Изготовленные ружья были разосланы по округам. Обеспеченность стрелковым оружием на 1 января 1877 г. войск представлена в цифрах табл. 62.

Таблица 62[932]

Накануне русско-турецкой войны из 48 пехотных дивизий винтовки Горлова и Гунниуса и Бердана № 2 имели 16, капсюльные Карле были у 5 кавказских дивизий, игольчатые Крнка — у 27 дивизий. Все драгунские дивизии были вооружены винтовками Крнка, а казачьи части — винтовками Сафонова. В ходе войны был израсходован весь запас стрелкового оружия и вся произведенная продукция заводов. При этом вновь произведенное оружие передавалось не в действующую армию, а в части Варшавского, Виленского, Петербургского и Финляндского округов, что объясняется опасением выступления против России Австрии и Германии, армии которых были вооружены новейшим оружием.

В ходе войны продолжалось поступление новых мелкокалиберных ружей в войска.

Процесс перевооружения войск характеризуется данными табл. 63.

Таблица 63[933]

К концу войны действующая армия была полностью обеспечена ружьями системы Бердан № 2. В первой же половине кампании русские войска значительно уступали турецким в отношении качества стрелкового вооружения.

Большая часть турецких войск имела на вооружении винтовки Снайдера с дальностью прицела на 1 400 шагов и Пибоди-Мартини с прицелом на 1 800 шагов. Русские же винтовки Крнка обладали прицелом на 600 и 1 200 шагов, русская винтовка образца 1870 г. имела прицел только на 1 500 шагов, хотя из нее можно было вести огонь на расстоянии до 2 тыс. шагов. Русские войска несли значительные потери от ружейного огня турок, так как огонь русских на дальние дистанции был мало действителен.

По окончании войны Военное министерство продолжало энергично пополнять запасы стрелкового оружия образца 1870 г. Итогом его усилий было создание довольно значительных запасов.

Таблица 64[934]

Наличие стрелкового оружия в войсках, в запасе на складах на 1 января 1881 г. показано в табл. 64.

По истечении контрактов с арендаторами в 1880 г. Ижевский и Сестрорецкий заводы вновь были переданы на шестилетний срок «коммерческим заготовителям». Производство винтовок образца 1870 г. продолжалось до 1891 г.: для покрытия текущей потребности (40 тыс.), для расширения запаса оружия (100 тыс.), для вооружения переменного состава запасных батальонов (99 тыс.) и, наконец, для второй и третьей очереди ополчения (428 тыс.). Запасные же части продолжали изготовлять на Сестрорецком заводе до 1893 г.[935]

Изготовление на заводах стрелкового оружия образца 1870 г. представлено в табл. 65.

Таблица 65[936]

Перевооружение казнозарядным оружием полевых войск и ополчения первой очереди было завершено к 1884 г. К началу 1885 г. мелкокалиберных винтовок Горлова и Гунниуса и Бердана № 2 в войсках было: 1 856 631, в ополчении — 118 440, на складах — 833 072. Кроме того, оставалось на складах 13 237 ружей образца 1866 г. и 18 344 кавалерийских карабинов[937].

Введение на вооружение казнозарядного оружия дало возможность увеличить дальность огня. Дальнобойное стрелковое оружие и дальнобойная артиллерия вынуждали противника развертываться в боевой порядок, как только его войска попадали в зону поражения огнем. На поле боя войска развертывались в стрелковую цепь, позволяющую вести и огонь и удар. В связи с этим большое значение получило в бою применение к местности и самоокапывание. Резко уменьшились цели для поражения. Поле боя стало пустынным. Перед конструкторами встала задача повышения интенсивности огня и его плотности. Ее можно было решить, лишь перейдя к магазинному оружию.

Оружейный отдел Артиллерийского комитета начал работать в этом направлении еще в ходе русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Более интенсивно работа велась в 1883 г., когда при отделе была создана особая Опытовая комиссия генерал-лейтенанта Н. И. Чагина по испытаниям магазинных ружей[938].

Военное министерство, получив в 1887 г. от своих военных наблюдателей (атташе) сведения о начавшемся перевооружении ряда европейских армий магазинными ружьями, поспешило представить план перевооружения русской армии, который был утвержден 18 июля 1888 г. План предусматривал перевооружение войск мелкокалиберными винтовками, перевооружение полевой артиллерии дальнобойными орудиями и замену крепостной артиллерии орудиями крупных калибров[939].

Главное артиллерийское управление преобразовало в октябре 1889 г. комиссию Чагина в комиссию по выработке мелкокалиберного ружья и возложило на нее задачу выработать лучший образец мелкокалиберной винтовки.

Наше Артиллерийское ведомство, докладывал до этого царю военный министр генерал Ванновский, «зорко следило за всеми подобного рода нововведениями (т. е. за переходом к системам уменьшенного калибра. — Л. Б.), постоянно производило над ними разного рода опыты и исследования, стремясь, так сказать, научно не отставать от иностранных армий»[940]. Однако далее продолжать держаться подобной системы было бы уже рискованно, поэтому было принято решение приступить к изменению системы стрелкового вооружения, заменив ее дальнобойной, казнозарядной.

Комиссия Чагина провела испытания многих систем, как русских, так и иностранных. Из русских систем сначала обратила на себя внимание десятизарядная винтовка оружейного мастера Игнатовича с магазином, располагавшимся с левой стороны ствольной коробки, и Квашневского (с подствольным магазином). Кроме того, испытывались винтовки с постоянно-приставным магазином Лутковского, Малкова, Владимирова, Маузера, Гра-Кропачева и других русских и зарубежных изобретателей. Испытания проводились в офицерской стрелковой школе в Ораниенбауме[941].

Более совершенными оказались конструкции с реечно-прикладными магазинами Мосина, Лутковского, Ивенса. Лучшей среди них была винтовка капитана С. М. Мосина. В 1882 г. он переконструировал стрелковую винтовку образца 1870 г., снабдив ее реечно-прикладным магазином на восемь патронов[942]. В последующие годы он усовершенствовал свою конструкцию. В 1885 г. Оружейная комиссия решила изготовить на Тульском заводе тысячу винтовок и отправить их на испытания в войска. После испытаний Мосин внес в 1887 г. некоторые поправки в свою конструкцию и представил три образца. Наконец, в 1889 г. Оружейная комиссия приняла винтовку Мосина.

Французская фирма Ricter предложила Мосину 600 тыс. франков за право использования магазина его конструкции при доработке принятой во Франции системы Гра, но он решительно отказался. Между тем Военное министерство продолжало испытания. Оно остановилось было на французской системе Лебеля, но затем решено было разработать собственную конструкцию. По поручению Оружейной комиссии было изготовлено в 1890 г. три экземпляра пачечного ружья, сходного с системой Лебеля.

Но пока шли искания винтовки с реечным механизмом, возникла идея создания мелкокалиберных винтовок с серединным (внутренним) механизмом. Она нашла свое отражение в винтовках Квашневского и Лутковского, применивших круговые магазины. Лучшей оказалась система полковника Роговцова с серединным вертикальным магазином и подобные ей конструкции, но она не имела устройства для механического удаления стреляных гильз. Только после того как Мосин предложил в 1890 г. более совершенную систему 3-линейной винтовки, которая решала многие конструктивные задачи, вопрос был разрешен. Его винтовка имела магазин с подающим механизмом. В ствольной коробке был установлен отсечка-отражатель для механической подачи из магазина стреляных гильз. Скользящий затвор имел боевую личинку, обеспечивавшую надежное запирание. Винтовка Мосина была на 1½ фунта легче и короче винтовки Бердана № 2[943].