Маневры английского и французского флотов в 1805 г.
* Остров Мартиника — одна из самых важных французских колоний на Антильских островах.
Подобный маневр не мог не внести путаницы в расчеты английских адмиралов. Ведь на Антильских островах находились богатейшие английские колонии, и, конечно же, британские флотоводцы поспешили бы туда на помощь. А возможно даже, в полной неизвестности вынуждены были бы послать эскадры искать французов по пути в Индию. Количество английских кораблей у побережья Англии в таком случае сократилось бы до минимума. Тогда франко-испанская армада должна была двинуться в Ла-Манш, опрокинуть все на своем пути и, появившись перед Булонью, открыть дорогу для вторжения. Этот план был изложен в письме императора от 2 марта 1805 г. адмиралам Гантому и Вильневу. Заметим, что, догадываясь о слабых сторонах характера Вильнева, Наполеон поручил руководство операцией адмиралу Гантому. Однако последнему не удалось обмануть бдительность неприятеля. Британская эскадра под начальством Корнуолиса надежно сторожила выход из Бреста. В этой ситуации ничего не оставалось, как надеяться на Вильнева. Посланными дополнительными инструкциями Наполеон возлагал на него задачу, соединив те силы, которые, возможно, на Мартинике, двинуться к Атлантическому побережью Франции, освободить от блокады французские корабли и затем во главе мощной эскадры войти в Ла-Манш. Отныне судьба Франции оказалась в руках человека, не созданного для решительных действий.
29 марта 1805 г. французская эскадра из И линейных кораблей и 6 фрегатов покинула рейд Тулона и двинулась вперед. Через день ее обнаружили английские фрегаты, которые немедленно направились к Сардинии, чтобы донести об этом Нельсону. Тот был наготове и ни секунды не колебался. Тотчас на кораблях была пробита боевая тревога, и английский флот вышел в море. Нельсон не сомневался — французы идут в Египет, и потому на всех парусах его эскадра устремилась к земле фараонов.
В этот момент Вильнев спокойно продолжал свой путь к Г ибралтару. 9 апреля он был уже в виду знаменитого мыса, где дежурила английская эскадра адмирала Орда из пяти линейных кораблей. Англичане не посмели вступить в бой с французскими кораблями, и французы вошли в порт, где встретились с испанской эскадрой. Увы, из 16 линейных кораблей, стоявших в гавани, только б были готовы к выходу в море. Однако ими командовал отважный адмирал Гравина. Этот человек, несмотря на свои 58 лет, был предприимчивым и мужественным моряком. Внебрачный сын короля Испании*, он славился рыцарственным характером и тем, что был целиком предан идее французского союза. «Я последую за вами везде и для любого предприятия», — заявил он, не колеблясь, адмиралу Вильневу. 3 апреля он поднял свой флаг на линейном корабле «Аргонавт», и соединенная эскадра снова двинулась в путь.
Только спустя много дней Нельсон узнал о том, что французы двинулись совершенно в другом, чем он ожидал, направлении. «Если эта новость соответствует действительности, я трепещу от мысли, сколько несчастий нам может принести враг»40, — написал он из Неаполя. Когда известия подтвердились, английский адмирал устремился к Гибралтару, куда он прибыл 30 апреля. Но ветер дул точно с запада и не позволял англичанам пройти пролив. «Кажется, мое счастье меня покинуло, — написал знаменитый адмирал. — Ветер не хочет дуть ни с кормы, ни с борта, он дует нам все время прямо в нос! Все время прямо в нос!»41 Больше недели провел Нельсон у Гибралтара и смог войти в пролив только 7 мая.
В это время франко-испанская эскадра уже подходила к Антильским островам. 13 мая на Мартинике Вильнев собрал все свои силы. У него оказалось под командой 18 линейных кораблей и 7 фрегатов. Правда, эскадры Миссиеси на островах уже не было. Приказ оставаться на Мартинике не дошел до него, и он направился в обратный путь. Напрасно Вильнев искал его в Карибском море, Миссиеси был уже снова в Рошфоре. Однако ситуация все равно была очень благоприятна для французов. На Мартинике эскадру нагнали еще два французских линейных корабля адмирала Магона. Теперь под командованием Вильнева было уже 20 линейных кораблей, в то время как Нельсон несся через Атлантику во главе эскадры всего лишь из 10 кораблей, а остальные английские командиры были в полной растерянности.
Британская эскадра достигла острова Барбадос (примерно 180 километров от острова Мартиника) 4 июня. Однако там французов не было. Тогда Нельсон устремился в ту сторону, где, по его мнению, должны были находиться французские корабли. 6 июня британский флот подлетел к острову Тобаго, и по приказу адмирала на эскадре забили боевую тревогу. Однако напрасно с пушками, готовыми к битве, английские линейные корабли на всех парусах шли к острову — французов здесь не было. 4 июня Вильнев, отчаявшись найти Миссиеси, вышел с острова Мартиника и взял курс на восток.
Однако случай пришел на помощь англичанам. В то время как франко-испанская эскадра шла к берегам Европы, 19 июня ее заметили с небольшого быстроходного брига «Любознательный», который Нельсон отправил с сообщением в Англию. Капитан брига Бетсворт проявил сообразительность и инициативу. Он не стал возвращаться к своему начальнику, чтобы доложить об обстановке, а, понимая смертельную опасность, нависшую над Англией, на всех парусах устремился в Плимут. 9 июля он был уже в кабинете первого лорда адмиралтейства Бэрхэма и сообщил ему тревожную новость. Главнокомандующий английского флота тотчас же распорядился снять блокаду Рошфора и Ферроля", иначе говоря, всех важных портов, где находились французские и испанские корабли, кроме самого важнейшего — Бреста. Пятнадцать британских линейных кораблей под командованием адмирала Кальдера устремились навстречу эскадре Вильнева.
* Герцог Карлос де Гравина (1756—1806) слыл внебрачным сыном короля Карла Ш, отца правящего тогда в Испании короля Карла IV, которому он, таким образом, приходился братом.
Ферроль — крупный порт на северо-западной оконечности Испании.
Они встретились 22 июля 1805 г. в нескольких десятках миль от мыса Финистер на северо-западной оконечности испанского побережья. При виде английской эскадры на мачте флагманского корабля Вильнева взвился сигнал: приготовиться к бою. Французские моряки с энтузиазмом встретили приказ своего командующего, и в 17.25 прогремели первые выстрелы. Закипело отчаянное морское сражение. Англичане за многие годы морской войны впервые вынуждены были больше держаться обороны, а французы бились насмерть. Когда британский флагманский корабль «Виндзор-Кэсл» попытался прорвать фронт, отважный капитан Перонн на корабле «Бесстрашный» закрыл брешь в линии и ценой своей жизни преградил дорогу врагу. Под мощным и точным огнем опытных английских артиллеристов старые испанские корабли несли большие потери. В какой-то момент линейный корабль «Фирме» оказался на грани гибели. Тогда французский капитан Космао на корабле «Плутон» совершил редкий по бесстрашию поступок. Выдающийся английский историк флота Уильям Джеймс рассказывает: «Увидев критическую ситуацию «Фирме», следующий за ним линейный корабль «Плутон» отважно покинул строй и смог на время прикрыть испанский корабль от разрушительного действия огня противника»42. Через некоторое время ситуация повторилась, на этот раз с линейным кораблем «Эспанья». И опять французские моряки мужественно пришли на помощь. На этот раз из строя вышли сразу три корабля: «Монблан», «Атлас» и все тот же «Плутон», которые геройски заслонили собой испанского товарища по оружию. Благодаря самопожертвованию французов корабль «Эспанья» был спасен. Упорный бой длился до девяти часов вечера, когда к густейшему туману, пороховому дыму от залпов сотен орудий добавилась ночная мгла, разделившая сражающихся. Впервые за долгие годы англичане не выдержали французского натиска, и Кальдер дал приказ отступать!
Да, франко-испанская эскадра была более многочисленной: 20 кораблей против 15 английских. Да, англичане более опытные в морском деле, имея на борту отлично обученных артиллеристов, нанесли французам большие потери в личном составе. Наконец, пользуясь тем, что в густом тумане без поддержки французов остались два старых слабых испанских корабля*, англичане сумели захватить их. Но все это не имело никакого значения перед самим фактом отступления английского флота. Любой мальчишка знает, что тот, кто убежал из драки — проиграл. Английский флот не имел права отступать, так как он прикрывал путь к Бресту и берегам Англии. Это была не арьергардная стычка, где малочисленный отряд, заранее зная, что он уйдет от неприятеля, ведет бой исключительно с целью задержать на некоторое время наступление врага. Это была битва за Англию...
На французских кораблях моряки ликовали. Победа была за ними, и впереди их ждала великая слава. Но Вильнев, испугавшись неизвестности и ответственности, после символического преследования приказал повернуть назад!!!
Когда огромная колонна французских боевых кораблей проходила мимо кораблей арьергарда, контр-адмирал Магон, отважный моряк, который вследствие неумолимых законов военной иерархии оказался под начальством Вильнева, понял, что означало подобное решение. Он в бешенстве прокричал в сторону флагмана все самые страшные проклятия, а потом уже совершенно не в себе швырнул в адмиральский линкор свою подзорную трубу и свой парик.
Вильнев направился в бухту Виго на испанском побережье, а оттуда ушел сначала в бухту Ферроле, а затем в порт Ла Корунья, откуда он опять направил жалостливые письма о том, что у него много поломок, плохая материальная часть, плохие экипажи и т.д.