Элени
Мне ничего не оставалось, кроме как погрузиться в невеселые думы, а это как раз и являлось наихудшим, что могло случиться. Малюсенький глоток виски принес бы мне райское наслаждение. И преследовавшие меня мысли только усугубляли проблему. Хоть я и не хотела быть похожей на своих родителей, лучше мне стать не удалось. Мое пристрастие к выпивке было закономерным исходом.
Слова похитителя отдавались эхом в голове, укоряя меня каждую секунду. По его словам я сама себе навредила. Что, черт побери? А вдруг я как раз хотела стать гребаным зомби? Он не в курсе моего прошлого. Не знает, через какое дерьмо я прошла, будучи ребенком, и продолжала проходить через это каждый долбаный день взрослой жизни. Ему ничего не известно о моих демонах и напряженной борьбе с ними. Да пошел он на хрен, святоша доморощенный.
И тут я увидела это, или правильнее сказать ее — незнакомку, которая смотрела на меня из зеркала. Отражение явило мне совсем другую Элени. У этой был больной вид. Она выглядела безобразно. Ее облик потерял живость. Тело казалось изможденным, как будто она долго пробыла в седле и вспотела с головы до ног. Не так я представляла саму себя. Эта картинка воплощала все, что я ненавидела в себе. Все, что заставляло меня рыдать сильнее, чем могло бы сделать алкогольное отравление.
Единственным временем, когда я вела нормальную жизнь, стал период учебы. А теперь его испоганил похитивший меня подонок. «Только вот он прав, Элени. Ты испорчена. Стала воплощением всего, что терпеть не можешь, потому что поддалась зависимости», — все громче и громче твердил голос. У меня началась ломка после последнего виски, которое его высочество любезно предложило мне во время припадка. В последние часы я вела себя отвратительно. И я сама себе казалась отвратительной. Почему возжелала, чтобы он меня трахнул? Настолько отчаялась, что захотела на короткое время забыться? Так ли я нуждалась в том, чтобы меня отпустили? О боже! Мое гребаное сознание было затуманено и перегружено до такой степени, что не получалось хорошенько подумать о собственной жизни. Пелена снова начала застилать глаза, и я усилием воли попыталась не терять сознание. Не хотелось умирать, окунувшись в перемешанную с рвотой воду. Не хотелось оставаться одной, уязвимой перед ним. И вообще не хотелось быть одинокой. Я никогда не жаждала одиночества: ни в детстве, ни во взрослой жизни. Жизнь меня сломала, и я никому не позволяла к себе приблизиться. Это пугало. Одиночество и страх таились в моей душе даже когда я без разбору трахалась с теплыми телами. И пусть интрижка оказывалась всего на одну ночь, а я не имела настоящих отношений, все равно могла ругаться и осыпать проклятиями случайных незнакомцев.
Я с ненавистью осознаю, что он оказался единственным, кто проник в мою сущность. А еще дал мне понять, в какое дерьмо я превратила собственную жизнь и даже не удосуживалась найти время, чтобы подумать о происходящем. Поэтому сейчас он представлялся мне одновременно и монстром, и первым человеком, который раскрыл мне глаза на мое настоящее. Говорят, подобное притягивает подобное, и я с отчаянием осознала, что ничем не лучше мужчины, держащего меня в плену. Как же я сама не додумалась до того, что для него сразу стало очевидным? Возможно, всему причиной послужила моя растерянность. Я словно находилась между двух огней: с одной стороны кричащие на меня голоса, а с другой — затуманивший сознание алкоголь. В результате я никогда не размышляла о том, как угробила себя, и что это уже не исправить.
Быстро моргая, я старалась не упасть в обморок, но мои усилия оказались тщетными. Перед глазами стремительно темнело, а демоны буквально взвыли в моей голове. Я заслужила все, что сейчас получала, и на этот раз спорить с ними не видела смысла. Вглядываясь в грязную воду и ощущая мерзкий запах желчи, я поняла, что впустую тратила собственную жизнь, будучи алкоголичкой. Не лучше и не хуже того человека, который держал меня здесь. Я повернула голову на неожиданно послышавшийся шум. И едва мой взгляд встретился с зелеными глазами, мир заволокла черная пелена.