— Просто стало тяжело приходить сюда, без тебя, Сара. Слишком много воспоминаний, и куда бы я ни посмотрел, везде видел тебя. Каждое дерево, на которое смотрел, видел тебя рядом

с ним. С каждым вздохом, я ощущал твой аромат. Сосны были тобой, Сара. Сосны были нами… когда мы были вместе. Находиться здесь без тебя… это пытка.

Сара вглядывалась ему в глаза, впитывая его слова. Уилл не отводил от нее глаз, позволяя ей полностью осознать его признание. Она протянула к нему руку, а он все не отводил от нее глаз. Она приложила ладонь к его щеке и позволила своим пальцам медленно скользить по его подбородку.

— Прости, Уилл. Я не знала, — судя по его лицу, боль все еще была сильной. Ей так хотелось обнять его, и не важно помнит она сосны или нет, но Сара чувствовала себя обязанной унять его боль, которую он не мог скрыть.

Она опустила руку на его плечо, и он сократил дистанцию между ними, что осталась лишь узкое, тонкое пространство между ними. Затем поднял руку к ее лицу, и провел пальцами по щеке, как она сделала с ним. Он медленно и осторожно провел по ее скуле большим пальцем, но не убрал руки от нее. Нежные прикосновения на ее щеке повторялись, заставляя Сару сходить с ума, а тело покалывало током. С каждым движением, его движения, казалось, притягивали девушку к нему все ближе. Уилл прижимался все больше и больше к ней, и Сара сама чувствовала, как приближалась к нему, не только физически, но и нечто более мощное происходило между ними. Они с Уиллом были связанны на таком трудном для понимания уровне, что она ощущала это телом и духом.

Девушка приподняла подбородок, позволяя ему продолжать свои прикосновения. Им не нужны были слова, только взгляды, которые говорили все за них. В этот момент, в этом месте, что-то происходило. Не возможно было отрицать, все это воспламенило тлеющий огонек, который чуть не погас, но все происходящие в данный момент, возродило его, и огонек проснулся, чтобы стать пожаром, о который очень тяжело не обжечься.