- Если позволите, сэр, - начала я на языке скрытых смыслов «Оз», - у меня для Вас сообщение от Дяди Ронни. Это «телеграмма-песня» [«humming telegram»] (игра в оральный секс), чтобы увидеть Ваше согласие на то, что наш национальный гимн должен быть изменен на «Америка Прекрасна» [«America the Beautiful», патриотическая песня] (На самом деле Рейган серьезно относился к изменению нашего национального гимна). Форд ответил:

- Возможно, мы вернемся к этому позже. Во-первых, у нас есть еще другие лунки для игры, до того, как солнце поднимется выше.

Когда он забил свой первый мяч, я спросила:

- Когда Вы уже не президент, Вы часто играете в гольф?

- Я играл много, когда был президентом. Но сейчас я играю, просто чтобы идти в ногу с событиями. Я получил привилегию контролировать движение американского «Поезда свободы» на досуге, - очень серьезно ответил Форд и, повернувшись ко мне, спросил:

- Ты уже играешь в гольф?

- Очень хорошо, сэр, если это разрешается. (Хьюстон всегда обеспечивал себе выигрыш.)

Форда откровенно позабавил мой ответ, и он протянул мне свою клюшку:

- Сделай свой лучший удар.

Я обошла его с первого же удара, и его веселье исчезло. Тогда он приказал мне вернуть клюшку.

У следующей лунки Форд сказал:

- Я хотел бы поговорить с тобой.

Он отвел меня в сторону к небольшой группе деревьев, встал напротив меня, скрестив руки на груди, и свысока уставился своими глазами в мои. Его взгляд, как у акулы, проникал прямо в мой мозг:

- Дай мне твое ухо.

Я носила с собой ракушку «Детское ухо», как мне было приказано. Я вытащила ее из заднего кармана и протянула Форду. Он начал диктовать мне, как автомату, свое сообщение:

- Передай это послание Дику Чейни в Пентагон. Моб [«Mob»] согласился передать $2.3 миллиона прибыли (прибыль от порно) в Банк кредита и международной коммерции [Bank of Credit and Commerce International]. Давайте объединим наши деньги, и мы будем купаться в них. Эта операция имела успех. Прекращаем соглашение с Панамой. Все мексиканские каналы созданы (кокаин и героин). Салют Шефу.

Он сделал шаг в сторону, ткнул меня в грудь, как это делал Чейни, и добавил:

- А ты позаботься о моем друге Дике. Держи...

Форд вернул мне «Детское ухо». Добавил: «Над и вне» [«over and out»], и сделал рукой знак «рога Сатаны» перед моими глазами. Это усилило мое трансовое состояние, что было программно обусловлено Бердом*.

После удара по мячу Форд спросил:

- Как поживает сейчас мой друг Алан Симпсон?

- Очень хорошо, сэр, - я заметила, как он ощетинился при этом, пропустив еще один удар. Он становился раздраженным. Когда Форд захотел сделать дополнение к своему посланию, то выместил свое раздражение на мне:

- Дай мне эту чертову штуку, - он в ожидании протянул руку, но это не было паролем или триггером. Голос его становился все более громким и злым. - Где это «детское ухо»?

Я все еще не могла отреагировать. Тогда он зарычал:

- Дай мне твое ухо!

- Да, сэр, - послушно ответила я и вложила ему в руку ракушку.

- Скажи Симпсону, чтобы он позаботился о моем друге Дике Торнбурге [Dick Thornburgh]. Ответишь мне через это [этот же канал связи], - Форд «записал» дополнение к своему сообщению и отдал мне «ухо».

Мы увидели, что мой отец ждет у следующей лунки, Форд объявил, что «сделает его» следующим ударом, но промахнулся.

Мы подошли к моему отцу у третьей лунки. Форд приготовился бить по своему мячу, но вместо этого указал клюшкой в мою сторону:

- Убирайся отсюда, прежде чем я сделаю первый удар.

Отец указал мне уходить, а брату Майку проводить меня к отцу в дом.

Моя сестра Келли Джо ждала моего возвращения вся в слезах. Она была в ужасе от Форда. Она, моя младшая сестра Кимми и я были вынуждены сексуально ублажать Форда прямо перед заказанными им съемками порнофильма под названием «Три маленьких котика». Мне было известно, что Форд сексуально инициировал травматическое программирование у моих сестер, как это он сделал когда-то со мной в Цедар-Спрингс [Cedar Springs], они тоже боялись его жестокости и сексуальных надругательств. Я поспешно прошла мимо сестры, чтобы убедиться, что моя дочь Келли была в порядке. Опасность для нее, исходящая от Чейни, стояла громким звоном в моих ушах.

Мне не показывали «Детское ухо» в качестве триггера до того времени, кода я и Келли приехали в Брадентон-Бич [Bradenton Beach], Флорида. Я вела нашу машину «дом на колесах» по дороге во Флориду с Хьюстоном и Келли и высадила Хьюстона в аэропорту Тампа, поскольку он не участвовал в операции «Игра в ракушки». У него были «дела» в Бойс-Тауне [Boys Town], Небраска, где мальчиков с независимым и сильным характером травмировали и подвергали сексуальному насилию специалисты проекта «Монарх» от католической церкви. Жертва проекта Поль Боначчи [Paul Bonacci], ставший известным после расследования дела во Франклине [Franklin], указывал на Хьюстона как на одного из мучителей. Хьюстон часто ездил в Бойс-Таун и другие подобные «курорты», пока я участвовала в других скрытых правительственных операциях. Келли и я приехали в Брадентон, где поселились в кемпинге (тоже якобы закрытом «в связи с окончанием сезона») на берегу залива напротив базы ВВС МакДилл [MacDill].

Комнаты отдыха в кемпинге были на самом деле оборудованы для проведения программирования через звуковое воздействие [«harmonics programming»], в кабинетах стояло сложное компьютерное оборудование, использовавшееся в высокотехнологичных операциях ЦРУ. На следующий день Келли и я встретились с сенатором Симпсоном, мне приказали отправиться на близлежащий остров Санта-Мария [Santa Maria], где мы должны были собирать необычные ракушки. Мы с Келли были на «дикой» стороне острова. Когда мы пошли по мелководью, Келли была напугана катером, который за нами прислали. По пляжу шел человек в шляпе и сером костюме, закатав брюки и неся в руке начищенные ботинки. Было видно, что он знает этот пляж. Когда мы добрались до берега, он завел разговор о ракушках. Затем он, рассказывая про ракушки «Детское ухо», открыл бумажник и достал из него одну из них. Это было триггером, и я сразу узнала сенатора Симспона. Он повел нас с собой. Келли он предложил найти эту ракушку среди множества других, положив ее на песок. Он использовал это в качестве гипнотического внушения для контроля над ней, сделав ракушку в песке символом «Глаза Буша в Небе».

Симпсон, держа ракушку в руке, начал:

- Тебе предстоит в одиночку отправиться на катере в круиз твоего Принца. Он уйдет из дока твоего собственного двора (тема «Оз») в 7.30 вечера. Оденешься соответственно (Хьюстон приготовил надлежащую экипировку.) Тебя сопроводят в зал заседаний на нижней палубе. Ты увидишь, как приближается корабль (яхта Норьеги) с зеркалами (зеркальными окнами) на верхней палубе. Смотри вглубь зеркала, где ты будешь. И где буду я, когда мы встретимся.