Рука сама собой сжалась в кулак, но брови разгладились. Негоже Архиепископу делить с подчиненными свое плохое настроение. А приглашенные для беседы и прощального напутствия Каиниты должны были прибыть в распоряжение Полонья с минуты на минуту.

В последнее время, кроме незатухающей войны с Камарильей, Архиепископа начали волновать и другие игроки, влезающие на шахматную доску со своими костяшками, кубиками и другими непредсказуемыми игровыми причиндалами. Греза зашевелилась. Маги обнаглели вконец. Но хуже всего было то, что в тонко выстроенные отношения с Вашингтоном вмешались Ассамиты. О скандале в Аризоне ходили смутные, но ничего толком не раскрывающие слухи. Но перемещения в верхах, вызванные этим скандалом, больно ударили по связям Полонья в Конгрессе и правительстве. Смена кадров шла так быстро, что повлиять на нее верхушка Шабаша не сумела. Оставалось надеяться, что этих людишек удастся зацепить так же легко, как их предшественников. По опыту Архиепископа, за последние лет пятьдесят ни один человек, которого зацепить было не за что, к кормушке власти прорываться даже не пытался.

Необходимость выработки новой стратегии совпала с очередным кризисом наркобизнеса, пошатнувшем даже верхушку США. Если марихуана и героин, в основном, потреблялись в самых низах и служили гарантией того, что беднейшие слои общества утонут в дешевом кайфе, не задаваясь вопросом, кто их довел до такой жизни, то кокаином жила элита. И в последнее время даже в семьях политиков, дети которых, вместо того чтобы расти «достойной» сменой своим папашам, вели светский образ жизни, непременно требующий изрядной толики волшебной пыли, начались скандалы и разоблачения. Тот, кто наложит руку на поставки порошка счастья, сможет получить многое. Это Полонье было хорошо известно.

Проблемы с кокаином начались с тех пор, как ФАРК, Революционные Вооруженные Силы Колумбии, вступили в фазу конфликта с наркокартелями. Отношения партизан и наркодельцов всегда напоминали колебания маятника, и на данный момент маятник этот пошатнулся в нужную Полонья сторону. Картели давно и прочно находились под контролем Шабаша, и убедить их главарей, что именно «люди» Полонья способны восстановить равновесие между торговцами и повстанцами, не составило бы труда. Лидеров ФАРК предполагалось уговорить, предварительно сменив на более сговорчивых.

Полонья разжал кулак и улыбнулся. Он начнет с Вашингтона. А там и до Нью-Йорка рукой подать. Оставлять Большое Яблоко в загребущих лапах Камарильи Архиепископ не собирался.

***

В Колумбии происходило что-то странное. Рыжеволосая девушка была в этом уверена. За последние месяцы не случилось ничего, способного так мощно напомнить партизанам о революционном долге. Для порядка она еще раз пролистала на экране ноутбука сводки и выводы. Неужели решились взяться серьезно? Ведь и роста влияния других картелей, скажем, мексиканских, замечено не было. Как бы то ни было, уничтожение наркоторговцев — дело правое. А иногда еще и неплохо оплачиваемое. Заодно и возможность своими глазами оценить степень "странности".

87. Департамент Путумайо. Колумбия. Кэролайн Локхарт

Сельва тонула во влажной темноте ночи, полнилась смутными шорохами, шуршала мясистой листвой. Резкий крик обезьяны захлебнулся, сменившись приглушенным рычанием большой кошки, и снова все стихло.

Рыжая улеглась на пологом холмике, разглядывая объект в бинокль. Все по стандарту, глухая ограда, на которой наверняка установлены инфракрасные камеры слежения, а может, и сейсмическая система. Если не пожадничали. По обе стороны запертых ворот – пулеметные точки для встречи незваных гостей, еще несколько – в угловых башнях. Во дворе, по данным разведки, зенитная самоходка. Свет в казармах уже давно погас, гостей здесь не только не звали, но и не ждали. По крайней мере, сегодня.

А вот вчера сюда прибыли гости званые, уважаемые и, похоже, весьма влиятельные. Явились перед рассветом на новеньком джипе с американскими номерами, которые не удосужились даже сменить на границе. То ли самоуверенность зашкаливала за красную отметку, то ли намеренно давали понять, что их прикроют на самом высоком уровне. Днем на базу проследовал потрепанный автобус с веселыми, хотя и потасканными девицами из ближайшего городка. И с тех пор ворота не открывались.

Три группы из четырех вышли к базе еще днем, а к ночи подтянулись остальные, подвезя на плотах по речушке, петляющей в полумиле от базы сквозь мясистые кружева сельвы, гранатометы SMAW и ракеты к ним. Рыжей, наконец, удалось достать для своих ребят новейшую разработку — боеприпасы объемного взрыва, способные разрушать здания, и она горела желанием испробовать ее на деле.

— Докладывает "Синий лидер"…

Голос в наушниках сообщил, что патруль на дороге ликвидирован. Дорогой никто не воспользовался, но рисковать, что не вовремя вернувшиеся из патруля боевики картеля, вместо того, чтобы во все лопатки удирать в сельву, ударят в спину или решат вызвать подкрепление, было глупо. Рыжая удовлетворенно кивнула и подняла руку, отдавая приказ.

Беспечно болтавших у ворот патрульных сняли первыми, из М14 с глушителями. Их приятели, засевшие на пулеметных точках, даже не успели сообразить, что происходит, когда слева ребята Тома Салливана, отставного мастер-сержанта 1-го разведбата морской пехоты, открыли огонь из крупнокалиберных М107, навсегда лишив как пулеметы, так и пулеметчиков возможности ответить на прицельный огонь

Новоприобретенная ракета тоже приятно порадовала. Огненное облако взметнулось вверх, освещая густые кроны деревьев, и угловая башня с грохотом завалилась внутрь периметра, потянув за собой металлическую ограду, и открывая обзор на внутренний двор базы

Рыжая усмехнулась в маску и подняла винтовку. Ребята прекрасно справлялись, план операции работал сам на себя. Можно было переключить внимание на тактические задачи.

Еще несколько взрывов попросту развалили дощатые бараки казарм, большая часть бойцов картеля так и не успела досмотреть сладкие сны. Кое-кто, впрочем, успел выскочить, и со стороны базы раздались редкие автоматные очереди, по причине полного хаоса и плохой видимости не достигающие никакой цели и оперативно заглушаемые прицельной стрельбой со стороны нападавших. Оставшаяся целой по трем сторонам ограда исключала возможность, что кому-то из противников удастся ускользнуть в джунгли, и бойцы Рыжей планомерно продвигались в сторону базы, гася разрозненные очаги вялого сопротивления. Победа предполагалась скорая и полная.

Кэролайн свернула к темному зданию штаба. Штукатурка на кирпичном домике потрескалась, окна рассыпались стеклянной крошкой, но мощная дверь все еще держалась на месте. Возможно, здесь было пусто, но с такой же вероятностью командование базы могло попытаться отсидеться в бункере под зданием. И прибывшие прошлой ночью гости, скорее всего, вместе с ним. Кэролайн подозвала бойца с детонирующим шнуром, и вскоре искореженная дверь вывалилась наружу.

— Я вхожу, — сообщила она бойцу.

— Мэм…— начал было наемник, но Рыжая только отмахнулась.

За дверью оказалась большая комната с квадратным столом, на углу которого лежала кипа бумаг, металлическими стеллажами и десятком стульев. Сначала в комнату полетела граната. Стол разлетелся в щепки, бумаги снежными клочьями закружились в воздухе, медленно оседая на усыпанный обломками пол.

Рыжая вскочила в комнату, держа Кимбер с укрепленным на нем фонарем в обеих руках. Винтовку FAL, здесь неудобную даже со сложенным прикладом, она забросила за спину. В окна прорывались рыжие отблески пожаров, в их свете блеснуло металлом кольцо люка. Кэролайн осторожно двинулась вперед, не теряя откидную дверь из поля зрения.

Люк взлетел к потолку, отброшенный страшной, но безмолвной силой. Из темного проема выскочила высокая фигура в странном шлеме, словно сошедшем с экрана космического боевика, с горящими красным глазницами и зазубренным гребнем на темени. Шлем резко контрастировал с черным одеянием, более всего напоминающим монашескую рясу, и перехваченным у пояса простой веревкой. Оружия она не заметила, но мужчина бросился к ней с такой скоростью, что Кэрол, не раздумывая, выпустила одну за другой две пули прямо в обтянутую черной тканью широкую грудь.