Берд явно был вдохновлен речью. Эту нудную речь мне не дал дослушать звонок от Чейни, который звал меня обратно в свой кабинет. Было еще утро, и Чейни был очень занятым и раздражительным, когда я видела его перед этим. У меня на сердце было тяжело в ожидании физического и сексуального насилия, которым обычно заканчивались встречи с ним. От сердца отлегло, когда сопровождавший оставил меня в кабинете Чейни, и я заметила, что его настроение кардинально изменилось.

- Вы приказали мне явиться, сэр.

Чейни поднял глаза от стола, за которым он перекладывал газеты и наводил порядок перед тем, как уйти из кабинета.

- Садись, - приказал он. - Я только что узнал об успешном завершении операции с Джинном в бутылке «Потерпевшие кораблекрушение» [«Castaway»] и намерен это отпраздновать. У меня есть время, и я хочу, чтобы ты присоединилась ко мне. Ночлежку подготавливают...

Чейни подумал о чем-то, подошел к двери и сказал парню, сопровождавшему меня:

- Убедись, что «Вафли Страны чудес» есть в ночлежке.

Подошел к столу, снял трубку с телефона, сказал: «Я ухожу». Я последовала за Чейни, выйдя, мы направились в его личную квартиру, которую он называл ночлежкой. Она была оформлена в стиле вестерна, в коричнево-пегих тонах, и обставлена кожаной мебелью. Еды не было, но было много бутылок с алкоголем.

Когда мой сопровождавший пришел, наконец, за мной рано утром, моя рубашка была вся в крови, было сильное вагинальное кровотечение и отек. Оставаться около Чейни, пока он спал, было смертельной ошибкой - это было запрещено. На этот раз он нарушил свое правило и даже не наказывал меня. Он выпил так много алкоголя и так активно использовал свой пенис в качестве штурмового оружия, что вскоре вырубился. Когда я вышла из спальни в зал, то согнулась пополам от боли. Мой сопровождавший повернулся к Чейни и заметил: «Христос, Чейни».

Чейни поднял голову и гордо промычал:

- Теперь ты знаешь, почему они называют его «Дик» [«Dick» - Дик, хрен, член].

По возвращении в Теннеси мой высокооплачиваемый гинеколог, работавший на ЦРУ и знавший, что я была под контролем «Монарх»-программирования и прикрывавший моих мучителей, как обычно выписал мне рецепт для снятия опухоли и боли. У меня еще было плохое самочувствие, и я страдала от боли после воздействия электрических пыток и жестокого секса Чейни, когда Хьюстон отвез меня в Нэшвилл в клуб «Скотобойня» для встречи с принцем Бандаром ибн Султаном.

Официантка подвела меня к столу посла Саудовской Аравии, где он выпивал с мэром Фултоном, шерифом Томасом и шефом полиции Джо Кейси [«Metro Police Chief Joe Casey»] (3). Я подошла к нему и сказала:

- Если позволите, сэр (тема «Оз»), я выполняю распоряжение доставить Вам сообщение из Пентагона. Здесь не будет лошадиных игр (секс-игр). Мы должны приступить к делу.

За столом раздался смех. Я же продолжила:

- Мое послание короткое, и мне нужно совсем немного Вашего времени в стороне от Вашего стола.

Лицо принца стало серьезным, и мы отошли от стола. Он коснулся руки официантки, и она указала на дверь напротив, что вела в пустую комнату. Мы просто стояли в комнате, и я быстро озвучила «Голубиное» послание со скрытым смыслом:

- Почтовый голубь (самолет ВВС) вылетит в рейс... обещание будет сдержано (согласованный груз), в то время как все сделки (и банковские, и по распространению) проводятся по назначенным дипломатическим каналам (Хабиб). Твой бонус, один кристалл, три отреза [«three cuts»] ждут тебя. Президент Соединенных Штатов дает свое слово Королю Фахду...

Бандар сказал, что его водитель встретит меня на выходе из «Скотобойни» и укажет, куда доставить кокаин. Я вышла из здания к Хьюстону, который ждал в машине с кокаином, который нужно было доставить. Белый лимузин подъехал ко входу в «Скотобойню». Офицеры полиции, выделенные Кейси, охраняли территорию в то время, как кокаин был уложен на заднее сиденье лимузина принца. Мы с Хьюстоном сразу же покинули площадь. Мое участие в операции «Почтовый голубь» на этом было закончено.

__________________________________________________________________________________

ПРИМЕЧАНИЯ КЭТИ О'БРАЙЕН:

1. "...Чейни заглянул в список на своем столе и продолжил:

- Среди прочих, этими друзьями могут быть (мэр) Фултон [Fulton]..."

- Ричард Фултон, по состоянию на 1991 год, был фигурантом федерального расследования.

2. "...и (шериф) Томас [Thomas]..."

- Фэйт Томас в настоящее время отбывает срок в Федеральной тюрьме за взяточничество и вымогательство.

3. "... Официантка подвела меня к столу посла Саудовской Аравии, где он выпивал с мэром Фултоном, шерифом Томасом и шефом полиции Джо Кейси [«Metro Police Chief Joe Casey»]..."

- Недавно попал под федеральное расследование о коррупции.

__________________________________________________________________________________

ПРИМЕЧАНИЕ ПЕРЕВОДЧИКА:

* "...Фахд наклонился, чтобы поцеловать мою руку. Когда он это делал, его злые черные глаза заглядывали в мои. Он тихо произнес:

- Ваша красота разжигает мои угли. Смотрите, как они светятся глубоко во тьме моих глаз - разжигая пламя - черное пламя..."

- Мелькающая черная тень в зрачке. Для оккультиста это признак «дугпа», черного мага.

Глава 13

ОПЕРАЦИЯ «ИГРА В РАКУШКИ»

Незадолго до смерти шефа ЦРУ Уильяма Кейси я была в Вашингтоне на встрече, посвященной операции «Игра в ракушки». Дело «Иран-Контрас» было политически взрывоопасным в это время, и сенатор Алан Симпсон [Alan Simpson] (Вайоминг) предложил план - обвинить генерала Мануэля Норьегу в преступной торговле кокаином и тем самым отстранить его от власти. Норьега был сложной частью общей схемы вооружения никарагуанских Контрас, а также международным «хабом» по операциям с кокаином, благодаря которым финансировались сверхсекретные проекты, такие как «Монарх». Оказались кстати «разоблачения» со стороны Алекса Хьюстона о том, что Норьега нарушал криминальные «правила чести» в сделках по наркотикам, систематически и открыто. Мой «вклад» [«Contra-bution»] тоже был в этом, но он составлял небольшую часть всей картины. Тем не менее, операция «Игра в ракушки» была одной из наиболее значимых тайных операций, в которых мне пришлось участвовать.

Моя миссия началась одним холодным, дождливым днем, когда Хьюстон высадил меня у Монумента в Вашингтоне, где меня встретили два агента. Они сопроводили меня в большой кабинет Белого дома, где несколько лет назад Чейни меня встретил для «кастинга» перед началом «практической демонстрации» контроля над сознанием. Как обычно, Чейни и Рейган выпивали, но на этот раз для такого раннего времени алкоголя было многовато. Щеки Рейгана уже покраснели и язык его заплетался, когда он приветствовал меня: «Ну, здравствуй, Котик. Мы с Диком обсуждали бедственное положение Контрас после того, как вся эта история с Олли Нортом [Ollie North, Оливер Норт - бывший офицер морской пехоты США, известный своим участием в скандальных махинациях Иран-Контрас] началась. Алкоголь сразу вызывал у Чейни плохое настроение. Сейчас он был возбужден, как обычно, в неформальной обстановке с Рейганом и в моем присутствии. Видимо, я застала их за серьезной дискуссией об «Иран-Контрас», таким мрачным Рейгана я еще не видела. Он выпил и посмотрел в окно: