Машеров оторвался от занятной игрушки и стал сосредоточенно следить, как я открываю нужный файл. После чего взял протянутый ему «ридер».

— Тоже не наша разработка?

— Что касается Беларуси, как после развала СССР будет называться Белоруссия, то у вас технический прогресс, можно сказать, застыл. В последние годы в принципе начали в России что-то делать, и то по большей части копируя иностранные разработки. Остальные бывшие советские республики на этом поприще совсем не преуспели… Вот сюда нажимайте, и страницы будут листаться. В смысле, листаться виртуально, про электронную книгу я тоже писал в этой рукописи. Видите, у вас прекрасно получается. Правда, отсутствует подсветка, поэтому читать можно только при хорошем освещении, например, как сейчас. Получается, как обычная книга. Был бы у меня планшет… Про планшеты я не стал писать, чтобы не засорять свою исповедь техническими подробностями, они плоские, и размерами обычно как планшетки у военных летчиков, к примеру, но только с экранами, по которым можно водить пальцем. Так называемый сенсорный экран, реагирующий на прикосновения. Это относительно новое поколение гаджетов, мой телефон из предыдущего. Листайте дальше… Ага, вот оно, как раз про вашего Михасевича.

— С каких это пор он наш?

— Ну, я в географическом смысле. Так-то, конечно, он не наш человек, отщепенец.

Петр Миронович углубился в чтение, уже привычным жестом перелистнул страницу, дочитал про Михасевича до конца.

— А как обратно листать? Хочу еще раз перечитать.

Осилив статью про витебского маньяка, стал листать дальше, дошел до Чикатило. Так же внимательно прочитал, при этом все больше мрачнея.

— Как же таких выродков земля-то носит?!

— Что поделать, а ведь тоже скрывался под личиной добропорядочного семьянина. Через два года первая жертва. Убьет 9-летнюю девчушку, хотя, я думаю, при желании можно как-то предотвратить убийство.

— Не можно, а нужно, — жестко ответил Машеров. — Сегодня же позвоню Щелокову…

— А как вы объясните, что знаете о будущих убийствах? — бесцеремонно прервал я собеседника. — Вот и я не стал заранее писать министру о том, чего еще не произошло, иначе бы автора письма приняли за психа. Думал даже съездить в Ростовскую область, найти его и… Ну вы понимаете. Только не уверен, что смог бы отправить человека на тот свет.

— Какой он человек — нелюдь!

— Пусть так, но тем не менее. И знаете, если бы Чикатило не расстреляли до 1997-го года, то он пошел бы на пожизненное.

— Кто вообще придумал этот… как вы там писали… мораторий на смертную казнь!

— Борис Николаевич подписал международное соглашение, а Путин его так почему-то и не отменил. Но это в моей реальности. В этой, надеюсь, до Горбачева с Ельциным не дойдет.

Внимательно смотрю на Машерова. Тот не отводит глаз, в свою очередь меня гипнотизирует. Играем в гляделки с полминуты, затем Петр Миронович неожиданно улыбается и, тыча в «ридер», негромко говорит:

— А книжки, получается, вы переписывали вот из этой штуки?

— Получается, так, хотя некоторые книги пришлось серьезно переделать в духе времени. Да и мои произведения, посвященные родной сурской земле, я сочинял сам. Песни — те да, пришлось позаимствовать у авторов будущего. Посудите сами, Петр Миронович, я поставил перед собой задачу как можно быстрее встретиться с вами. Простой человек с улицы смог бы этого добиться? Вот именно. Поэтому требовалось обзавестись именем, и соответственно связями, чтобы тебя узнавали, приглашали на мероприятия, где бывают большие чиновники. Я целенаправленно все это делал, пробивая себе путь наверх. Карьерист, скажете вы? Ну, когда имелась возможность сделать свою жизнь и жизнь ставших мне близкими людей лучше — я старался такую возможность не упускать. Вы бы на моем месте как поступили? А потом случилась поездка в Брест, где я впервые с вами встретился.

— Хорошо, что я не на вашем месте, мне и своего с лихвой хватает… А «Знак беды» кто написал, если не секрет?

— Ваш, белорусский, Василь Быков. Вот честно, до последнего не хотел переписывать книгу такого хорошего писателя, но пришлось, и видите — вы заинтересовались мной как раз в связи с этой книгой. Будем надеяться, что вместо этой повести Быков напишет что-нибудь еще, не менее гениальное.

— А что минское «Динамо»? Выиграет когда-нибудь чемпионат СССР по футболу?

— Да Советскому Союзу в моей реальности всего 15 лет осталось существовать… А так да, в 1982-м станут чемпионами, но теперь уже не факт, учитывая, сколько уже изменилось, и сколько еще изменится, если вы возьметесь за дело.

— Вы упоминаете, что в 21 веке практически бессменно Белоруссией руководит какой-то Лукашенко…

— Да, Александр Григорьевич Лукашенко. Сейчас он служит в погранвойсках, если только мне память не изменяет.

— И как он? В смысле… как Президент?

— Белорусы называют его батькой, уважают и, честно говоря, побаиваются. Потому как может так рубануть с плеча, что мало не покажется. Кстати, в Беларуси к 2015-му все еще практиковалась смертная казнь. И многие россияне приводили Лукашенко в пример Путину, мол, и нам не мешало бы вернуть меру высшей, так сказать, социальной защиты. Некоторые россияне переезжают в Беларусь, когда их особо сильно охватывает ностальгия по социалистическому прошлому. Конечно, в республике не тот кондовый социализм, который сейчас имеет место быть в СССР, но тем не менее. Да и экономика республики, независящая от цен на природные ископаемые, менее подвержена колебаниям. Не то что в России, где после снижения цен на нефть рубль тут же просто рухнул по отношению к доллару и евро.

На какое-то время Машеров задумался, подперев кулаком подбородок, и глядя на ласкающие берег волны в пенной окантовке.

«Словно вдаль смотрит, сквозь годы», — подумалось мне.

Минута проходила за минутой, стали появляться неторопливо прогуливавшиеся отдыхающие, кто-то уже загорал на покрывале, а кто-то прямо на песке. Степан тоже оживился, поскольку постояльцы санатория, оказавшиеся в опасной близости от шефа. Могли, по мнению чекиста, представлять для Машерова потенциальную угрозу.

Наконец тот очнулся и отдал мне «ридер»:

— Спрячьте вашу электронную книгу, пока она еще кого-то не заинтересовала. Мне интересно, вы-то сами какой-нибудь план спасения социалистического строя продумывали?

— Я не экономист, а историк, но думаю, что в таком виде, как сейчас, страна вряд ли будет в числе процветающих. Если мы хотим сохранить какое-то подобие социализма, то в этом плане мне больше всего импонирует путь, которым пошли китайцы. Хотя не факт, что у нас их методы приживутся. Например, в КНР самая дешевая рабочая сила в мире. Люди пашут по 12 часов в день за плошку риса, изо дня в день собирая на фабрике какие-нибудь запчасти для компьютеров. Но за счет дешевой рабочей силы получается и низкая себестоимость товаров, пользующаяся спросом во всем мире. Качество, естественно, не всегда на высоте, однако цена слишком уж завлекательная. Благодаря большому объему экспорта в страну хлынули западные инвестиции, а партийная казна получила свои миллиарды. Но все же я не уверен, что советский гражданин станет трудиться за ту же плошку риса. Или корку хлеба, выражаясь по-нашему. Да и партия этого не допустит, не 37-й год все-таки.

— Тогда что же, брать пример с американцев? Или с немцев?

— В США экономика развивалась без эксцессов, ровное, поступательное движение, если не считать кризис 30-х годов из-за перепроизводства. Пока европейские страны воевали друг с другом, американцы на этих войнах только наживались. У них-то только Гражданская была в 19 веке, да и то она не сильно отразилась на экономике страны. А подняться из руин ФРГ они же и помогли. Помните такой «план Маршалла»?

— Еще бы, более 13 миллиардов долларов было выделено Конгрессом США на восстановление Западной Европы, в обмен на выполнение условия, что в правительствах этих стран не останется ни одного коммуниста.

— Вот то-то и оно. Но ведь и сами по себе там люди работящие, составил план, которому четко следуют…