Я начал в открытую всех рассматривать, когда леди за стойкой раздачи похлопала меня по плечу. Она побуждала меня взять обед и пропустить вперёд детей, стоявших за мной. Я быстро схватил поднос, вернулся на свое место, опустился на стул и задумался.

– Итак, как ты собираешься поступить с Сьюзан? – проворчала Бекки, когда я тупо уставился на еду.

– Её здесь нет, – ответил я тихо, не глядя на неё. И даже если бы она здесь была, я сомневаюсь, что смог бы подойти к ней, принося свои извинения. Небольшая часть меня, но с довольно громким голосом, утверждала, что Сью заслужила то, как я поступил сегодня.

После небольшой паузы, за которую, вероятно, Ребекка проверила стол футболистов, проверяя мои слова, она сказала:

– Странно. Но я полагаю, что у тебя есть её номер телефона. Поговори с ней. Или это сделаю я. – От её зловещего предупреждения я поднял голову. Она нахмурилась. – То, как ты поступил сегодня – ужасно, Крис. Подло. Я не хочу в этом участвовать.

Оглянув наш стол, я надеялся найти поддержку у друзей, но они просто опустили головы, притворяясь, что не слышат.

– Хорошо, – проворчал я, стиснув зубы. Чёрт возьми, эта девушка может за один день выведать любую военную тайну. Вытащив кусочек огурца из салата и начав жевать его, я солгал ей, – На выходных. – По крайней мере, это не заставит Ребекку действовать за моей спиной. Ей не нужно знать, что я не собираюсь звонить Сьюзан.

Удовлетворившись этим, Бекки кивнула, а затем попросила Тайлера передать ей соль для картофеля фри. Когда он осторожно посмотрел на неё, она примирительно ему улыбнулась. От этого его мышцы заметно расслабились. Что я не мог сказать о себе. До конца дня всё может достаточно быстро измениться.

Погода для ноябрьского дня оказалась теплой, и поездка домой из школы на велосипеде помогла отвлечься. Мне в лицо светило солнце, немного растопив мою депрессию, преследовавшую меня всю неделю. Если бы я только мог сохранить это чувство тепла, зайдя в дом. Да... не повезло. Проходя мимо комнаты Итана, меня опять переполнили знакомые чувства. Чувство предательства укололо в полную силу. В спешке я скинул темно-серую рубашку, достал из шкафа чистую одежду и направился в ванную, чтобы принять душ, смыв все события дня вместе со своим гневом. Была вторая половина пятницы. Мое наказание закончилось, и сегодня вечером я мог куда-нибудь пойти. На настоящее свидание, не фальшивое.

Только проблема заключалась в том, что я не мог заставить себя даже думать об этом с другой девушкой. Ещё нет. Это безумие, но я хотел быть только с одной девушкой. С девушкой, с которой я не собирался снова когда-либо заговорить.

Приняв душ, я едва успел вытереться, как кто-то позвонил в дверь. Мама была на работе, Итан на тренировке, а я никого не ждал. Немного раздосадовавшись от перспективы встретить за дверью коммивояжера, я натянул джинсы на голое тело, отказавшись от боксеров и носков, и надел чёрную толстовку на ещё влажную кожу. Было некомфортно, но так как я не хотел открывать дверь в полуголом виде, у меня не было другого выбора. Застегивая по дороге джинсы, я поспешил к двери и открыл её, приготовившись к встрече со вспотевшим усатым человеком, который попытается продать мне пылесос или какой-нибудь особый агрегат для ногтей. Когда мой взгляд вместо этого наткнулся на нежно-розовую толстовку, моя челюсть свалилась на грудь.

Глава 18

Прежде чем Сьюзан вымолвила хоть слово, я взял себя в руки и закрыл рот. Она не должна понять, что я в шоке. Я же выше этого. Или нет.

Она прочистила горло и хрипло произнесла:

– Привет, мм...

Ну вот, мы опять вернулись на круги своя: она даже не знала, с кем разговаривает, со мной или моим братом. Раздраженный из-за её невнимательности, я скрестил руки на груди и уточнил:

– Крис.

– Да. – Ёе голос дрогнул от неловкости, и она быстро опустила глаза. – Итан дома?

Ничего себе, она серьёзно? Сдерживаясь от желания закатить глаза, я посмотрел на неё холодным взглядом и проскрежетал сквозь зубы:

– На тренировке по футболу.

– Ладно, мм... – Она тряхнула головой. – Неважно.

Сью развернулась, но я не позволил ей уйти, потому что в этот самый момент я заметил, как сверкнувшая слеза скатывается по её щеке. Какого хрена?

Пока она не ускользнула от меня, я протянул руку к подбородку и осторожно приподнял её лицо.

– Сьюзан, почему ты плачешь? – Это из-за Итана? Что этот ублюдок ей сказал, что она расплакалась?

Как бы то ни было, я собирался его убить!

Какой-то непостижимый момент Сью смотрела на меня, уязвленная и разбитая. Её лицо побледнело, дыхание стало слишком быстрым, и она покачнулась. Чёрт возьми, она в любую секунду могла упасть на моем пороге.

В порыве беспокойства я схватил её за руки и, не обращая внимания на гнев, притянул к груди, поймав её прежде, чем она упала. Её руки сразу же скользнули мне за спину, обнимая меня. Пальцы за спиной впились в мою толстовку, вероятно, ища поддержку.

– Я развела своих родителей! – вырвался у неё хриплый вскрик, приглушенный моей толстовкой.

Это, определенно, не то, что я ожидал услышать.

– Что ты сделала? – уточнил я, крепко обнимая её, и положив руку на её волосы.

И если первая одинокая слеза на щеке удивила меня, то рыдания в моих объятьях выбили меня из колеи. Её тело затряслось, а голос дрогнул, и она расплакалась у меня на груди.

– Мои родители разводятся. Из-за меня!

Я никогда до этого не имел дела с плачущими девушками, и чёрт, если бы я только знал, что делать с Сью. Может сказать что-то типа «Тссс» или «Ну, ну, не плачь»? Боже, это прозвучало бы так глупо. Я не мог произнести такое вслух. Сейчас же лучше всего просто быть внимательным и постараться успокоить её.

– Расскажи, что случилось, – вышло скорее взволновано, чем успокаивающе, но я действительно переживал за неё, даже если и должен оставаться спокойным и сильным для Сью.

Она крепче меня обняла. Вцепилась руками в мою толстовку за спиной и потянула её вниз так, что воротник стал немного меня душить, но я молчал. Только её состояние имело значение. Я погладил её по спине вверх и вниз, пытаясь успокоить, в чём она так нуждалась. Тяжело сглотнув, она втянула в себя воздух и икнула, перед тем как объяснила:

– Сегодня я ушла из школы после третьего урока. Родители были дома. – Она вытерла лицо об моё плечо, намочив его слезами. Ну и ладно. Я не возражал. – Они сказали, что хотят развестись.

Ой-ой, это плохо.

– Они все время скандалили, и в прошлые выходные… – Она замолчала, очевидно, из-за саднившего горла. После небольшой паузы Сью продолжила. – В прошлые выходные Итану захотелось посмотреть на мою комнату. Я показала ему. Но родители начали снова скандалить. Они не знали, что мы дома. Было так неловко. Я наговорила им столько ужасных вещей. Потом убежала.

Я продолжал гладить её по спине, давая столь необходимое ей утешение, когда она выдавала всё больше и больше подробностей. Я слушал, глядя поверх её головы на улицу.

– После этого они больше не ругались. Я подумала, что наконец-то всё уладилось. Но оказалось гораздо хуже. Наверное, всю неделю они думали. Сегодня они объявили, что больше не хотят жить вместе. Из-за меня. Из-за того, что я наговорила им тогда.

Она говорила таким голосом, словно на своих плечах несла страдания всего мира. Глупышка. Как она только могла подумать, что родители разводятся из-за какой-то её ошибки? Это не её вина.

– Они сказали, что не хотят причинять мне боль своими скандалами, – она шмыгнула носом. – Но я не хочу, чтоб они из-за меня расходились.

Поток слов Сью иссяк, и остались только тихие рыдания, а я продолжал обнимать её. Мои босые ноги замёрзли на пороге, но меня это не волновало. Единственное, что сейчас имело значение, – это быть для неё скалой, на которую она могла опереться. Мне нравилось, как она держалась за меня, и мне нравилось, что она позволила мне утешать её. Несмотря на причину, по которой она была здесь, я хотел, чтобы она никогда больше не ускользала от меня.