Когда мы, наконец, добираемся до главного здания, Пол толкает дверь внутрь, пока проем не становится достаточно широким, чтобы мы могли войти. Когда он отпускает ручку, дверь распахивается, а листья и песок засоряют пол. Как только мы оба оказываемся внутри с чемоданами, он использует плечо и вес своего тела, чтобы закрыть дверь.

Мы оба промокшие и пытаемся отдышаться, поскольку шторм, кажется, стихает.

Но это лишь иллюзия.

Из окон видно, что стихия все еще продолжает бушевать.

Однако, оказавшись внутри здания, выложенного бетонными блоками, мы словно нажали на кнопку выключения звука.

Единственное, что было достаточно отчетливо слышно, - это капли дождя о металлическую крышу. С промокшей насквозь одежды и мокрых волос сбегает вода, стекая на пол и образуя лужи, добавляя еще больше беспорядка, который и так украсил помещение мокрыми листьями и разводами песка после нашего прибытия.

Я перевожу тревожный взгляд на дверь.

- Ты можешь забаррикадировать ее?

- Не думаю. Но кроме нас здесь никого нет, и ветер не сможет распахнуть запертую дверь. Он поворачивается ко мне, опуская руки на мои плечи.

- С тобой все в порядке?

Я киваю.

- Промокла насквозь, но все хорошо.

Он качает головой.

- Все случилось слишком быстро.

- Я рада, что мы здесь. Боюсь, хижина с этим не справится.

- Меня не волнует хижина. Я беспокоюсь только о тебе.

Мое тело начинает дрожать, когда холод от сырости пробирает до костей, и я прислоняюсь к нему, в поисках тепла. Мы стоим, не двигаясь, прислушиваясь к отзвукам стихии, которую, к счастью, уже не можем чувствовать на себе, пока Пол не прерывает молчание:

- Давай осмотримся. Я никогда не изучал это место, за исключением припасов еды и бутылок вина. Он опускает глаза к прямоугольнику, выделяющемуся на ровной поверхности пола. - Это винный погреб. Я думаю, что это здание достаточно устойчиво, но если появятся сомнения, мы всегда можем спуститься вниз. - Когда я киваю, он продолжает: - Давай посмотрим, что еще здесь есть.

Взяв его за руку, я следую за своим мужем, пока мы переходим из комнаты в комнату.

Здание небольшое, но, опять же, по площади оно больше хижины. Дождь продолжает стучать по крыше, когда мы заходим в кухню; в комплекте с многочисленными холодильными и морозильными установками, которые, как мы знаем по опыту, наполнены едой, здесь также были расположены большая плита и несколько духовок.

- В брошюре было написано о шеф-поваре, - говорит Пол. - Могу предположить, если бы мы заказали его, именно здесь бы он и готовил.

- Или она, - добавляю я с улыбкой.

- Или она, - соглашается Пол.

Я вздохнула с облегчением, когда мы открыли кладовую, обнаружив, что та была наполнена большими белыми пушистыми полотенцами, мочалками, мылом и даже пробниками средств для ухода за волосами.

- Возможно, мне придется мыть волосы под дождем, но теперь, по крайней мере, я знаю, смогу это сделать.

Были также одеяла, простыни и подушки, а еще стиральная машина и сушилка.

- Я забыл, что на этом острове все три бунгало могут быть заселены гостями, - произносит Пол.

- Мне все нравится так, как есть.

Он подмигивает, с его волос все еще стекает вода.

- Мне тоже.

Там же мы обнаружили еще одну кладовую, укомплектованную инструментами и оборудованием, которое используется для обслуживания построек и ухода за тропическим ландшафтом.

- Я уверен, что в самый разгар туристического сезона здесь все полностью занято.

Последняя дверь, которую мы открываем, ведет в помещение, похожее на однокомнатную квартиру, вид жилой комнаты заставляет меня улыбнуться.

- Интересно, это место, где останавливается шеф-повар?

Пол отпускает мою руку и идет дальше. Наряду с небольшой мини-кухней здесь также были расположены гостиная зона, спальня и ванная комната. Она не была такой роскошной, как ванная в нашей хижине, но там имелся душ, и в настоящий момент это звучит как высшее благо.

Я снова вздрагиваю при очередном раскате грома.

- Мне холодно. Как думаешь, мы можем принять душ во время шторма?

- Все зависит от трубопроводной системы.

Когда я сужаю глаза, он продолжает:

- Если трубы из ПВХ - пластика, то они не послужат проводником для разряда молнии.

- Если они из металла, - продолжаю я, - то это вполне может случиться.

- Все верно. И мы не знаем наверняка, - Пол возвращается к кладовке и берет два полотенца. - Я бы предпочел, чтобы мы были осторожны и обсохли. Я не потерял тебя во время шторма. И не собираюсь терять тебя в душе. - Прежде чем я могу сказать что-то в ответ, он добавляет с усмешкой: - А после того, как ты снимешь с себя эту мокрую одежду, я придумаю другой способ тебя согреть.

Я не имею ни малейшего понятия, как он умудряется заставить мои внутренности трепетать от предвкушения, а соски напрячься только лишь словами и своей ухмылкой, но именно так я и реагирую на него.

Глава 11

Пол

Подводя ее к кровати, я помогаю ей снять мокрый сарафан, а затем и каждую часть сексуального бикини под ним. Вооружившись полотенцем, я тщательно обтираю ее потрясающее тело, от макушки до пальчиков ног, не упуская ни одного сексуального изгиба. Крепко обнявшись под одеялом и чувствуя ее теплое тело, прильнувшее ко мне, я ощущаю, как растет моя эрекция.

Во время бушующего ненастья я делаю то, что всегда было моим выбором. Я занимаюсь любовью со своей женой, мягкой и нежной, пока мы оба не достигаем пика, ощущая как наши тела возносятся выше грозовых туч за окном.

Возможно, поводом послужил нелегкий путь против ветра и дождя, а также выброс адреналина от заставшего нас врасплох шторма или оргазм, последующий за ним, но, независимо от причины, после того как мы оба остались удовлетворенными, глаза Дженн закрываются, и она засыпает.

Теперь же, спустя несколько часов, после того как я подкрепился фруктами и сыром, мой разум переключается на другие варианты. Нежный секс был хорош, чтобы отметить то, что мы благополучно добрались до безопасного места. Теперь мы укрыты и защищены, и мои мысли возвращаются к играм совсем другого характера.

Перед тем как мы покинули хижину, я позаботился о том, чтобы взять с собой несколько вещей, которые привез из дома: кое-какие сюрпризы, которые она еще не увидела. Я полон решимости воплотить свои планы в реальность медленно, но верно. Дженн уже смогла зайти достаточно далеко и не один раз.

Ладно, это два разных значения слова* (прим. перев. "come" - приходить, кончать), но я подумал, что добавлю это, чтобы подчеркнуть, что я не настаиваю. Я веду, и она следует за мной с одинаковым энтузиазмом.

Шторм продолжает бушевать за стенами, и дождь все еще яростно обрушивается на крышу, но через некоторое время эти звуки начинают казаться обычным фоновым шумом. Я полагаю, что так же происходит, когда люди живут рядом с железнодорожными путями или аэропортом. Мозг привыкает к постоянному шуму и постепенно перестает замечать его.

Дженн вздрагивает, когда за окнами гудит ветер, раздаются раскаты грома, и небо освещают вспышки молний.

- Детка, мы в безопасности.

- Я знаю, - говорит она, но тон ее голоса не соответствует ее словам.

- У меня есть идея, как отвлечь тебя от шторма.

Уголки ее губ ползут вверх.

- Полагаю, я догадываюсь, о чем ты думаешь.

- Видишь, мы делаем именно то, о чем говорила доктор Кайзер.

- Занимаемся сексом днями напролет? Я как-то пропустила этот момент во время ее сеансов.

- О, это определенно упоминалось. Ты просто не слушала. А теперь слушаешь.

Она поднимает на меня глаза, все еще уютно расположившись в кресле и закутавшись в одеяло, держа электронную книгу в руках. Вот где она была с тех пор, как проснулась.

- Ты прав. Я слушаю, и ты тоже.

- Ты доверяешь мне?

- Без сомнения.

- Тогда иди сюда, - зову ее, вставая с дивана, на котором сидел, и направляюсь в спальню, где ее уже ожидает подготовленный мною сюрприз.

Завернувшись в одеяло, она следует за мной. Добравшись до дверного проема, она останавливается и с шумом втягивает воздух. Страх на ее лице угрожает сломить меня. Я не пытаюсь напугать ее, лишь пытаюсь укрепить то, что мы уже обрели.

- Пол, нет.

Я беру ее за руку.

- Ты знаешь слово. Хочешь произнести его?

Ее испуганный взгляд устремлен на крепкую цепь, которую я нашел в одной из кладовых. Пока она была занята чтением, я перекинул железные звенья через открытую перекладину. Если бы не дождь, она бы услышала грохот. Затем я закрепил на конце пару мягких, обтянутых шерстью манжет для запястий. Конструкция расположена на идеальной высоте, которая позволит Дженн стоять, расставив ноги, с вытянутыми и зафиксированными руками. Она закусывает нижнюю губу, ее глаза становятся влажными.

- Что ты планируешь сделать со мной?

- Здесь важную роль играет твое доверие ко мне.

Она поворачивается в мою сторону.

- Я не хочу использовать свое слово.

- Тогда доверься, - говорю я, сдергивая с нее одеяло. Когда она не отвечает, я киваю в сторону кровати. - Если ты не готова быть прикованной к потолку, у меня есть несколько креплений для кровати.

Дженн кивает с заметным вздохом.

- Да... хорошо... Мы можем начать с кровати?

- Бросай одеяло, - изменение в моем тоне - предупреждение для нее.

Без промедления она повинуется, одеяло падает к ее ногам, оставляя ее чувственное тело полностью открытым. Она опускает подбородок и встает на колени.

Она чертовски сексуальна. Мой член возвращается к жизни.

Но я хочу видеть ее связанной.

Протягивая ей руку, я обращаюсь к ней:

- Хорошая девочка, пойдем. Мы начнем с кровати.

Она поднимается и на дрожащих ногах послушно следует за мной к постели, ожидая моих указаний.

- Ляг на спину и подними руки над головой.

С глубоким вздохом она делает, как я прошу, устраиваясь на простынях, пока ее руки не оказываются вытянутыми над головой. В этом положении ее грудь полностью на виду, и это служит напоминанием мне о паре зажимов для сосков, которые я спрятал в чемодане.