- Засаленная, неопрятная ведьма, - добавил Тильман.

- Ещё более неопрятная, чем Францёз? - захотела знать, зевая, Джианна. Тильман и я

только пренебрежительно засмеялись.

- Несколько сотен лет, - размышлял Пауль. - Её я хотел бы разрезать, чтобы заглянуть в

живот.

- Не захотел бы, - возразили Тильман и я хором. Колин неохотно зарычал, чтобы привести

нас в чувства.

- Остановитесь. Мы здесь не на средневековой ролевой игре. Здесь речь идёт ни об уходе

за телом Тессы, ни о сложных задачах для подростков, а о том факте, что она чувствует, когда

Эли и я счастливы - и может взять мой след, чтобы сделать меня тем, кто я есть. Демоном. И что

у меня нет не единого шанса против неё.

Не совсем правда, подумала я с горечью. Она недавно тоже почуяла нас, хотя мы не были

так счастливы, как должны были бы быть. Но мы находились не возле защищающего моря, и

мы спровоцировали её. Мы не позволили ей ввести себя в заблуждение. Тем не менее, это

говорило мне ещё больше о том, что нам нужно начать против неё борьбу. Теперь она брала

наш след, хотя мы не были счастливы. Это было слишком.

- Ты также думал, что у тебя нет шансов против Францёза. Но ты нашёл путь, как сделать

его безвредным, - опровергла я возражение Колина. - Почему и с Тессой не должно быть такого

способа? Кроме того, ты один раз сказал, что существуют два метода, которыми Мары могут

убить друг друга и ...

- Этот второй метод не вариант для меня и Тессы, - прервал меня Колин грубо. - Он

никогда не сработает. Не можем мы обговорить это наедине, если уж ты не хочешь сдаваться? -

От него, как и от меня, не ускользнуло, что Тильман с бодрствующими глазами восседал на

своём сиденье.

- Наедине? Мы же в кругу семьи. Теперь не прикидывайся, что ты хочешь всё скрыть,

Колин. Ты дал Тильману инструкцию, как тому обращаться со мной в постели. Более интимных

вещей не бывает. - Постепенно я теряла терпение. Теперь шанс на то, что заснут хотя бы

Джианна и Пауль, исчез, благодаря моим взрывоопасным откровениям и апрельскому ливню,

который как раз разразился над нами и из-за которого помрачнело небо, так что Колину

пришлось включить фонари машины.

- Значит, всё-таки это было! - воскликнула Джианна восторженно. - Я знала! Я всё это

время знала.

- Ты ошибаешься. Она отвергла меня, - сказал Тильман с глубоко опечаленным,

страдальческим выражением лица, которое было таким ложным и неестественным, что я

ущипнула его за колено. Краем глаза я увидела, как на лице Колина промелькнула улыбка.

Точно, об этом он ещё не знал.

321

Беттина Белитц – Расколовшаяся луна / Bettina Belitz – Scherbenmond (Splitterherz, #2)

- Ты поручил другому типу обхаживать мою сестру? - Пауль неодобрительно покачал

головой, но я также увидела, как в его глазах загорелась надежда. Лучше Тильман, чем Колин,

могла я прочитать в них. - Что это за безумные вещи?

- Не жалуйся, это должно было спасти твою жизнь, - сказал Тильман небрежно. - И я

сделал бы для неё это по-настоящему хорошо. - Он улыбнулся мне нагло в зеркало заднего

вида.

- Идиот, - прошипела я. - Тебе я тоже сделаю ещё хорошо. Во всяком случае, - я снова

повернулась к Колину, который закатил глаза к крыши машины, но продолжал улыбаться, - есть

второй метод. Я хочу узнать, что он собой представляет, прежде чем приму твоё бегство.

Подумай об этом. Пожалуйста.

Колин молчал. Ливень уступил место яркому солнцу, и заняло только несколько

моментов, пока Пауль Джианна и Тильман, несмотря на их жажду сенсации, крепко заснули. И

я тоже одурманено дремала и проснулась только тогда, когда мы добрались до моря -

Балтийского.

Не издавая лишнего шума, Колин и я вылезли из машины и оставили других спать. Он

ранее правильно сформулировал это. Я чувствовала то же самое: его бегство было вещью

между ним и мной, и я тоже не хотела иметь слушателей и тем более зрителей, когда мы

будем прощаться. Это и так будет достаточно тяжело.

Перед нами лежала уединённая бухта, усеянная небольшими валунами, которые

переливались на мягком вечернем солнце. Я, должно быть, долго спала. Может быть, Колин

время от времени делал паузы, чтобы избежать яркого обеденного света.

Волны вели себя мягче и более кротко, чем в Северном море, а их гребни отражали

голубизну неба тысячью разных оттенков, прежде чем разбивались о вымытые камни. Стало

тепло. Хотя солнце кроваво-красным шаром уже висело низко над горизонтом, у меня было

такое чувство, что оно могло воспламенить моё лицо, если буду смотреть на него.

- Ещё нет, - прошептала я и остановилась. Мы почти достигли воды. – Пожалуйста, ещё

нет. - Мы стояли рядом, не касаясь друг друга, глаза закрыты и пытались не думать о том, что

ожидало нас впереди. Это снова растерзает меня, и в этот раз я знала последствия. Когда Колин

попрощался со мной в первый раз, ночью на поле, он заставил меня всё видеть во сне, и это

придало мне неожиданную силу, по крайней мере, пережить прилично следующее утро. Но

потом начались страдания и не прекратились, пока я снова не увидела его. Чтобы закончить

снова там, из-за чего мы должны были расстаться. Из-за Тессы. Она господствовала над нами, а

я больше не хотела это терпеть.

- Я не знаю второй вариант, Эли. Только его условие. Оно не подходит к нам. Ни к Тессе,

ни ко мне.

- Но ...

- Эли. Дорогая. Я знаю, что ты думаешь, что всегда можно найти решение. Но какой бы

бесконечной ни была жизнь у нас, у Маров, такие же конечные наши способности. Мне только

сто пятьдесят девять лет. Я не могу это изменить. Мы снова там, откуда начали, и эта игра будет

продолжаться так долго, пока тебе всё не надоет и ты не бросишь меня.

- На данный момент это ты бросаешь меня. - Я открыла глаза и посмотрела на него. Мне

он нравился и тогда, когда его волосы были рыжими и зелёно-голубой лёд вспыхивал между

век. Но больше я любила его тёмного, тёмного, как ночь, которая заставляла светиться его кожу

и завершала его черты. Делала его до боли красивым. Мысль о том, чтобы позволить ему

бежать при дневном свете, не иметь возможности увидеть и почувствовать ещё раз его ночную

внешность, наполнило меня глубокой горечью.

- Мы не там, откуда начали, Колин. Нет, всё не так, как осенью.

- Точно. Я причинил тебе намного больше плохого. И даже пощёчина возле ручья была,

собственно, непростительна.

322

Беттина Белитц – Расколовшаяся луна / Bettina Belitz – Scherbenmond (Splitterherz, #2)

- Я не это имею в виду, - ответила я отталкивающе. - Мы больше не одни. У нас есть

друзья. - Я указала назад на Volvo, который стоял, спрятанный в тени небольшого леска.

- Друзья? Пауль и Джианна - друзья? Эли, я умоляю ...

- Я всё объясню им, и Пауль это поймёт. Джианна и без того. Конечно, он хочет другого

для меня парня, как и любой старший брат. Тем не менее, мы больше не одни.

- Но они ничего не смогут во всём этом изменить, разве ты этого не понимаешь?

- Может и смогут! Я знаю, у тебя никогда не было настоящих друзей, никогда постоянных,

но в случае с Францёзом мы работали вместе. Тильман готов ко всему, абсолютно ко всему. Он,

так или иначе, будет искать Тессу. А я буду искать папу. Мы поедим в Италию, хочешь ты этого

или нет. Мы можем сделать это с тобой или без тебя. У тебя есть выбор.

- Эли ... - Колин посмотрел на меня страдальчески. Я моргнула, потому что бирюза его глаз

ослепила меня. Кроме того, у меня закружилась голова. Он положил мне свою прохладную

руку на спину, чтобы поддержать. - Вы как раз только выжили. Чуть не погибли. Я почти убил