Юнь Чэ не чувствовал, что было необычно для Су Хэн Шань сказать что-то вроде этого. Он горько улыбнулся и ответил: “Тесть, Су Лин'эр и я объявили о нашей помолвке перед всеми. Почему ты все еще зовешь меня ‘Маленький Брат Юнь’…, Если тебе не нравится называть меня зятем, тесть может звать меня просто Юнь Чэ или ‘Чэ’эр’”.

Су Хэн Шань безучастно глядел на Юнь Чэ. Смотря на внешность Юнь Чэ, он, очевидно, закреплял сегодняшнюю 'помолвку' полностью и по-настоящему в своем сердце. Он начал смеяться:“Посмотри на меня, с одной только помолвкой на уме, я забыл изменить способ, которым я обращаюсь к тебе… Чэ’эр, мои предыдущие слова, что ты думаешь об этом”.

Юнь Чэ улыбнулся и сказал: “Так как тесть и сказал, Чэ’эр естественно прислушается к совету. Только, какую цену тесть желает, чтобы он заплатил?”

Нервы Хэйму Цинь Я были натянуты до предела, холодный пот капал вниз с его лба. Слыша их разговор, его разум дрожал. Он быстро вынул пространственное кольцо и бросил его Су Хэн Шаню, не произнося ни слова…, Чтобы выжить, у него не было другого выбора, кроме как передать эту 'цену' перед всеми. Под этим позором его грудь хотела развалиться, но он ничего не смел сказать в ответ.

Су Хэн Шань взял пространственное кольцо и проверил его духовной силой. Там было три целых куска Магического Железа Фиолетового Облака. С редкостью Магического Железа Фиолетового Облака что равнялось ценности годового дохода Твердыни Черного Леса. Он удовлетворенно закивал и махнул рукой Хэйму Цинь Я: “Так как Мастер Твердыни Черного Леса настолько добрый, тогда этот Су тоже не будет невежливым… счастливого пути, я не буду провожать тебя!”

Грудь Хэйму Цинь Я яростно поднялась вверх и вниз. Затем его глаза щелкнули, и он немедленно упал в обморок. Два его охранника быстро помогли ему встать, бросили на Ся Цин Юэ испуганные взгляды и не смея больше задерживаться, двинулись к выходу. Ученики Твердыни Черного Леса, которые сопровождали их позади уходили подавленными.

Юнь Чэ тайно издал вздох облегчения в своем сердце. Затем он взглянул на Ся Цин Юэ благодарными глазами.

В то время, когда он встретил Су Лин'эр ее весь мир был заполнен тоской и темнотой… и взяв во внимание статус Су Лин'эр, любой мог предположить, что она, в то время, должно быть, столкнулась с огромным изменением внутри своей семьи, повидав все виды отчаяния.

Юнь Чэ никогда не знал от начала до конца, с каким бедствием ее семья столкнулась. Однако смотря на оживленную, веселую и беззаботную Су Лин'эр сегодня, он никогда не хотел, чтобы она повторила жизнь, которую он имел в прошлом. В результате он одолжил абсолютную силу Ся Цин Юэ сегодня и использовал ее подавляющие слова и действия, чтобы помочь Клану Великого Пробуждения остановить ужасающую силу, остановив разом силы всех тех, кто держал злые намерения к Клану Великого Пробуждения…, Хотя рассчитывать на краткосрочную видимость покровительства в надеждах, что Клан Великого Пробуждения не постигнет его предыдущая судьба, было слишком наивным. Но все же это было единственной вещью, что Юнь Чэ мог сделать…

Даже при том, что…, это было только иллюзорным миром… После двадцати четырех часов, все это обратится в ничто…, но он сделал все, что мог для Лин'эр только из-за его любви к Су Лин'эр и позора в глубине его сердца.

Клановые баталии, которые разгорелись после долгого назревания, нашли разрешение весьма для всех неожиданное. Юнь Чэ на самом деле не знал, как Су Хэн Шань собирался поступить с Су Хэн Юэ и его сыном, а также старейшинами и их последователями, которые всегда поддерживали его. Его на самом деле это не волновало. Когда пала Твердыня Темнолесья, он взял Су Лин и ушёл.

Во время разборок Юнь Чэ получил общее грубое понимание, что за натура у Су Хэн Шаня. Очевидно, это был прямолинейный, честный, скромный человек, в чьём сердце ютилась огромная любовь, но он не проявил себя как хороший предводитель клана… поскольку не имел достаточно жестокости и решительности в своих действиях. Иначе человек, такой как старейшина, не стал бы совершать ничего настолько безрассудного. Хотя уже и дошло до того, что Су Хэн Юэ предал клан, Юнь Чэ представлял, что то, как он бы поступил в такой ситуации, до сих пор не казалось убедительным. В конце концов, Су Хэн Юэ — его старший брат. Кроме того, помимо него, находилось еще много старших товарищей, которые поддерживали его.

В сегодняшних вопросах Юн Чэ разглядел потенциальный кризис, на пороге которого стоял клан Грандвэйк.

"Большой брат Юн Чэ, вы с папой сказали, что я уже… невеста, что такое невеста?" - спросила Су Лин, с растерянным видом схватив руки Юн Чэ. У неё имелось слабое представление о том, что имелось в виду под словом «невеста», но она хотела бы услышать ответ из уст Юн Чэ.

Юн Че улыбнулся и сказал: "Это означает, что, когда Су Лин вырастет, то пойдёт за меня замуж и станет моей женой… как и твоя прекрасная старшая сестра."

Ся Цинь Юэ одарила его взглядом со странным выражением.

"Же… ной… Что это значит?" Су Лин слегка разинула ротик, эта форма обращения ещё сильней озадачила ее.

"Это означает, что только мне дозволено будет называть тебя Лин. После того, как ты станешь моей женой, мы будем вместе навсегда, до конца сопровождать друг друга, заботиться друг о друге, делать друг друга счастливыми, а также делать всё, что сделает счастливым нашу общую жизнь.» - легко поведал Юн Чэ. Эти слова действительно просто сорвались с его уст, но Су Лин к тому моменту уже и след простыл, и она его не слышала.

Шаг Су Лин сразу замедлился, будто слова Юн Чэ выставляли ее глупой.

Юн Че опустил голову и осторожно спросил: "Лин, когда ты вырастешь, ты хочешь стать моей женой?"

Су Лин повернула к нему своё нежное белоснежное личико и изо всех сил кивнула. Она сахарно рассмеялась: "Ммм! Мне нравится быть с большим братом Юн Чэ!"

Юн Чэ сжал крошечную ручку Су Лин еще крепче. Его сердце полнилось теплом… смешанным с болью.

Наконец, Ся Цинь Юэ больше не смогла молчать. Она окинула взглядом нежную маленькую Су Лин, сразу догадавшись о её возрасте, нахмурила брови и спросила: "Ты серьёзно?"

Юн Чэ знал, о чём думает Ся Цинь Юэ. У любого, кто увидел бы его столь серьёзные и решительные намерения сделать десятилетнюю девчушку своей женой, на ум пришло бы только одно определение: «чудовище». Он уставился на угол её губ и беспомощно сказал: "Я на самом деле серьёзно… Но у меня есть на то своя причина. К тому же… " - лицо Юн Чэ приняло немного болезненное выражение: "Это всего лишь мечта, не так ли? Так как это всего лишь мечта, то пусть она… станет столь же прекрасна, как фантазии."

"…" Ся Цинь Юэ не имела ни малейшего понятия, что он имел в виду, но, глядя на искренность и меланхолию в его глазах, отвернулась и не стала переспрашивать.

"Цинь Юэ, жена моя, сегодня ты…" Юн Чэ очень осторожно спросил: "Почему ты такая… Эмм… покорная?"

Ся Цинь Юэ опустила взгляд и тихо сказала: "Сила, которой я сейчас обладаю, должна была изначально принадлежать тебе. Если ты захочешь ею воспользоваться, я не откажусь".

Юн Чэ безучастно уставился, слегка ущипнул себя за нос, и решил не продолжать эту тему: "От Земной ступени всё к Императорской ступени, прогресс слишком пугающий. Тем не менее, если он слишком велик, то могут начаться проблемы с нестабильностью ступени. Цинь Юэ, было бы хорошо, если бы мне дозволили сопровождать тебя до Павильона Восседающего Дракона, слегка успокоить твою ауру, чтобы нейтрализовать какие-либо негативные реакции, которые могли возникнуть ранее".

Ся Цинь Юэ кивнула: "Не страшно, если я вернусь сама. Ты можешь остаться играть с Лин".

Юн Чэ не стал настаивать. Предупредив её, чтобы была на страже, он забрал Су Лин и ушёл. В конце концов, он обещал Лин, что когда Ся Цинь Юэ проснётся, они продолжат играть.