Я и рассказала, как меня достало то, что Ладе приходится делать заданный проект в одиночку. И план разозлить аристократку нарисовался сам собой. Кто ж знал, что у неё и правда не хватит ума вступить со мной в перепалку, где б я ей высказала все накопившиеся претензии, а запустить сгустком магии хватит.

— Ох, Лиона… — покачал головой папа и поцеловал меня в лоб. — Не делай так больше, золотце. Даже если ты самый сильный усилитель в академии, раз смогла частично впитать чистую магию оппонентки, отделавшись ожогом, всё равно я за тебя волнуюсь. Лучше банальный мордобой, право слово.

— Папа, где ты таких слов нахватался? Но я тебя поняла, — улыбнулась, чувствуя настоящую эйфорию от того, что у меня есть беспокоящиеся за меня родители. А ещё, усмехнулась про себя, кажется, я получила карт-бланш от декана на следующий раз. — Что произошло в кабинете ректора?

— Староста твоей группы ещё раз в присутствии ректора, куратора, меня и мисс Варцготской рассказал о вашем конфликте, затем Малернис сказал про твои повреждения. И хотя ректор признал твои действия некрасивыми по отношению к сокурснице, её вину никто не снимал. Сама мисс себя виноватой не считала и грозилась пожаловаться отцу-герцогу. Ректор её быстро осадил, напомнив, что МАМИДа никому не подчиняется и наказал пятью днями карцера. Конечно, дорогая моя, как учитель я не ободряю твоего поступка, но как отец горжусь, что ты заступилась за подругу.

— Да сама поражаюсь произошедшим во мне переменам, — чувствуя неловкость от похвалы, проворчала, на что папа только похлопал меня по коленке. — Долго мне тут ещё находиться?

— Ну, пока до утра, а там маг-лекарь скажет.

— А уроки как же? — обеспокоенно спросила я.

— Завтра видно будет, — уклончиво, но твёрдо ответил папа.

Посидев со мной ещё немного, он пообещал зайти утром и удалился. Тут же появилась висса Аньеза, провела диагностику, напоила ещё одним эликсиром, по вкусу напоминающем полынь, щелчком пальцев избавила меня от одежды, ещё одним щелчком активировала очищающие чары и последним щелчком сотворила на мне пижаму приятного бирюзового цвета.

— Через час принесу тебе обед, а пока отдыхай.

Спать я не хотела, но кто меня спрашивал. Видимо, эликсир был со снотворным эффектом, потому что стоило мне на миг закрыть глаза, как я снова провалилась в сон без сновидений. Через час меня разбудила маг-лекарь, принеся обещанный обед, после которого я снова заснула на несколько часов. Когда проснулась, висса Аньеза провела ещё один осмотр, намазала мой многострадальный бок очередной мазью, попросила полежать тихонько и дать ей впитаться. На вопрос, а можно мне будет завтра вернуться к учебе, маг-лекарь сказала, что будет видно, и ушла. Вставать мне категорически запретили, организм выспался и засыпать больше не желал, а делать было абсолютно нечего. Полежав примерно полчаса, потрогала пальцем намазанный ожог, поморщилась от чувства лёгкого дискомфорта (видимо, действие обезболивающего ослабевало), но убедилась в том, что мазь впиталась и можно лечь на спину.

Какое-то время я тупо рассматривала потолок, считая трещинки, но после миллионной прекратила и тихо выругалась, припомнив старые уроки старших. Ску-у-ука-а-а-а! Вдруг дверь госпиталя приоткрылась и вошли две мои подруги — Лада и Зами. Подскочив ко мне, начали одновременно сочувствовать и восхищаться моим поступком. Оказалось, что о том, что я заступилась за подругу (и откуда это стало известно?) и засадила в карцер напыщенную аристократку, уже знала вся академия. Девчонки обещали, когда меня выпишут, в общаге будут встречать как героиню. Покривившись подобной перспективе, спросила, что я пропустила, но оживленные подруги только отмахнулись, упомянув, что уроки были сорваны перевозбуждёнными студентами. Ещё бы, последний случай попадания в карцер был года четыре назад и не такой громкий. С тех пор, исключая шутки студентов, нарушения правил не было.

Примерно час подружки щебетали, на все лады пересказывая реакцию многих студентов, и только появление виссы Аньезы спасло мои уши. Вежливо выгнав девушек, маг-лекарь принесла мне ужин, порекомендовав съесть весь. Когда я выполнила рекомендацию, женщина забрала поднос, пообещав подойти позже для вечернего сеанса лечения. И снова я осталась в гордом одиночестве среди пустых коек госпиталя.

На удивление, не прошло и нескольких минут, как дверь в госпиталь снова открылась и в помещение вошёл неожиданный гость — Кай. Подойдя ближе под моим ошарашенным взглядом, он присел на соседнюю койку и, чуть улыбнувшись уголком рта, справился:

— Ну, как ты?

— Замуровали, демоны, — нервно пошутила я, но, видя непонимание в глазах парня, ответила нормально: — Сносно, только пока не отпускают, маг-лекарь сказала, до утра, а там видно будет.

— Ясно. — Кай помолчал. — Зачем ты так поступила?

Сморщила нос и повторила то же самое, что говорила папе. Кай выслушал, а когда закончила, спросил:

— И это того стоило?

Стоило, не стоило… Когда я замышляла подобную месть и воплощала её в жизнь, я не задумывалась над тем, чем она может обернуться для меня или для кого-то ещё. И тем более не задумывалась над тем, стоит ли это делать. Но вот слыша подобный вопрос из уст Кая, понимаю, что всё-таки надо было по-другому. Потому и не ответила ничего, только плечами пожала.

— Тебе чего-нибудь принести? Скучно, наверное, лежать.

Я не успела ответить — в госпиталь просто влетел Смей, едва успев притормозить возле моей кровати, и взволнованно спросил:

— Ты как?

Усмехнувшись, повторила свой предыдущий ответ, и друг облегчённо выдохнул. Плюхнувшись у меня в ногах, он перевёл взгляд с меня на Кая и представился:

— Смей, друг Лионы.

— Кай, староста группы.

— Слушай, староста, пойди погуляй, нам с подругой перемолвиться надо, — настоятельно попросил Кая Смей.

— А больше мне никуда пойти не надо? — поднял бровь Кай.

— Ну, если тебе нужно, то никто держать не будет, — ехидно высказался Смей.

— Ребята, прекратите, нашли время для ссор, — осадила я обоих.

— Извини, ты права. Выздоравливай, увидимся позже, — вежливо попрощался со мной Кай и вышел из госпиталя, даже не взглянув на Смея.

— Лионка, ну ты натворила, вся академия на ушах стоит, только и разговоров о твоих подначках да выброса той девчонки, — повернувшись ко мне, затараторил дракон, не давая и слова вставить. — Никого равнодушным не оставила. Героиня.

— Смей, ну ты скажешь тоже, я вообще уже жалею, что просто не побила Лавинию, — буркнула, скривившись.

— Слушай, а к чему вообще было это выступление? — поинтересовался он.

Тяжело вздохнув, в третий раз повторила свои резоны. Дракон хмыкнул, покивал головой и засмеялся:

— А ты опасная девушка, подруга.

— Прекрати, — пнула ногой Смея и закусила губу, чувствуя боль в пострадавшем боку.

— Ладно-ладно, прекращаю. Ребята тебе привет передавали, нас всех не пустили тебя проведать, только я прорвался. Давай поправляйся, надеюсь, следующий раз дело вместе провернём, — улыбнулся Смей и вылетел за дверь за секунду до того, как его пришла выпроваживать висса Аньеза.

Строго посмотрев на меня, маг-лекарь вышла, чтобы вернуться уже через полчаса и промучить меня процедурами и эликсирами. Наложив очищающие чары, поменяла постельное бельё и пижаму, и, влив в меня последний эликсир, наконец-то оставила в покое. Впрочем, наслаждалась одиночеством я не долго, заснув буквально через пару минут после того, как устроилась поудобнее.

Рассвет, изумрудами заигравший на пока ещё небольшой листве деревьев и лёгком пушку первой травы, наставал постепенно, не торопясь, как сонная барышня, потягиваясь и открывая заспанные глазки. Солнце лениво выползало на небосвод, добавляя изумрудам золотого изящества, и лес, на который открывался вид из больничного окна, с каждой секундой играл и кокетничал всё больше и больше. Хотелось войти под сень деревьев, вдохнуть чуть влажный лесной воздух, какой бывает только на рассвете и прислониться спиной к дубу, ясеню или сосне и попросить поделиться силой и энергией для скорейшего выздоровления. И если в прошлой жизни я бы рассмеялась в лицо тому, кто предложил бы мне подобное, то, прожив на МАМИДе семь месяцев понимаю, что есть в этом истина.