— Сюда, — позвал Грималкин, проскользнув между перекладинами деревянного забора,

который мог бы быть загоном для лошадей или коров. — Вход в Летний Двор на той стороне

поляны. Мы недалеко, но я предупрежу вас только раз. Ни при каких обстоятельствах ничего не

берите. Я бы предложил вас задержать дыхание на то время, пока мы идем, если бы не знал, что

люди не могут не дышать. Такое неудобство, но нам придется с этим смириться. Идемте.

— Стой. Я знаю, где мы, — воскликнул Кейран, неохотно проходя через забор на пастбище.

— Пак однажды меня сюда привел. Отец был в бешенстве. Это плохая идея, Грималкин.

— Ммм. — Кажется, кот не беспокоился. Он вспрыгнул на старое бревно и повернулся к нам.

— Это кратчайший путь к летнему Двору, и остальные охраняются, — заявил он. — Мы можем

пойти в обход, но этой займет время. Я думал, ты хотел дойти до двора как можно скорее.

— Да, просто… — Кейран пожал плечами. — Ладно. Просто нам надо быть осторожными.

Веди уж.

— Что это за место? — спросил я, когда мы пошли по полю. Среди цветов везде кружили

пчелы и бабочки, сверкая как драгоценные камни. Солнце дарило нам свое тепло. Все выглядело

мирно, но я знал, как лживо устроена Страна Фейри. Если все кажется спокойным, то скорее всего

поблизости затаилось нечто очень опасное. — Если ты был тут с Паком, значит, тебе на самом деле

нельзя было быть здесь, да? И что бы тут ни обитало, ты, скорее всего, попал в беду.

— Печально, что все так хорошо его знают.

— Чудненько, — вздохнул я, оглянувшись на Кензи. Она тихо шла позади меня, разглядывая

все вокруг. Я сбавил шаг и взял ее за руку. Мне хотелось быть рядом на случай, если вдруг дракон

или какое-нибудь другое мерзкое создание выпрыгнут из цветка и нападет. — Хотя бы дай знать,

когда надо будет смываться, — крикнул я Кейрану.

Он с невеселой улыбкой оглянулся.

— О, ты узнаешь, — зловеще пообещал он и указал на что-то впереди.

Я моргнул. Перед нами простирались холмы, изобилующие цветами и травой. Но из земли,

посаженные по строгим прямым линиям, тянущимся к горизонту, торчали сотни сотен яблоневых

деревьев. Я понял, что это яблони, потому что ближайшее высоченное шишковатое дерево было

увешано ярко-красными плодами. Ветви вгибались под их весом, и трава у корней была устлана

красными пузатыми фруктами. И запах… Подул бриз, и пьянящий насыщенный аромат чуть не сбил

меня с ног, и мой рот наполнился слюной. Я даже не любил яблоки, по сути, но меня внезапно

переполнило желание набить ими рот.

— О, вау, — услышал я, как выдохнула Кензи, и сжала мою руку. — Кто-нибудь еще хочет до

смерти яблочный пирог, или я одна такая?

Живот заурчал. Я раздраженно повернулся к Кейрану.

— Окей, сотни яблонь, и все так и умоляют, чтобы я съел яблоко. В чем подвох? Я

превращусь во что-то? Усну на века? Или просто буду набивать рот до тех пор, пока не лопну?

— Нет, — мрачно ответил Кейран. — Это обычные яблоки. Они не делают ничего

особенного.

— Но..? — подтолкнула Кензи.

— Но посмотрите на землю под ними. Под ветвями. Вы видите, чтобы что-то еще их ело?

Птицы, олени, даже насекомые?

— Нет, — пробормотал я, снова бросив взгляд на ряды фруктовых деревьев. Он был прав.

Яблоки висели на деревьях или лежали на земле целые и невредимые. В саду было тихо. Птицы не

клевали фрукты, не было никаких следов оленей, енотов, грызунов, ничего. Ничего не шевелилось,

кроме пчел, летающих вокруг цветов. И нас.

— Деревья охраняются, — пояснил Кейран, подтверждая мои подозрения. — Никому нельзя

есть эти фрукты. Владельцы прогоняют всех, кто заходит в сад. Если они поймают кого-то на краже

яблок, то перемолотят его кости…

— Чтобы сделать муку и испечь хлеб? — пошутила Кензи. Я невольно фыркнул от смеха.

Кейран закатил глаза.

— Чтобы удобрить деревья, — закончил он. — Короче, нам вовсе не нужно, чтобы они

поймали нас на нарушении владений, и нам определенно не нужно красть их фрукты. Они очень

рьяно их берегут. Мы с Паком уже проверяли.

— Люди. — Пушистая голова Грималкина показалась из травы, хвост раздраженно двигался

вправо-влево. — Вы идете? Или вы будете стоять тут и трещать, пока стражи не вернутся и не

превратят ваши кости в порошок? И так уж и быть, повторю — не трогайте ни одно яблоко, пока мы

проходим через сад. Даже не смотрите на них. Пожалуйста, постарайтесь сохранять хоть какое-то

подобие самоконтроля.

Разор с плеча Кейрана издал брезгливый звук, когда мы начали следовать за котом.

— Фу! — заявил он, задрав губу. — Гадкие яблоки. Бе!

Ну, хоть за гремлина волноваться не придется.

Казалось, ряды деревьев тянулись вечно, как солдаты в строю. Они все были массивными и

древними, с широкими стволами и шишковатыми ветвями, переусеянными ярко-красными

фруктами. Круглые яблоки соблазнительно покачивались на ветвях или валялись повсюду в траве.

Даже маленького укуса не виднелось на них. Аромат одурманивал, и я старался делать насколько

возможно мелкие вдохи, чтобы не соблазняться внешним видом или запахом фруктового сада.

— Похоже, эти стражи жутко жадные, — заметила Кензи, когда мы были уже глубоко среди

деревьев. — У них же и так очень много яблок. Почему им жалко несколько штук?

— Грустно, но это природа фейри, — ответил Кейран. — Мы не славимся щедростью. —

Разор на его плече зарылся лицом в рубашку и не менял своего положения с тех самых пор, как мы

вошли в сад. Кензи недоуменно посмотрела на принца.

— Ты говоришь «мы», — заметила она, — но на самом деле себя к фейри не причисляешь,

да?

Кейран помедлил.

— Трудно объяснить, — наконец сказал он. — Ты поймешь, если я скажу, что воспитывался

как и то, и другое? И как человек, и как фейри, я имею в виду. Отец научил меня всему, что я знаю,

насчет сражений, магии, Небывалого и как обращаться с аристократами во дворе. Но мама…

королева… она проследила за тем, чтобы я понимал, что я человек тоже. Чтобы я не слишком

увлекся магией и политикой фейри и не забыл, что на самом деле я не один из них.

— Тяжело было? — сочувственно спросила Кензи. — Расти человеком, быть единственным

не-фейри в Небывалом, за исключением твоих родителей?

— Не так тяжело, как может показаться, — улыбнулся Кейран. — Мои родители всегда были

со мной, независимо от обстоятельств, так что на это я жаловаться не могу. И воспитываться с

гремлинами, гоблинами-хакерами и летунами… ну, скажем так, я сводил с ума Глюка и стражу. Но

да… — Его улыбка померкла, и он отвел взгляд, посмотрев на холмы. — Иногда мне было…

одиноко.

Пока они разговаривали, я продолжал осматривать сад, одновременно пытаясь уследить за

появлением таинственных стражей и не пялиться на яблоки. Со слов Кейрана я сделал вывод, что это

были какие-то великаны, но, если только они не прятались за деревьями, я их не видел.

Где-то над нами каркнул ворон.

В обычной ситуации я бы не обратил на это внимание. Но в саду было так тихо, что от крика

птицы в абсолютной тишине я дернул головой наверх, осматривая ветви.

Над нами промелькнула темная тень и приземлилась на ветку, от чего мой желудок

перевернулся. Ярко-зеленые глаза смотрели с умной морды ворона, он встопорщил перья и издал

упрекающий «кар-р».

— Ох, просто прекрасно, — сказал Кейран, когда ворон еще раз встрепенулся… и взорвался

облаком черных перьев и пыли. Я моргнул, на долю секунду оторвав взгляд от птицы, наблюдая, как

перья опускаются на землю. Когда я посмотрел назад, на ветке стояла фигура со скрещенными

руками, с ухмылкой глядя на нас. Лучи солнца, пробивающиеся через листву, падали на его рыжие

волосы, от чего они сверкали, как янтарь.