Если Вы не появитесь на Рейтинговом Турнире Голубого Ветра в этот раз… Тогда когда мой отец поправится, я сама пойду в Смертельную Пустошь, чтобы найти тебя… Если я не смогу найти тебя, тогда я составлю тебе компанию… и останусь там навсегда…я не позволю тебе чувствовать себя одиноко…

Две тонких ладони плавно сжались под роскошным платьем и диадемой феникса, так как следы печали переполняли ее ауру.

В этом момент прозвучал нахальный голос молодого человека.

“Ха-ха-ха-ха, моя имперская сестра, Вы действительно здесь. Ваш имперский брат пришел, увидится с вами. Быстрей погляди. Посмотри, кого я привёл к вам из дворца”.

Этот голос заставил брови Цан Юэ нахмурится и моментально выражение ее лица изменилось на равнодушное. Она развернулась и посмотрела на говорившего человека, как и на того кто стоял рядом с ним. Выражение ее лица стало твердым, а голос еще более спокойным, “Третий имперский брат, Молодой Мастер Фэнь, сколько лет, сколько зим”.

Эти четыре слова, “сколько лет, сколько зим”, были столь же спокойными как легкий бриз, и не выражали никакого удивления или радостного настроения, которое обычно сопровождало “воссоединение после длительной разлуки”.

Третий принц Цан Шуо выглядел примерно на двадцать семь двадцать восемь лет. Человек около него выглядел немного моложе на двадцать два или три. Однако, стоя рядом с имперским принцем, он держался величественно и благородно, так он ни в чем не уступал Цан Шуо. Скорее даже превосходил его.

Он шагнул вперед и слегка поклонился. Пламя обожания горело в его глазах, смотревших на Цан Юэ, и он совсем не скрывал этого, “Фэнь Цзюэ Чэн из Горящих Врат Рая отдает дань уважения прекрасной и элегантной принцессе Цан Юэ. Я слышал, что Ваше Высочество вернулось во дворец восемь месяцев назад, однако в течение этого времени Цзюэ Чэн безвылазно тренировался в Регионе Пылающего Солнца и освободился только два дня назад. Я надеюсь, Ваше Высочество не в обиде на меня”.

“Ха-ха-ха-ха”, Цан Шуо рассмеялся, “Молодой Мастер Фэнь, прибыл только мгновение назад, он пылко путешествовал день, и ночь напролет только что бы встретится с моей имперской сестрой. Такие великие взаимоотношения, в самом деле, трогают и вызывают зависть”.

Цан Юэ слегка улыбнулась и сказала: "Я благодарю молодого мастера Фэньза его доброту. С Цан Юэ всё хорошо, молодому мастеру Фэньне нужно беспокоиться. Мне неизвестно, почему молодой мастер Фэньпосетил нас в этот раз? "

Несмотря на то, слова Цан Шуо о том, что единственная цель визита Фэнь Цзюе Чэн - встреча с ней, Цан Юэ, выглядела так, словно она не слышала их.

Фэнь Цзюе Чэн также слабо улыбнулся и сказал нежно и прямолинейно: "Я слышал, что Ваше Высочество постоянно тренируется. Цзюе Чэн беспокоится о вас, а также очень уважает. Пусть я и хотел бы видеть Ваше Высочество немножко чаще, хотя бы во сне, я думал, что это испугает ваше высочество, поэтому всегда держал себя в руках. Теперь, когда я наконец-то увидел ваше высочество, Цзюе Чэн насказано рад. За эти два года, ваше высочество стала еще более красивой и элегантной. Даже легендарные богини, сошедшие в мир смертных, не смогут сравниться с вашим высочеством. Цзюе Чэн считает, что Ваше Высочество красавица императорской семьи Голубого Ветра…нет, небесное сокровище всей империи Голубого Ветра!

Он не смог скрыть свое восхищение и одержимость принцессой. Тем не менее, принцесса Цан Юэ словно не заметила этого и ответила со слабой улыбкой: "Молодой Мастер Фэнь ошибается: Цан Юэ не достойна".

«Я благодарю Молодого Мастера Фэнь за его комплементы вместо моей сестры. Я тоже абсолютно уверен, что ваши слова о ней, как о сокровище нашей Императорской Семьи, являются правдой» - сказал Цан Шуо с сияющей улыбкой. Его глаза загорелись, он перевел взгляд и намекнул дежурному позади него. Тот сразу понял, сделал шаг вперед и притворился, что шепчет ему на ухо.

«О?» В глазах Цан Шуо отразилась тревога, затем он, извиняясь, обратился к Фэнь Цзюе Чэн: «Молодой Мастер Фэнь, этот принц вдруг вспомнил нечто, о чем я вынужден немедленно позаботиться, вам придется меня простить… Сестра, Молодой Мастер Фэньдавно не посещал императорский дворец, почему бы вам не сопроводить Молодого Мастера Фэньв прогулке по дворцу?»

«Пожалуйста, простите отказ Цан Юэ». Как только Цан Шуо договорил, Цан Юэ сразу отказалась. «Не подумайте, что это из-за моего нежелания: Отец приказал мне встретиться с ним в его покоях сейчас, чтобы обсудить важный вопрос. Цан Юэ не смеет идти против приказов Отца-Императора и просит брата и Молодого Мастера Фэньне обижаться. Цан Юэ первая оставит вас.»

Закончив говорить, Цан Юэ слегка кивнула и, не колеблясь, вышла из Дворца Лунного Света.

Цан Шуо нахмурил брови, в то время как Цзюэ Чэн только спокойно улыбнулся. Как только Цан Юэ направилась от него, он вдруг обернулся. «Ваше Высочество, когда Цзюэ Чэн пришел в императорский дворец, он случайно узнал, что вы, кажется, изо всех сил разыскиваете странный цветок под названием “Цветок Горящей Души”. Интересно, Ваше Высочество уже нашли его? Если нет, так уж случилось, что Цзюэ Чэн знает, где его достать».

Мало того, что прибытие Фэнь Цзюэ Чэн сильно потревожило Цан Юэ, так еще и вызвало у неё крайнее беспокойство и желание как можно скорее уйти. Но от слов Цзюэ Чэн всё её тело напряглось, и она застыла на месте. Повернувшись, она сказала как можно более спокойным голосом: «Молодой Мастер Фэнь, вы серьёзно? Цан Юэ действительно разыскивает Цветок Горящей Души. Если Молодой Мастер знает, где искать, и будет достаточно великодушен, чтобы поведать мне, Цан Юэ будет бесконечно благодарна».

Фэнь Цзюэ Чэн улыбнулся: «Цзюэ Чэн, естественно, не откажет просьбе Принцессы Цан Юэ. По воле случая, Цзюэ Чэн знает, что такой цветок имеется в тренировочных землях нашего клана Пылающих Врат Рая – в Крае Безумно Палящего Солнца».

Сердце Цан Юэ участилось, когда она подавила своё волнение: «Значит, это просто прекрасно! Позвольте узнать, может ли ваш уважаемый клан предоставить Императорской Семье данный Цветок Горящей Души? Вне зависимости от цены или условий, ваш уважаемый клан может запросить, что пожелает».

Фэнь Цзюэ Чэн прищурил глаза, жадно уставившись на Цан Юэ. Он беспечно ответил: «Цзюэ Чэн не имеет полномочий в решении этого вопроса. В Крае Безумно Палящего Солнца один раз в тысячелетие вырастает только один Цветок Горящей Души. Передача его кому-то другому совершенно невозможна, однако…»

Фэнь Цзюэ Чэн остановился, затем ответил с беспечной улыбкой: «Если человеку, являющемуся членом внутреннего отделения моего клана, срочно необходим Цветок Горящей Души, то, я считаю, моему предложению, как будущего главы клана, отец со старейшинами противиться не будут, они наверняка уступят».

Хотя слова Фэнь Цзюэ Чэн звучали мягко и сдержанно, они на самом деле содержали следы открытого принуждения. Чтобы посторонний стал членом клана он либо должен стать учеником, либо, как вариант, вступить в брак в Клане Горящих Врат Рая.

Стоя прямо, грудь Цан Юэ слегка поднялась и опустилась. Однако, затем она медленно покачала головой: «Так как Цветок Горящей Души дорог вашему уважаемому клану, Цан Юэ не стоит делать такой необоснованный запрос. Я благодарю Молодого Мастера Фэнь за информацию, прощайте».

Простая и твердая реакция Цан Юэ была неожиданной для Фэнь Цзюэ Чэн. Выражение его лица застыло, и, наблюдая за уходящей фигурой Цан Юэ, его брови медленно хмурились.

«Темперамент моей сестры все еще жесткий». Сказал Цан Шуо, посмотрев на Фэнь Цзюэ Чэн. Его слова и действия на самом деле давали намек на уважение.

«Она даже жестче, чем раньше. Раньше, когда она отклоняла мои предложения, то, по крайней мере, была тактичной, но теперь она словно говорит мне, чтобы я прекратил всякие бредни». Фэнь Цзюэ Чэн начал глумиться над собой, обиженно улыбаясь.

«Молодой Мастер Фэнь, не стоит быть настолько пессимистичным», моментально утешил его Цан Шуо, «С силой, внешностью и личностью Молодого Мастера Фэнь, как может кто-либо из молодых дарований империи Голубого Ветра сравниться с ним? Цан Юэ сейчас еще молода и поэтому не замечает некоторых вещей. Я считаю, что не пройдет много времени, прежде чем она проявит инициативу и сама набросится на Молодого Мастера Фэнь. Вам даже не придется её добиваться». На этой фразе, Цан Шуо заколебался, но затем продолжил: «Кажется, я знаю, почему Цан Юэ вдруг стала такой решительной».