— Реджис, нет! — выкрикнула Кэтти-бри. — Он еще долго не будет для нас угрозой, уверяю тебя.

Реджис огляделся. Похоже, ни одному из четверых не под силу было стать для кого бы то ни было угрозой. Один, кашляя, лежал на земле, и жизнь едва теплилась в нем, а по плечам и рукам стекали струйки крови. Второй едва шевелился, ерзая по песку, его тело ниже пояса оставалось совершенно неподвижным. Женщина вдали под деревьями лежала ничком, уткнувшись лицом в грязь.

Кэтти-бри начала заклинание.

— Что с ней случилось? — спросил Реджис, указав подбородком на женщину, и тут же охнул и втянул в себя воздух, поскольку его спасительница нагнулась и выдернула стрелу, торчавшую из ноги. Жгучая боль быстро сменилась успокаивающим теплом магического исцеления.

Кэтти-бри встала рядом с ним, поддерживая, пока ее магия не подействовала в полную силу.

Он снова заглянул в ее синие глаза, и ему показалось, что все эти годы растаяли без следа, словно он и его дорогая подруга никогда не разлучались? Он притянул ее к себе и стиснул в объятиях.

— Благодарю, друг мой, — шепнул он ей на ухо.

— Я не забыла, как ты пытался помочь мне, когда меня ранило во время Магической Чумы, — прошептала в ответ Кэтти-бри. — Я много чего не забыла!

— И я, — заверил ее Реджис и, приобняв повел к женщине, лежащей под деревьями.

— Мой выстрел оказался более метким, чем я предполагал, — заметил Реджис, когда они дошли и хафлинг обнаружил маленькую арбалетную стрелу, торчащую из шеи женщины.

Он нагнулся, чтобы забрать стрелу, и перевернул спящую женщину на бок. Ее Реджис тоже знал по встрече на лусканском мосту.

— Или мне повезло, — добавил хафлинг и мог лишь покачать головой, поскольку, стреляя из арбалета, он даже не целился в лучницу, и это действительно было самое настоящее везение.

— Ах, Реджис, ты всегда был везучим! — сказала Кэтти-бри.

— Согласен, ведь мне повезло иметь такую подругу, как ты, — отозвался хафлинг.

Укрывшись за деревьями, дроу наблюдал, не вполне понимая, что все это означает. «Откуда взялся у хафлинга этот союзник?» — недоумевал Браэлин Джанквей.

— Магическая чума? — беззвучно повторил он, подслушивая разговор этих двоих. Его послали в Долину Ледяного Ветра следить за необычным хафлингом, который, как теперь представлялось Браэлину, казался тем необычнее, чем дольше он за ним наблюдал.

Браэлин беспомощно покачал головой. После того, что он здесь увидел, дроу был вполне уверен, что тут все не так просто, как кажется.

— Реджис, — прошептал он, повторяя имя, которым женщина называла малыша — того, кто прибыл в Лускан под именем Паука Тополино.

Это имя — Реджис — о чем-то смутно напоминало ему, но о чем — Браэлин вспомнить не мог. Однако то, как хафлинг назвал женщину — Кэтти-бри, — безусловно, говорило кое-что даже этому молодому дроу, лишь недавно вступившему в ряды Бреган Д'эрт.

Браэлин Джанквей качнул головой, решив, что Джарлакс будет весьма доволен им, когда получит столь удивительную информацию. Оставалось лишь надеяться, что Джарлакс одобрит также и его вмешательство в драку, поскольку это стрела из его ручного арбалета свалила пиратку-лучницу, а вовсе не какой-то там удачный выстрел подвергшегося нападению хафлинга.

ГЛАВА 28

Дома, снова дома

— Растительность на лице тебе очень идет, — сказала Кэтти-бри Реджису, когда они уселись в его маленьком домике у озера.

Реджис не смог сдержать улыбки, сияющей, обрамленной его тщательно подстриженными усиками и бородкой, клинышком. Он едва мог поверить, что снова видит ее, своего милого друга Кэтти-бри, его компаньона в прошлой жизни и в посмертии.

— Но я все такой же, да? — спросил он.

— Другие декорации, но ты, несомненно Реджис, да, — поддразнила Кэтти-бри, дергая его за длинные локоны.

— Я узнал тебя, едва услышал твой голос, — признался он. — А видеть тебя теперь… это переносит меня прямиком на склоны Пирамиды Кельвина, где мы оба были куда моложе. — Говоря это, Реджис понял: он и вправду рад, что, вернувшись, компаньоны похожи на свои прошлые воплощения. Как странно было бы видеть Кэтти-бри в теле другой женщины. Но нет, это была она, ее золотисто-каштановые волосы, длинные и густые, и эти синие глаза.

Девушка встала перед ним, чтобы подбросить очередное полено в огонь.

— Зима быстро приближается, — заметила она.

— Платье, — произнес вдруг Реджис, и Кэтти-бри, обернувшись, с любопытством взглянула на него.

— Это платье, что на тебе, — пояснил он. — Разве это не то самое, что было на тебе в Ируладуне? Как это…

— Просто похожее. — Она повернулась, демонстрируя белое многослойное одеяние. — Я купила его у портного в Анклаве Теней, думая о том, что было в лесу.

— В Анклаве Теней? — переспросил Реджис. — В сердце Нетерилской империи?

Кэтти-бри кивнула.

— Похоже, нам обоим есть что рассказать, — рассмеялся хафлинг.

Его подруга улыбнулась в ответ и еще немного покружилась, слегка оттянув платье на бедре.

— Когда мы были в Ируладуне, меня одевала богиня, верно?

— Это разумно, — согласился Реджис. — И красиво.

— Просто очаровательно, — подхватила Кэтти-бри и, как заметил Реджис, следка покраснела. — А ты, похоже, преуспел. Драгоценные камни на рапире, ручной арбалет, головной убор, что на тебе, — я думаю, об этом стоит послушать.

— Скоро зима. У меня будет время много чего рассказать тебе — и выслушать твои истории, разумеется. И да, моя жизнь была… захватывающей. — «И снова будет», — подумал он, но не сказал.

— Однако твой кинжал… — Заметила Кэтти-бри. Ведь она видела его темную магию.

— Это орудие, инструмент, и не более того, — заверил ее Реджис.

Кэтти-бри нерешительно и осторожно посмотрела на него.

— Это не Хазид-Хи, — заверил он ее. — Он не способен чувствовать. Это инструмент.

— Довольно ужасный, как мне кажется.

— А моя славная рапира проделывает дырки в сердцах, а твои заклинания сжигают врагов заживо.

Девушка улыбнулась и, похоже, удовлетворилась этим. Реджис, разумеется, мог понять ее неуверенность, поскольку и сам еще не до конца избавился от страха перед этим кинжалом. Всякий раз, как он использовал удушающих змей, жестокое лицо призрака служило Реджису болезненным напоминанием о подлости его поступка, не важно — оправданного или нет.

Потом он подумал о Темной Душе и заколебался, не рассказать ли Кэтти-бри, что, возможно, его преследует могущественный враг — лич, но быстро отказался от этого намерения. Со времени его отъезда из Дельфантла прошли годы, и, даже если бы Темная Душа продолжал искать Реджиса, маловероятно, чтобы личу удалось найти его. След давно остыл — так, во всяком случае, надеялся хафлинг.

Суматоха за окнами привлекла их внимание, и они заметили людей, проходивших мимо дома, четырех пиратов Ретнора под стражей и в цепях. Никто из них не умер, Кэтти-бри исцелила их всех. Даже тот, кого Реджис ударил в спину кинжалом, снова был на ногах.

— Этих бандитов повесят? — спросил хафлинг.

— Скорее, отправят на работы, — ответила Кэтти-бри. — Рабочие руки здесь всегда нужны, ты же помнишь.

Реджис кивнул. В Лускане в былые дни их притащили бы на Карнавал Воров, прилюдно подвергли пыткам и, скорее всего, жестоко казнили. В лучшем случае они годами сидели бы в подземной тюрьме с отрубленными руками. Но здесь, в Десяти Городах, опасных преступников чаще всего наказывали тяжелым трудом.

Реджис улыбнулся этой мысли: сколько раз эта далекая окраина, граничащая с дикими землями, оказывалась намного цивилизованнее, чем великие, по всеобщему мнению, города Фаэруна. Постоянные опасности делали отношения между людьми чище, и монеты значили здесь меньше, чем помощь, еда ценилась выше золота, а рука товарища была важнее плети магистрата.