— Потому-то вас и не тронули, — ответил Грибов. — Живите, да человеком будьте.

Судник облокотился о дверной косяк и заплакал…

Партизаны вскочили в седла, оставили крестьянам листовки с сообщением о действиях на фронтах, взяли курева и уехали. След их вскоре затерялся в лесу по ту сторону Припяти, а Глуша еще долго оживленно говорила, слушала самые фантастические легенды о партизанах.

— Говорят, в лесах целые армии партизан.

— В соседних селах люди видели, как их на парашютах спускают…

— Говорят, из самой Москвы прилетают…

— Да, вместе с танками спускаются.

— Скоро всем швабам конец…

Ущербный месяц струил свой бледный свет над селом, жутко кричали совы на пепелищах, учуяв мертвеца, который так и остался качаться на усохшем суку ясеня, где-то выли собаки. Великая Глуша притаилась в ожидании чего-то нового, значительного.