Как только все ученики расселись по своим местам, Амбридж своим тонким голосом произнесла:

— Здравствуйте, класс.

Немногие голоса нестройным хором ответили на её приветствие, что привело женщину в легкое негодование, вызвавшее сильные колебания черного бантика на светлых волосах.

— Нет-нет, друзья мои, так не пойдет. — Бантик в волосах качнулся, словно маятник, приковывая к себе взгляды студентов с первых парт. — Пожалуйста, все, хором, «Здравствуйте, профессор Амбридж».

— Здравствуйте, профессор Амбридж, — все еще нестройный хор произнес приветствие.

— Молодцы, — протянула профессор. — А теперь уберите волшебные палочки и достаньте свои перья и пергаменты.

Написав на доске тему курса, заключавшуюся в правильном распознавании ситуаций, в которых допустимо применение магии, а также в теоретическом изучении заклинаний, Амбридж задала прочитать первые две главы учебника и законспектировать их.

Класс погрузился в мертвую тишину, урок Защиты впервые в жизни оказался еще более скучным, нежели лекции истории профессора Биннса. Долорес, с улыбкой осматривавшая учеников, заметила две поднятые руки: Гермионы Грейнджер и Невилла Лонгботтома.

— Я вас слушаю, мисс...

— Гермиона Грейнджер. У меня вопрос...

— Мисс Грейнджер, вы плохо воспитаны. Вам нужно сначала спросить у меня разрешение задать вопрос. Пожалуйста, еще раз.

— Разрешите задать вопрос, а каким...

— И снова вы показываете свое воспитание! Вы должны называть меня «профессор Амбридж»! Что вы хотели спросить, мистер...? — Она отвернулась от униженной таким отношением Гермионы к Невиллу.

— Невилл Лонгботтом. Профессор Амбридж, разрешите задать вопрос. — Довольно сильно изменившийся за лето наследник старинной семьи произнес фразу так, что она звучала скорее как утверждение.

— Спрашивайте, мистер Лонгботтом.

— В теме нашего курса и в учебнике не сказано ни слова о практическом применении описанных там заклинаний, профессор Амбридж. Вместе с тем Защита — урок, несомненно, практический. Не могли бы вы объяснить это противоречие?

Бантик на голове Амбридж снова задергался.

— Мистер Лонгботтом, не могу представить себе ситуацию на уроке, при которой вам бы понадобились практические навыки в защите от темных искусств. Вас кто-то может проклясть в этом классе? — Слизеринцы с готовностью рассмеялись.

— Но мы попадем в реальную жизнь после школы! — с места выкрикнул Рон.

— Где ваши манеры, мистер...? — Амбридж строго посмотрела на рыжего. — Задайте вопрос по всей форме.

— Профессор Амбридж, после учебы мы попадем в реальную жизнь, где нам понадобятся и навыки защиты от темных искусств!

— Вы хотите сказать, что вы ожидаете, что сразу после школы кто-то нападет на вас? — Амбридж осуждающим взглядом обвела притихший класс. — Министерство магии делает все возможное, чтобы ваша жизнь была безопасной. Максимум, что вы должны будете сделать — это позвать авроров.

— Но ведь авроры не всегда бывают рядом!

— Манеры, мисс Грейнджер, манеры, пять баллов с Гриффиндора. Научитесь задавать вопросы вежливо. Мне непонятно ваше мнение об окружающем школу мире, дети. Вы с чего-то уверены, будто, стоит вам окончить школу — и на вас нападут. Мы живем в мирное время, и все преступники сидят в Азкабане.

— Профессор Амбридж, лично я склонен верить словам моего друга Гарольда из благородного дома Поттеров о возрождении Темного лорда Вольдеморта. — Тишина упала на класс с этими словами Невилла.

— Мистер Лонгботтом, Министерство магии неоднократно заявляло, что слухи о так называемом «возрождении вы-знаете-кого» не соответствуют действительности. — У Амбридж задергался левый глаз. — И, распространяя эти нелепые слухи, вы противоречите Министерству магии! Ваш друг находится в опасном заблуждении или же ведет подрывную деятельность против Министерства. Это может доставить ему множество неприятностей! Он не понимает, о чем говорит.

— Получается, что убитый слугами Вольдеморта, — класс снова вздрогнул, — убитый Седрик Диггори на самом деле жив, если его убийца не существует с вашей точки зрения, профессор? — Явно пошел на принцип Невилл.

— Мистер Лонгботтом, мистер Уизли, вы наказаны! — Амбридж почти выплюнула эти слова. — Двадцать баллов с Гриффиндора, сегодня придете ко мне на отработку в шесть часов вечера.

— Благодарю вас, мадам Амбридж. — Невилл, сопровождаемый изумленными взглядами всех учеников, собрал вещи и направился к выходу, не дожидаясь конца урока.

— Куда вы, мистер Лонгботтом? — возмущенно выпалила Долорес, раздуваясь от гнева.

— Вы оскорбили моего друга и память убитого Седрика Диггори. — Невилл спокойно посмотрел на взбешенную женщину и вышел из класса.

— Какая оса укусила вашего тюфяка, Грейнджер? — Сидящий недалеко от Гермионы Малфой решил выяснить всё на месте. — Скоро он начнет бросаться на людей?

Кребб и Гойл засмеялись.

— Как прошел твой первый день, дорогой? — Августа Лонгботтом налила в чашку Невиллу еще порцию ароматного чая. Сириус Блек, сидевший рядом с гриффиндорцем, блаженно закатил глаза, ощутив запах сложной смеси трав.

— Сложно... Снейп как всегда попытался унизить меня перед всем курсом. — Невилл сдержанно поморщился. Терзаемый в течение всего лета нанятыми бабушкой учителями, а также Сириусом, к которому иногда на уроках присоединялась и Августа, Невилл уже ощущал в себе некоторые изменения. Как смутно подозревал Невилл, его бабушка разочаровалась в собственных способностях вылепить из юноши подобие Френка Лонгботтома и попросила помочь одного из выживших друзей лежащего в коме аврора. Сириус, по просьбе Августы взявший шефство над парнем, постарался убрать неуверенность Невилла в собственных силах. Правда, ради этого аристократу пришлось пойти на некоторую хитрость, но... две подкупленные Блеком девушки, в течение всего лета общавшиеся с Невиллом, и таскавшие его по магловским увеселительным заведениям, смогли избавить полноватого парня от части терзавших его комплексов. Единственное условие, которое выставил им аристократ — не заходить в исцелении комплексов парня слишком далеко и не стараться поддерживать их дружбу после летних каникул. Переписка с Луной Лавгуд, к удивлению Сириуса, тоже помогла — девушка принимала Невилла таким, какой он есть, несмотря на некоторую странность своего поведения. Узнав от Августы о недавней стычке Невилла со слизеринцами, Блек понял, что нужный ему эффект достигнут, и теперь с довольной улыбкой пил ароматный чай, налитый ему леди Лонгботтом, которая, кстати, так и не отругала Невилла за грубейшее нарушение дисциплины в первый же день учебы.

— Но, надеюсь, ты не посрамил честь древнейшего и благороднейшего дома Лонгботтомов, Невилл? — Сириус улыбнулся, показывая, что шутит.

— Он не сумел довести меня настолько, чтобы я испортил зелье. Все же артефакт, который дала мне бабушка, сильно успокаивает. — Невилл отпил чай. — Но есть еще одна странность...

— Амбридж? — Августа почувствовала раздражение от одной мысли об этой напыщенной бездарности.

— Курс защиты от темных искусств в этом году стал фикцией, бабушка. Мы будем изучать теорию использования заклинаний.

Блек подавился чаем.

— Теорию?! В министерстве совсем посходили с ума!

— Сириус, это вполне вписывается в выбранный Фаджем политический курс. — Августа успокаивающе коснулась плеча темного мага. — Если в Англии ничего не происходит — то и защита от темных искусств детям не нужна. А Фадж не признает появления новой силы на политической арене, пока Вольдеморт лично не придет к нему домой пожелать доброго утра.

Лающий хохот Блека разнесся по комнате.

— Жаль, что мы не можем устроить ему такую встречу. Но сделать все равно пока что ничего нельзя. Альянс наших семейств, даже с учетом присоединившихся к нам летом аристократов — не выдержит прямого столкновения с блоком Малфоев, нас все еще слишком мало... Так что заменить программу подготовки и убрать эту дуру из Хогвартса у нас не хватит влияния...