— Сдал! — с диким криком Влах выбежал из академии, зацепился за меня, покружил, затем поскакал к Але и Дане, покружил обеих девчонок и счастливо рассмеялся.

— Что сдал? — спросила я, поправляя волосы, растрепавшиеся стараниями друга.

— Ритуалистику, — с довольным видом ответил Влах. — Такая гадость, сами через семестр убедитесь, она из обязательных предметов на всех потоках.

— А вы уже всё сдали? — спросила у нас Аля.

— Ещё осталось сдать парные работы, придуманные именном Намори, и защитить их, — поведала я.

— И когда защита? — спросил Смей.

— У кого-то послезавтра, у кого-то через два дня, — пояснил Тио.

— А у меня брат недавно приезжал, — вдруг словно невзначай вспомнил Дикон.

— М-м-м, ребята, мы ведь младенцы в понимании ваших рас, — с намёком простонала я.

— Угу, способные перепить многих. — фыркнул Смей.

— Практика большая, — показала я язык дракону.

— Мегера, — нежно сказал Смей, а в следующую секунду подхватил меня на руки и понёс в общагу. — Идёмте, ребята, отметим нашу почти свободу от учебного года.

— Почему почти свободу? — переспросил Рик. — Ведь защита только…

— И практика, — перебив, напомнила ему Дана.

— Точно, я и забыл, — повинился друг.

— Ничего, потом не забудешь, — тихо буркнул Смей мне в волосы. Но переспрашивать я не стала.

Привычно расположившись в комнате дракона и человека, мы какое-то время просто говорили друг с другом. Загруженный семестр и напряжённая сессия не давали нам возможности общаться друг с другом как на каникулах, а потому, несмотря на разницу в возрасте, тем и впечатлений накопилось достаточно и хотелось ими поделиться. То и дело раздавались взрывы смеха, мальчишки в лицах показывали забавные ситуации, происходившие на парах, и не было разницы, тринадцать тебе или четырнадцать.

Дикон и Влах, сходив в комнату зарима, принесли две бутылки вина, бокал, наполненный какой-то розовой жидкостью, одновременно левитируя поднос с разнообразными фруктами. Разместив его на столике, а бутылки с помощью дракона сгрузив под стол, Дик протянул мне бокал.

— Что там? — взяв в руки, поинтересовалась я.

— Компот. Как раз для младенцев, — сказал парень и рассмеялся, убегая от моей потянувшейся дать подзатыльник руки.

— Нахал, — буркнула я.

Раздавшийся стук в дверь прервал мои мстительные поползновения в сторону Дикона. Оказавшись ближе всех к выходу, я и открыла дверь, уставившись на темнокожего парня, в ответ вылупившегося на меня.

— Чего? — неприветливо спросила я.

— Хотел у Смея конспект взять, они уже всё сдали, — растеряно сказал он, а увидев бокал у меня в руке, оживился: — О, а вы уже пьёте, да? Отмечаете?

— Это кто тут пьёт? Нарушаем правила, — как из-под земли выскочил комендант и тут же выхватил бокал из моих рук. — Студентка Леонова-Сагир, вы будете наказаны.

— За что? — в праведном негодовании округлила я глаза, давая ребятам время спрятать улики.

— За распитие спиртных напитков на территории академии в целом и общежития в частности, — дал пояснения висс Янонис и, отодвинув меня в сторону, вошёл в комнату, взглядом пригвоздив ребят к местам. — Так-так, тут коллективное нарушение правил. Ну что, студенты, сами знаете, какие наказания предусмотрены уставом академии за алкоголь, — комендант поболтал жидкостью в моем бокале.

— Это компот, — с видом оскорблённой королевы сообщила я виссу Янонису.

— Не смешите меня, девушка, — насмешливо среагировал мужчина и, поднеся бокал к губам, сделал глоток. — Хм.

— Вот видите? Неужели в таком возрасте мы можем пить что-то другое, — обиженным голосом сказала Зами, и на её хорошеньком личике обида казалась чем-то глобальным.

— Мы никогда бы не посмели обмануть вас, господин комендант, — смотря в глаза мужчине честным-пречестным взглядом, заверила я.

— А бокалы зачем? — спокойно, но так и не избавившись до конца от подозрений, а смирившись в фактом, что крыть нечем, спросил висс Янонис.

— Родители так делали, когда отмечали что-то, — пояснила Лада.

— Что ж, хорошо, — недовольно сказал комендант. — Отмечайте, но чтоб до отбоя разошлись.

— Разумеется, — почти хором заверили мы.

Комендант вышел, вернув мне бокал, а Смей рассержено посмотрел на сокурсника:

— Скабар, иди-ка ты отсюда, чуть не подставил.

— Извини, Смей, я правда не хотел, — повинился тот. — С меня причитается. Только дай конспект, зашиваемся.

— Бес с тобой, — махнул рукой дракон и сходил за требуемым. — На, с возвратом, будь любезен.

— Конечно, — заверил его Скабар и помчался готовиться к экзамену.

В комнате воцарилась тишина, а когда напряжение немного схлынуло, мы все облегчённо рассмеялись.

— Это было близко, — нервно заметил Рик.

— Ага, — довольным голосом констатировал Дикон, словно тот факт, что мы чудом избежали серьёзного наказания, поднял ему настроение.

— Спасибо Лионке, что успели заменить вино на компот, — высказался Смей.

— Да я и сама струхнула, понадеялась, что быстро сообразите, — ответила и сделала большой глоток из всё ещё находившегося в руке бокала. — М-м-м, а вкусный компот.

— Мать передала, — немного смущённо пояснил Дик.

— Знаете, ребята, давайте сегодня понемногу вина выпьем, ведь сессия и правда не закончилась, — внесла предложение Лада.

— Можно вообще смешать вино и компот, — брякнул Тио.

— Дика жаба задушит, — фыркнула я, но видя непонимание на лицах большинства, поправилась: — Дик не даст так поиздеваться над своим вином.

— Ну почему же? — протянул тот, чем немало удивил всех. — Если у вас есть такое желание, отговаривать не буду.

Мешая вино с компотом в пропорции пятьдесят на пятьдесят, мы не чувствовали опьянения. Только неудержимо тянуло смеяться, и даже самая плоская и не смешная шутка вызывала гомерический хохот. Что уж говорить о пошлых шуточках, на которые я, Влах и Смей были мастерами, или о чёрном юморе. После второй бутылки вина приняли решение расходиться, оставив второкурсников самим расползаться по комнатам, и дружной компанией направились ловить свои апартаменты. Как ни странно, но все они оказались на одном этаже, а ещё радовало отсутствие студентов и коменданта. Хихикая, никак не могла попасть ключом в замочную скважину, но тут дверь открылась и Кай, укоризненно смотря, пропустил меня внутрь. Окинув оценивающим взглядом, он вздохнул и поддержал за талию, помогая доползти до кровати. Последним моим полуадекватным ощущением была тяжесть одеяла, наброшенного на меня старостой.

Ранее столь красочные сны мне не снились, да и вряд ли ещё когда-нибудь приснятся.

— Уважаемые члены комиссии, студенты группы ФОМа-1 представляют вашему вниманию парную самостоятельную работу, — анонсировал нас имен Намори и жестом повелел представиться.

— Студентка Юлиана Леонова-Сагир.

— Студент Кай Синор.

— Тема вашей работы и готовы ли вы её защищать? — спросила нас, как я поняла, председательница комиссии и единственная женщина.

— Да, готовы, — ответил за нас обоих Кай. — Наша тема: «Разумные и полуразумные существа, инертные к магии, полуинертные и исключения, не входящие ни в одну из групп».

— Замечательная тема, — подбадривающе улыбнулся нам ещё один член комиссии (знакомых среди них не наблюдалось). — Полагаю, что Лиона расскажет нам первую часть вашей работы, а Кай вторую.

Возражений по этому поводу мы не услышали, и, собравшись с мыслями, я начала:

— Инертность магии — состояние, при котором субъект не способен в полной мере взаимодействовать с магической энергией мира или иных субъектов. Это не означает, что субъект не чувствует магию, но он не может её использовать либо вообще, либо в малых количествах и только так называемую природную. В плюс можно занести то, что таким субъектам трудно принести вред магически, поскольку инертность действует в обе стороны. Хорошим примером инертности магии может послужить горгулья, в простонародье именуемая каменной. Не маги, описывая свои встречи с ними, выражаются примерно так: «Горгулья — сие тварь зело злобная, крылатая, с когтями и зубами острыми, ядовитыми, с кожей, прочнее иной стали». Маг добавит, что убить горгулью чрезвычайно сложно, большинство заклинаний ей не вредны, и только очень мощные сдерживающие чары, которые не всякий маг способен сгенерировать, могут замедлить реакции этих тварей настолько, что маг сможет убить её мечом. При этом меч должен быть выкован гномами из архипрочной стали, должным образом заговорён и окроплён кровью дракона, отданной добровольно.