Но собравшиеся, судя по горячим спорам и взволнованным лицам, относились к событию, которым, в виду его несомненной зрелищности, предполагалась закрыть съезд сразу после торжественного подписания Новой конвенции, не только с научным интересом.

Делия сидела рядом и молча сверкала попеременно то зеленым, то красным из глаз на каждого, кто, по ее мнению, недостаточно серьезно относился к обсуждению. Каспи и Джакомо, сияя от восторга и краснея от смущения, отвечали на технические вопросы, в том числе и на пару таких, которые сама Рыжая еще выяснить не успела.

Фьялар, поначалу пытавшийся разыграть отца-командира и любящего дядю в одном лице, вник в суть преобразований и полностью проникся их пользой для общего дела. Его уважение к Рыжей возросло пропорционально степени риска, которому она подверглась.

Крис, Моника, Войцех с Мелисентой, Норвик, братья Калос, неразлучники-журналисты, Диззи, Бранка и, конечно же, Алексус Симокатта – все они были здесь.

— Надо уточнить, что именно будем тестировать, — заметил Джакомо, — стратегические характеристики в бою с одним противником не проверишь. И особые параметры выживания тоже.

— Пока, в основном, тактику ближнего боя, — ответила Рыжая, — сила, скорость, реакции, восприятие при измененных параметрах движения.

— Тогда маги отпадают, — Каспи тихо вздохнул, очевидно, ему хотелось проверить свои анти-магические программы в действии, — тебе, похоже, нужен твой собственный клон, чтобы все по-честному.

— Клона не надо, — заявила Рыжая, — и в том, что касается особых параметров выживания, от падения из стратосферы я пока воздержусь.

— Клона нет, и не предвидится, — улыбнулся Симокатта, — я на второй заход не пойду, пока не увижу результат. А, скорее всего, и потом.

— А кто…

— Я уже начал писать методические указания, — Алексус перебил Каспи на полуслове, — пару операций можно будет провести под моим наблюдением, а на поток будете ставить без меня. Я массовым производством не занимаюсь. «Только дизайнерский эксклюзив», — передразнил он Джакомо.

Рыжая переглянулась с Крисом. Ученые могли обсуждать свои проекты и эксперименты хоть до утра, а ее интересовали практические результаты обсуждения.

— Клон, говоришь, — Крис задумчиво постучал пальцами по ручке кресла, — тогда или кто-то из Сородичей, или Гару.

— «Кто-то», — насмешливо произнес Войцех, — твоя Синди, к примеру. Она выйдет на ринг и прочитает лекцию на тему «Красота спасет мир». Кэрол прослезится от умиления, биться не сможет, и ей засчитают поражение.

— Не недооценивай Тореадор, мальчик, — покачал головой Симокатта, — у каждого из Кланов есть своя сила. Но в одном ты прав, ни Тореадор, ни Вентру нам не годятся. Они больше полагаются на ментальные Дисциплины. Впрочем, как и Малкавиан.

— Я в последнее время снова полагаюсь на ствол и клинок, — хмыкнул Войцех, — нагляднее получается. Но в рукопашной из меня чемпиона не выйдет.

— Ладно, — кивнул Крис, — Алексус прав. Кстати, Тремере тем более не подойдут, Колдуны чертовы.

— Вэйнврайту твое мнение передать? – ехидно вставила Делия.

— Да хоть в Вену, — огрызнулся Крис, — Регент может быть приятным собеседником и полезным союзником, но, будь я проклят, если я ему доверяю.

— Некоторые считают, что уже, — проворковала Делия, — но мы проверять не будем. Не сейчас.

Фьялар негромко кашлянул, и в комнате воцарилась тишина.

— Думаю, выбор небольшой, — подытожил он, — Бруха, Гангрел, Гару в боевой форме.

— Гару отпадают, — отозвалась Бранка, — мы в боевой форме легко теряем контроль. Поэтому даже между собой в ней не соревнуемся. Ты же сам видел.

— Точно, — Фьялар вспомнил первое посещение Вулфстона, где Бранка выиграла турнир, — Крис, может ты?

— Еще Тео позови и не забудь ему про рабство напомнить, — проворчал Крис, — я с друзьями не дерусь, по той же причине, что и Гару. Зверь вылезет, потом косточек не соберешь. Своих или друга – без разницы.

— А Гангрел? – Фьялар обернулся к Норвику. — Ты с ними лучше всех знаком. Если у кого Зверь на виду, это у них.

— У них Зверь под контролем, — ответил скальд, — они его принимают как часть себя, и он с поводка не срывается даже в самых тяжелых обстоятельствах. Зато они и платят за это необратимыми изменениями внешности. Ингрид, Брунгильда, Беккет – им всем есть, что прятать. А Ксавьеру так вообще Маскарад не поможет, с его-то носом. Чистый нетопырь.

— Брунгильда? – предложила Рыжая. — Я видела, как она с этим... нетопырем дралась. Впечатляет.

— Брунгильде драться не с руки, — заметил Норвик, — она теперь на пару с Ксавьером лидер Клана. Победа ей мало что даст, а поражение может нанести урон престижу. Она на это не пойдет.

— А Ингрид? — спросила Моника. — Она, конечно, выглядит, как Лотхен из немецкого паба, но она тоже Валькирия.

— Я спрошу, — Норвику явно не доставил удовольствия выбор партнера для Рыжей, он испытывал симпатию к обеим и решить, за кого болеть, ему было сложно, — думаю, она согласится.

— Я сам с ней поговорю, — решил Фьялар, — и уверен, что мне она не откажет.

— Не представляю себе девушку, которая тебе сумеет отказать, — прощебетала Делия и едва успела увернуться от полетевшей в ее сторону пепельницы.

Пепельницу Рыжая поставила на стол и ухмыльнулась.

Договор был подписан под звездами и луной, и мрачный двор тюрьмы, залитый светом магических факелов, пестрел нарядами, словно весенний луг. От Сородичей свою подпись поставил Принц Луна, от Гару – Ярл Брэндон, от Китейнов – Князь Фионна. Маги, посовещавшись, впервые выступили единым Союзом, и старый генерал Оскар Мартин, избранный почетным председателем в преддверии настоящей дележки мест в совете, подписал договор под одобрительные возгласы как Традиционалистов, так и Технократов.

Брюс, ради официального мероприятия появившийся на трибуне рядом с Фьяларом, обеспокоенно вздохнул.

— Теперь законопроект уйдет в Конгресс, — МакГи говорил тихо, почти на ухо гному, — мы сделали все, что могли. Но теперь я сомневаюсь, что этого достаточно.

— Почему? – в голосе Фьялара тоже не было уверенности.

— Когда мы обсуждали это в Нью-Йорке, — признался Брюс, — я и понятия не имел, как все паршиво в Вашингтоне. У нас найдется, за какие ниточки подергать. Да и отснятые твоими ребятами материалы – серьезный аргумент. Но боюсь, что те, кому легализация невыгодна, уже в курсе. Законопроект могут не допустить даже до слушаний – сам факт публичного обсуждения уже выводит всех из тени.

— У нас нет другого выбора, — вздохнул Фьялар, — будем надеяться на лучшее.

— Лучшее – это референдум, — улыбнулся Брюс, — я надеюсь, хотя бы в этом случае политики не посмеют принять на себя полную ответственность.

— Поглядим, — кивнул Фьялар, — а сейчас давай хоть ненадолго выбросим все это из головы, раз уж от нас мало что зависит.

— Девочки готовы, — согласился Брюс, — берем очки...

Изготовлением очков для тех, кто не мог самостоятельно подогнать свое восприятие под молниеносные движения соперниц, Джакомо и Каспи занимались целый день перед поединком. Принцип работы оказался несложным, всего лишь покадровое воспроизведение, подстроенное под меняющуюся скорость. Проблема оказалась в количестве, но тут Итерия Икс, наконец, решилась поделиться одной из своих последних разработок.

Атомный синтезатор мог воспроизвести все что угодно из любого подручного материала, перестраивая внутреннюю структуру вещества. До сих пор Техномаги скрывали его отнюдь не из жадности – синтезатор настолько не вписывался в современную картину потребительского рынка, что поверить в его возможности было сложно даже самим изобретателям. Отсюда и зашкаливающий процент сбоев, вызванный Парадоксом.

Видимо, желание полюбоваться поединком и оценить достижения Биоинженеров оказалось столь велико, что даже портативный синтезатор, имеющий ограничения по массе воспроизводимых предметов, заработал, и магические очки посыпались из него, как монетки из «однорукого бандита», сжалившегося над проигравшейся старушкой.