Подозревая, что русские войска будут отходить на восток, Карл XII стал наводить мосты через Неман для переправы своих сил и обхода русских с востока. Но начавшийся ледоход снес мосты, и русская армия беспрепятственно отошла к Тыкоцину, а затем — на Брест и Киев. Главную роль в организации маневра играл не Огильви, а Меншиков. В начале мая русская армия была уже в Киеве. Шведы же, переправившись через Неман, пытались перерезать пути отхода русских через Полесье. Но, видя, что им не удастся догнать русскую армию, отошли в Западную Польшу и в Саксонию[608].

Вслед за войсками Карла XII на запад двинулась конница Меншикова. Оставив для прикрытия своего тыла 7-тысячный отряд Мардефельда и 20-тысячную армию Лещинского, Карл XII занял Саксонию и принудил Августа заключить мир. По Альтранштадтскому миру Август II отказался от польской короны, разорвал союз с Петром и обязался выплатить шведам крупную контрибуцию. Все это Август скрыл от Петра I.

18 октября под Калишем Меншиков нанес поражение корпусу Мардефельда. В плен было захвачено 2600 человек. Однако положение не было восстановлено, так как саксонская армия была разгромлена.

О сепаратном заключении мира Августа II с Карлом XII Петр узнал лишь в конце 1706 года. Перед русской дипломатией встала сложная задача: не допустить объединения военных сил Швеции, Польши и Турции. Эту задачу в основном удалось разрешить. В феврале 1707 года сандомирская конфедерация возобновила договор с Россией[609]. Турция же не решилась выступить против. Таким образом, угроза борьбы с коалицией отпала.

В Жолкве, под Львовом, был принят новый план, составленный Шереметевым. В соответствии с этим планом русское командование организовало оборону своих границ. Для наблюдения за шведскими войсками кавалерию выдвинули к р. Висле. Было решено, в случае наступления шведов сражения «в Польше не давать, понеже ежели б какое нещастие учинилось, то бы трудно иметь ретираду; и для того положено дать баталию при своих границах»[610]. При этом войска имели приказ уничтожать все запасы и истощать шведскую армию непрерывными ударами.

Приказывая Апраксину подготовить войска и западные границы к обороне, Петр писал: «…сия война под нами одними осталась: того для ничто так не надлежит хранить, яко границы, дабы неприятель или силою, а паче лукавым обманом не впал»[611].

Петр предложил соорудить на западной границе завалы, построить укрепления, жителям приказали усилить наблюдение за иностранцами и приготовиться к эвакуации в глубь страны. Решено также было подготовить к обороне Смоленск и Москву. Петр писал: «Фортецю московскую надлежит, где несомкнуто, сомкнуть, всем здешним жителям сказать, чтоб в нужном случае готовы были»[612]. Было решено прикрыть московское направление, для чего осенью 1707 года армия была переведена в район Полесья.

В этом же году в сентябре шведская армия перешла польскую границу, заняла Тыкоцин, затем Гродно. Русская армия отошла к р. Улле. Петр I ожидал, что шведская армия начнет вторжение в Лифляндию, соединится там с войсками Левенгаупта, а затем направит свои усилия в Ингрию, и поэтому сосредоточивал силы на этих направлениях, предоставляя Мазепе инициативу по обороне Украины.

Воспользовавшись отводом русских войск на западный театр, шведы активизировали свои действия в Финляндии. Еще зимой 1704 года они решили нанести удар по молодой столице — Петербургу, располагавшему гарнизоном в 13 тыс. человек и сравнительно слабым флотом (8 фрегатов, 5 шняв, 4 галеры и 2 брандера). Но к этому времени уже были сооружены укрепления, защищавшие город с суши, усилена оборона острова Котлин. Балтийский флот сосредоточился у Кроншлота. Для отражения возможного десанта на Котлин сюда были переброшены два полка с артиллерией.

Первая попытка шведов захватить Котлин, крепость Кроншлот и нанести удар по Петербургу была сделана в июне 1705 года. Шведы направили к Петербургу 8-тысячный корпус Майделя, а для атаки Кроншлота — эскадру Анкерштерна. 4 июня крупная шведская эскадра (7 линейных кораблей, 6 фрегатов и 9 судов других классов) появилась у Котлина, фрегаты произвели нападение на Кронштадт, однако огнем крепостной артиллерии были отбиты. На другой день также была отбита попытка шведов высадить десант.

6 июня огнем крепостной и корабельной артиллерии была отбита новая атака шведов.

Так же неудачны были попытки шведов высадить десант 10 и 15 июня. Потерпел неудачу и корпус Майделя. Все его попытки захватить укрепления Петербурга были отбиты корабельной артиллерией и батареями Петропавловской крепости. Шведы отступили за реку Сестру.

14 июля шведский флот под командованием адмирала Анкерштерна сделал новую попытку овладеть Петербургом с моря и высадить десант на остров Котлин. Но и на этот раз шведы были отбиты с тяжелыми для них потерями. После этих неудач «гораздо смирнее господа шведы стали»[613], — писал Брюс Меншикову. Русское командование усилило гарнизон крепости, довело его до 13 680 человек.

Борьба за Петербург явилась примером успешной обороны, основанной на взаимодействии армии и флота.

В разгар этих событий на Россию и Швецию оказали давление Франция и Англия. Посол Людовика XIV де Балюз получил указание: привлечь Россию на сторону. Франции с тем, чтобы она объявила войну Австрии[614]. А предварительно Россия должна была заключить мир со Швецией'. Однако переговоры де Балюза не увенчались успехом. Обеспокоенная Англия, узнав о попытках Франции заключить союз с Россией, направила в Москву опытного дипломата Витворта и предложила ему укрепить отношения Англии с Россией и собрать необходимые данные о русской армии и флоте. Прибыв в Россию, Витворт особенно усердно стал собирать сведения о вооруженных силах. Многие секретные данные он получил непосредственно у Огильви. Донося в Лондон о состоянии русской армии, Витворт писал, что пехота не уступает пехоте любой другой нации, а артиллерия русской армии «в настоящее время замечательно хорошо устроена». Витворт указывал, что Петр I «…положил широкое основание развитию своих морских и сухопутных сил»[615].

Русское правительство считало возможным при посредничестве Англии начать переговоры со Швецией. Претензии России были очень скромны: она лишь хотела сохранить выход к Балтийскому морю. Англия же стремилась к тому, чтобы затянуть войну России со Швецией и не допустить включения России в войну за Испанское наследство. Поэтому Витворт делал все необходимое, чтобы помешать России укрепить свои позиции на Балтике. «Если интересы Англии требуют удаления русских от Балтийского моря, необходимо обдумать, каким путем удобнее и благовиднее достигнуть такого результата»[616], — доносил он.

Посылая Витворта в Россию, Англия одновременно направила герцога Мальборо к Карлу XII с целью привлечения Швеции на сторону Англии для борьбы за Испанское наследство. Но Карл XII, видимо, считал, что в данное время разгром России является главной задачей, и поэтому отклонил предложения Англии.

В результате первых пяти лет борьбы Петр I успешно решил стратегическую задачу. Русские войска нанесли противнику решающий удар, который обеспечил успешный исход войны на данном этапе. Русские войска овладели всей Ингрией и прочно закрепились на берегах Финского залива, В устье Невы Петр I основал новую столицу — Петербург. За этот период русская армия приобрела опыт ведения военных действий, линейная тактика получила дальнейшее развитие. Пехота научилась вести рукопашный бой, а конница— действовать в развернутом строю. Более активной стала артиллерия. Боевой опыт русских войск этого периода обобщен в «Учреждении к бою по настоящему времени».

От Гродно до Полтавы. Успех шведских войск в Польше и Саксонии в корне менял стратегическую обстановку. В начале 1708 года Карл XII снова держал в своих руках стратегическую инициативу. В его распоряжении находилось около 120 тыс. войск, которые могли быть использованы против России. В Литве и Польше были сосредоточены главные силы шведов, в Прибалтике стоял 16-тысячный корпус Левенгаупта, а в Финляндии — 14-тысячный корпус Либекера. Остальные войска располагались в Померании и в самой Швеции. Кроме того, Карл XII мог рассчитывать на польские войска Лещинского (около 20 тыс. человек) и в известной мере на войска Мазепы, с которым велись тайные переговоры, а так же с Турцией и Крымом. Для нанесения удара Карл XII располагал главными силами в 55 тыс. человек, к которым должен был присоединиться корпус Левенгаупта. Опираясь на эти силы, Карл решил нанести главный удар по Москве и окончить войну. Он отверг план, предусматривавший нанесение удара по Петербургу через Прибалтику, а затем по Москве, и наметил свой собственный план, согласно которому главные силы должны были наносить удар на Москву через Смоленск. Одновременно корпус Либекера получил задачу наступать на Петербург. Шведский историк И. Андерссон писал, что Карл XII «отправился на восток к центру необъятной русской державы в соответствии с планом, аналогичным плану, которым руководствовался более чем сто лет спустя Наполеон»[617]. Это был такой же авантюристический план, как и план Наполеона.

Угроза вторжения шведской армии в центр России заставила русское командование действовать осторожно. На совете в Чашниках было решено: при появлении противника отходить в глубь страны, изматывать его силы, а затем перейти в наступление и разгромить врага. При этом предусматривалось, что в случае движения шведской армии на Петербург наносить удары во фланг и тыл, а если войска Карла будут двигаться на Москву, уничтожить их по частям, не допуская соединения главных сил с войсками Левенгаупта.