать, что меня спас... Уривер?! - изумлено воскликнула я. - Но его уже многие века никто не видел!

  - Я же сказал: версия немного абсурдна, - развел руками Саша.

  Действительно, абсурдна, но своих у меня, увы, не было.

   ***

  Вернувшись домой, я хотела наглотаться снотворного и заснуть на пару дней, но проходя мимо зала, в котором родители иногда устраивали балы, остановилась, услышав музыку. Точнее, это была совсем не музыка, так как ее создавали не музыкальные инструменты, а природа.

  Аккуратно приоткрыв дверь, я заглянула в зал и увидела Лизу.

  Девушка танцевала, плавно двигая руками, бедрами, ногами, грудной клеткой, в общем, все телом. Это было такое потрясающее зрелище, что я восторженно ахнула, невольно ее спугнув.

  Лиза резко повернулась, смущенно на меня взглянула, хотя это мне нужно было смущаться из-за того, что я прервала ее, и произнесла:

   - Извини, я не хотела ничего трогать без разрешения, но мне просто стало грустно, и я немного соскучилась по танцам.

  - Это была неимоверно! - восторженно произнесла я. - Ты так двигала... просто не передать слова.

  - Спасибо, - произнесла девушка и польщено улыбнулась.

  Подойдя к одному из столов, я кивнула на аппарат. Он был небольшой, кругообразной формы. Внутрь него вставлялся кристалл, а сверху артефакт, который имел фору бублика с полоской посередине. Сейчас кристалл крутился, переливаясь желтым и белым светом.

  - Сама включила, или Берта?

  - Сама! - с довольной улыбкой ответила она, подходя. - Как я поняла, кристалл дает энергию, типа батарейки, у них даже вид похож, - указала она на красноватый продолговатый кристалл, - а вот на этом записана музыка, - указала она артефакт. - Хотя на музыку это совсем не похоже, но при этом очень красиво звучит.

  - Я называла это "Звучанием мира", - произнесла я, вытащила кристалл, достала из рядом стоящей шкатулки другой - светло-фиолетовый - и поместила в аппарат. - И ты ошиблась: звук издает кристалл, а артефакт увеличивает, накладывает звук друг на друга и ускоряет звучание, иначе ты бы ничего не услышал.

   Из аппарата раздалось: "КАП!", затем тише словно эхом: "КАп... Кап... кап...", "Тыщь!.. КАп... кап... кап... Тзинь... зынь... зынь...", потом добавилось еще множество звуков, и они зазвучали почти одновременно.

   - Это ведь ты его создала, - не спросила, утвердила Лиза, указывая на "малиновку" сбоку.

  - Когда я жила в Мар'Вер'Тере... в мире, где мы с тобой встретились, то изучала свойства кристаллов. И я выяснила, что эти кристаллы способны запоминать и воспроизводить волновые вибрации звука. Когда я работала в шахтах, то слышала эти волны. Обири, ну те существа, которых ты боялась, тоже могли их слушать, а вот люди нет. Тогда я поняла, что воспроизводятся они на волне, которая не доступа человеческому уху.