Но едва закончилось перевооружение полевой артиллерии стальными пушками образца 1877 г., как перед Военным ведомством встала новая задача. В 1893 г. был разработан и утвержден пятилетний план замены четырехфунтовых орудий с клиновым затвором орудиями с поршневым затвором. Новое орудие получило название «полевая 87-мм легкая пушка образца 1895 г.» системы А. П. Энгельгардта. Она имела следующие тактико-технические данные: калибр — 3,42 дм (87 мм), вес в боевом состоянии — 1 000 кг, в походном — 1 700 кг, вес снаряда — 6,8 кг, начальная скорость — 443 м в секунду, скорость стрельбы — 2 выстрела в минуту. Достоинством орудия была его подвижность, отличный затвор и высокая крутизна траектории, создававшая большой эффект стрельбы[1094].

В соответствии с принятой программой нужно было сформировать новых 84 полевых, 13 резервных, 3 запасных и 12 мортирных батарей. Обосновывая необходимость этих мер, Ванновский указывал, что русская армия стоит на последнем месте в Европе по степени оснащенности войск полевой артиллерией. Так, на 1 батальон во французской армии приходилось 4,22 орудия, в германской — 3,01, в австро-венгерской — 2,85, а в русской — только 2,52 орудия[1095].

План был выполнен к 1898 г. За пятилетие было изготовлено 1 392 полевых орудия, которые пошли на укомплектование новых батарей. Вместе с тем начались поиски более совершенных конструкций полевых скорострельных орудий. «По имеющимся сведениям, — докладывал царю Ванновский, — всюду уже усиленно работают над проектированием образцов скорострельных орудий… Наша артиллерия должна будет, без сомнения, последовать примеру артиллерий западных держав, чтобы не уступить им в вооружении и действительности огня»[1096].

В целях отработки наиболее совершенной конструкции Военное министерство провело конкурс систем. За каждый представленный образец была установлена премия 20 тыс. руб. В соревновании приняли участие четыре русские и четыре иностранные фирмы. Лучшим оказался образец Путиловского завода, разработанный при участии выдающегося конструктора Н. А. Забудского и Л. П. Энгельгардта. После доводки и некоторых усовершенствований он был принят на вооружение под названием «Трехдюймовая полевая скорострельная пушка образца 1900 г.»[1097]. Она имела 24 нареза постоянной крутизны, поршневой затвор, безоткатный и неподвижный щиты и панорамный прицел. Калибр — 3 дм, вес ствола — 24 пуда, с лафетом — 63,5 пудов, вес системы —130 пудов, вес унитарного патрона — 22 фунта, начальная скорость — 1 930 футов в секунду, дальность стрельбы — до 10 верст, возимый запас — 124 снаряда.

Недовольные результатами конкурса 1899 г. Крупп и Шнейдер потребовали нового конкурса. Однако и во втором конкурсе, проведенном в 1900 г., победа осталась за русской конструкцией.

Военное министерство приступило к производству орудий этой системы с конца 1900 г. Оно заключило контракт с Путиловским и Петербургским заводами на 1 500 орудий[1098].

Согласно наряду от 30 ноября 1900 г., Путиловский завод должен был изготовить в 1901 г. 200 орудий, в 1902 r. — еще 200, а в 1903 г. — 350, кроме того, изготовить 900 лафетов, 900 передков, 2 250 зарядных ящиков и 450 тыс. снарядов. Наряд был выполнен заводом в обусловленные договором сроки[1099].

Петербургский завод должен был обработать 750 болванок стволов, изготовленных Пермским заводом. Этот наряд был выполнен обоими заводами в 1902 г. В 1903 г. заводы получили новый наряд на 400 орудий, который был завершен в 1904 г.[1100]

Еще 750 орудий было заказано Обуховскому заводу. В 1901 г. он должен был дать 520 орудий, в 1902 г. — 150, остальные 80 орудий — в 1903 г.[1101] Таким образом, четыре орудийных завода — Путиловский, Обуховский и Петербургский с заводом-смежником — за четыре года изготовили для армии 2 650 скорострельных орудий высокого класса. Стоимость каждого орудия составляла 583 руб. 33 коп. (без лафета).

Итак, к концу XIX в. в составе русской полевой артиллерии оставалось два калибра полевых орудий: легкая скорострельная 3-дм пушка и 6-дм мортира-гаубица.

В артиллериях других стран также оставили только по два калибра (табл. 82).

Таблица 82[1102]

Обеспечение войск по годам стальными нарезными орудиями новых систем осуществлялось следующим образом:

Обычно полевые орудия содержались в артиллерийских парках, число которых в 1894 г. представлено в табл. 83.

Таблица 83[1103]

Одним из сложных вопросов в развитии артиллерийской техники второй половины XIX в. был вопрос об артиллерийском обеспечении крепостей. Опыт обороны крепостей времен Крымской войны показал, что находящаяся на их вооружении гладкостенная чугунная и медная артиллерия безнадежно устарела.

Вооружение крепостей в 1861 г. артиллерией дано в табл. 84.

Задачи крепостной артиллерии значительно усложнились. Она должна была не только затруднять подход противника к крепости и подавлять его артиллерию, но и быть готовой вести борьбу с живой силой. Поскольку имеющиеся системы не обладали возможностью маневрирования огнем, приходилось в состав крепостной артиллерии включать осадную и даже полевую артиллерию. Первые шаги по усовершенствованию крепостной артиллерии были сделаны лишь в конце 50-х годов.

С 1860 по 1862 г. было решено принять на вооружение 60-фн пушку Н. В. Маиевского, а также 12 и 24-фн чугунные нарезные орудия, начав ими замену гладкостенной артиллерии.

Таблица 84[1104]

Для решения вопроса об улучшении крепостной обороны вообще и определения программы производства крепостной артиллерии был образован межведомственный комитет генерала Баранцова. Комитет рассмотрел доклад генерала Тотлебена, который считал возможным ограничиться нарезкой 1 000 гладких пушек, состоящих на вооружении крепостей, и вновь изготовить 2600 нарезных орудий. Тотлебен считал необходимым приступить к выполнению этой программы незамедлительно. Комитет Баранцова принял программу на 2 400 нарезных орудий средних и малых калибров и 580 нарезных орудий крупных калибров[1105].

В эту программу затем были внесены изменения. В 1865 г. чугунные 12 и 24-фн пушки были заменены сначала бронзовыми, более легкими и подвижными, а в период с 1870 по 1873 г. — стальными[1106]. Большое значение имело усовершенствование лафетов и поворотных станов. До середины XIX в. крепостные орудия располагались либо на валах, либо на деревянных лафетах. Горные заводы-поставщики (Каменский, Верхне-Исетский, Пермский и арсеналы) исполняли заказы очень медленно, поэтому приходилось сдавать заказы на орудия крупных калибров Круппу. В 1865 г. ему был сдан заказ на 110 орудий 8-дм калибра.

Особое совещание 1873 г. вынесло решение усилить крепостную оборону, заменив все гладкие орудия нарезными и увеличив штатное количество орудий, и, кроме того, расширить некоторые старые крепости и учредить ряд новых. Для осуществления этой задачи потребовалось 3 823 новых нарезных орудия.

Установленная программа выполнялась с большим трудом. Отливка новых 24 и 12-фн медных нарезных орудий была отменена вследствие «дознанной неудовлетворительности этих орудий». Решено было временно нарезать орудия этих калибров из числа имевшихся гладкоствольных. В первую очередь предназначено было нарезать 926 медных орудий на горных заводах и приступить к производству 150 штук 24 и 12-фн стальных орудий на Князе-Михайловском заводе[1107].

Во время войны в 1877–1878 гг. в принятую программу были внесены изменения. На вооружение были приняты 6-дм тяжелые (190-пудовые), 6-дм облегченные (120-пудовые), 8-дм мортира и 42-лин. пушки.

Вооружение крепостей в 1879 г. представлено данными табл. 85.

Таблица 85[1108]

Согласно табели этого года, из 8757 орудий полагалось иметь 3240 нарезных орудий, сделано же было только 749.