Когда Уилл снова поднес руки ко рту, ему показалось, он услышал слабый голос. Юноша развернул Гэмблера, чтобы посмотреть в ту сторону, откуда исходил звук.

— Сара? — и снова услышал слабый стон.

Это она. Ее голос он всегда узнает. Уилл ударил Гэмблера пятками, и тот зашагал трусцой.

— Сара. Где ты? — он ехал вдоль тропы, но понял, что шаги Гэмблера заглушали все остальные звуки. Юноша снова остановился, осматривая холм в поисках Сары.

— Уилл. Уилл! — голос Сары был тихим и слабым.

— Сара! — Уилл спрыгнул с коня, не чувствуя ног он приземлился на землю, и со всей силы побежал на ее голос.

— Где ты?

— Уилл! Здесь, Уилл. Сюда.

Он крутанулся, озираясь, пытаясь заметить ее.

— Сара! Я не вижу тебя, — снова его глаза яростно осматривали все вокруг, но ничего не видели из-за густого папоротника. — Где ты?

— Здесь, Уилл. Я внизу.

Его слух и взгляд сосредоточился на ее голосе, и увидел, как верхушки папоротника на дне оврага начали раскачиваться. Его глаза округлились, а сердце забилось с невообразимой силой. Он нашел ее. Облегчение было таким сильным и пронзительным, но у него не было времени насладиться этим чувством. Уилл помчался по насыпи, не сводя глаз с качающегося папоротника.

— Я иду, Сара. Не прекращай качать папоротник.

Он раздвигал папоротник и переступал через бревна и камни, которые блокировали его путь к ней. Юноша был почти на месте, еще несколько шагов, и он снова сможет вздохнуть полной грудью.

— Сара! — крикнул он еще раз.

— Здесь, Уилл. Я здесь, — ее голос дрожал. Она должно быть в ужасе.

Юноша раздвинул еще больше растительности, и вдруг весь мир померк, и он видел пред собой только Сару, которая лежала на смятом папоротнике.

— Боже мой, Сара! Ты ранена! — он упал на колени рядом с ней. Уилл видел, что она не в порядке. Ее лицо было в ссадинах и в грязи, а блузка изорвана. Ее аккуратная тугая коса расплелась, а пряди, выбившиеся из нее, падали на лицо. Он пробежал пальцами по ее лбу и по щекам, нахмурившись от вида яркой красной крови, которая запятнала ее шелковую кожу.

Сара протянулась и обхватила пальцами его руку. Слезы покатились из ее глаз, когда она прикрыла веки.

— Ты нашел меня. Уилл, ты нашел меня, — девушка прижалась щекой к его ладони и начала всхлипывать. — Я так испугалась. Я думала, меня никто не найдет.

Уилл потер большим пальцем ее щеку, стирая слезы.

— Я бы нашел тебя, Сара. Что бы ни случилось, я нашел бы тебя, где бы ты ни была, — его сердце переполняли облегчение и чистая любовь к этой девушке. Теперь он знал то, что знал всю свою жизнь. Он сделает все что угодно, чтобы Сара была в безопасности.

Девушка посмотрела в его глаза и слабо улыбнулась.

— Ты спас меня, Уилл. Как? Откуда ты знал?

— Просто знал, — сказал он, пытаясь говорить ровным голосом. И покачал головой, — я не могу этого объяснить.

Сара улыбнулась снова и медленно понимающе кивнула. Она приподняла голову и слегка плечи, чтобы сесть, но поморщилась от боли и опустилась обратно на папоротник.

— Тише, Сара. Что… что, черт возьми, произошло? Где болит? — он тяжело дышал. Его глаза быстро осматривали ее тело, отыскивая малейший намек на ее повреждения.

Сара глубоко и тяжело дышала, и сжимала глаза от боли.

— Мы просто ехали по тропе, — сказала она, открыв глаза и глядя на Уилла. — Мы прогуливались, и все было в порядке, но потом, из кустов выпрыгнул олень и напугал Здоровяка. Он так внезапно встал на дыбы, я даже не успела ухватиться за седло, или еще за что-нибудь. Я упала, и скатилась в этот овраг. И, — она слабо улыбнулась, — с тех пор я здесь. Я пыталась, но не могу подняться, Уилл.

Ее смелый вид быстро сменился, когда страх пронзил ее голос.

Уилл тяжело сглотнул. Как сильно она травмировалась? Это его вина. Он не должен был отпускать ее совсем. Ведь так и знал, теперь она ранена, он только смел надеяться, что не слишком сильно. Укол вины пронзил его тело, и мысли быстро вернулись в ту ночь, когда случился пожар в амбаре. Тогда он последний раз видел свою маму, и в этом тоже был виноват он. Жизнь его ничему не учит.

— Ладно, — сказал Уилл, пытаясь выровнять свое дыхание, — скажи мне, где болит.

Взгляд Сары снова переплелся с его, и он мгновенно пожелал, забрать весь ее страх и всю ее боль себе.

— Болит везде, — она попыталась засмеяться, но снова ее лицо исказилось от неприятных ощущений. — Думаю, больше всего пострадала моя лодыжка, и спина. Думаю, я наткнулась спиной на камень, когда скатилась по холму, я долго не могла перевести дыхание после того, как перестала скатываться. Что с моим лицом? Знаю, что его я тоже исцарапала.

Несмотря на размазанную грязь и кровь, лицо Сары все равно, казалось ему самым прекрасным на свете, но его больше волновали ее травмы, и как он сможет доставить девушку домой.

— Твое лицо, — он замолчал, оценивая ущерб, — твое лицо идеально.

— Ну, — она легонько тронула кончиком пальца один из порезов, — не уверена, что это совсем правда, но спасибо, за то, что подбадриваешь меня.

Тем не менее, это было правдой. Особенно сейчас, когда Уилл мог смотреть ей в лицо, после перенесенного первобытного страха, который сжимал его горло до тех пор пока он не нашел ее. Уилл еще никогда так не восторгался красотой Сары. Юноша переместился к ее ногам, и осторожно поднял штанину на той ноге, которая, по ее словам, была ранена. Лодыжка была опухшая и в синяках. Так как Сара могла пошевелить ей, юноша был уверен, что та не сломана. Он надеялся, что его страхи по поводу ее спины не оправдаются.

— Как думаешь, ты сможешь сесть? Если я помогу тебе? — спросил Уилл, передвигаясь обратно к ней.

— Не знаю. Мне больно, Уилл.

— Я знаю. Давай просто потихоньку попробуем, ладно?

Девушка кивнула, но казалась напуганной.

— Хорошо, я попытаюсь.

Уилл сел на колени, и просунул руку под ее плечи. Сара стиснула зубы, и он видел, что ей больно двигаться. Ему была необходима сила, чтобы нести ее, и не причинить ей боли. Все мысли в его голове сводились только к тому, чтобы с ней все было в порядке. Точка.

— Сара, подожди. Ляг обратно, — юноша осторожно помог ей лечь снова на папоротник. — Я сыт по горло этой гребаной повязкой. — Он смущенно посмотрел на Сару. — Прости, Сар. За мой лексикон.

Она улыбнулась и засмеялась.

— Это же ты, можешь говорить все что угодно в моем присутствии.

Он снова посмотрел на нее.

— Я не хочу проявлять неуважение к тебе, Сара.

— Уилл, — она с трудом сглотнула. — Я не многое помню, но знаю, что ты никогда не сделал бы ничего дурного мне. Просто в тебе есть что-то, чему доверяю. Я пыталась найти этому объяснение, но не могу. Это просто такое ощущение, и я решила смериться с тем, что кажешься правильным, не смотря на то, есть ли в этом смысл, или пока еще нет.

Как у нее это получалось? Как Сара могла с такой легкостью понимать его душу? Уилл знал ответ. Его душа, ее душа — были обе сотканы нитью, которую не могли разорвать ни время, ни расстояние. Эта нить связывала их с самого начала. Теперь эта нить удерживает ее с ним, любыми возможными способами.

Он стянул повязку со своей шеи, и извлек руку из ткани.

— Уилл, — сказала Сара, округлив глаза от его действий. — Что ты делаешь?

— Я не могу помочь тебе с этой штуковиной, — просто сказал юноша.

— Нет. Уилл, твое плечо. Не надо.

— Я в порядке, Сара. Прошло достаточно времени, чтобы оно зажило. А теперь, я помогу тебе сесть.

— Но… — начала она протестуя.

— Слушай, мы можем немного поспорить по этому поводу, если тебе станет легче, но в любом случае, я помогу тебе подняться, а для этого мне нужны обе руки, — юноша сел и терпеливо посмотрел на нее, пока она, наконец, уступила и кивнула.

— Хорошо, ладно, но прошу, не нанеси себе новых травм, пожалуйста?

— Договорились. Теперь давай подниматься.

Он обхватил ее руками, и почувствовал, как она обняла его за шею. По правде говоря, Уилл немного нервничал от того, что приходится испытывать свою ключицу таким образом, но если для того, чтобы доставить Сару целой и невредимой домой, ему придется снова сломать ее, то пусть так и будет. Она уткнулась лицом в его шею, и он мог поклясться, что легкое ноющее покалывание мгновенно оставило его, когда ее сладкое дыхание коснулось его кожи. Юноша позволил себе расслабиться, когда смог поставить ее на ноги, хоть и видел, сколько боли ей доставляет каждое движение.

— Вот, — сказал он, обхватывая ее за талию для поддержки, — ты в порядке? — Девушка кивнула, а он восторгался ее силой. — Нам нужно подняться на холм к тропинке, ты готова?

— Думаю да, но моя лодыжка…

— Я знаю. Знаю, тебе больно, Сар. И помогу тебе.

Сара не могла наступать на ногу, и поэтому они долго и медленно взбирались на пригорок. Когда они добрались до дороги, Уилл осторожно усадил ее на большой валун отдохнуть.

— Побудь тут, я пойду, приведу Здоровяка. Он за холмом в лощине, — сказал он, указывая пальцем.

Сара кивнула и положила голову на руки.

— Я думала, он убежал, Уилл. Мне было так стыдно.

— Если бы он убежал, это было бы не важно, Сара, — юноша нежно задрал ее подбородок, чтобы она посмотрела на него.

В тот момент, когда девушка посмотрела ему в глаза, весь мир исчез. Уилл почувствовал облегчение, когда отыскал ее, но сейчас испытывал совершено другие чувства. Сейчас он был в не себя от счастья, что не потерял ее. У него снова есть время, чтобы быть с ней, смотреть на нее, прикасаться к ней. Невозможно было остановить то, что это глубокое потрясение сделало с ним, с его телом и душой. Уилл склонился к ее губам, больше всего желая ей показать, что на самом деле чувствовал. Он остановился прежде, чем его губы коснулись ее и прошептал:

— Все, что имеет значение для меня, это то, что я нашел тебя.

Их сердца сделали несколько ударов, прежде чем Уилл оправился от транса и вытер большим пальцем слезу с ее щеки. Юноша выпрямился и сделал глубокий вдох. Глядя на пасущегося коня, он сказал:

— Я сейчас вернусь, будь здесь.