Знак Верховного ношу, не заметить нельзя. Болтовня, что я дочь Линка, получается, всей стране известна уже.

– Оэлен Дробт… – прислушиваюсь к себе, – нет, ничего не помню. Я – Осень! Ертгард Осень.

– Я вижу. Прошлое ожило. Но не стало лучше.

– А как стало?

– По-другому. Не определилась ещё. Не каждый день вижу, как возвращаются мёртвые.

– То же самое могу сказать.

– Да вот и мне про такое слышать не доводилось, – усмехается генерал, – Так что, в связи со всеми произошедшими и ещё могущими произойти событиями, – на меня так глянул, сразу поняла, всем бродящим про меня и Яграна слухам, верит, – настало время обсудить некоторые вопросы с госпожой Дробт, но без госпожи Ертгард.

– Это приказ? – оба знаем, я его приказы выполнять не обязана, но и отменять не могу.

– Пока просьба.

– Что-то мне местной кухни попробовать захотелось. Линки, снаружи посидим. Хозяин, где ты там.

Всё понятно, Линк в этих местах тогда был, она утверждает, что тоже. Врагов у Егттов по-прежнему немало. Причём, в основном тех, для кого главное оружие – интрига. Попытается изобличить во лжи.

– Заодно, скажи там снаружи, – слышится мне в спину, – кроме Верховного да казначея сюда не пускать никого.

Хм. А народу прибыло. Охранная сотня в полном составе. Анид зачем-то с ними увязалась. Городские стражники толпятся. Бойцы так себе, но их сильно больше… Что я несу? Линк в нашем же городе. Тут же столько лет не воевали. При этом, много раз меняли поддерживаемую в войнах сторону.

– Тебя-то что принесло? – зло спрашиваю, хотя она ничем и не заслужила. Вот только в голову лезет, её мать в своё время в рабство продала.

Смотрит большущими глазками, как собачка. Зачем шумишь, когда знаешь – не может быть по-другому.

Иду к стражникам. Их командир приветствует меня как полагается. Ну да, ничего же не произошло. Пока?

– Кто вам приказал здесь собраться?

– Глава городского совета, – всё правильно, ему стража и подчиняется.

Изображу-ка я из себя дуру. Сколько раз слышала, как это другим помогало в самых разнообразных случаях.

– По какому поводу?

– Так все видели, как госпожу Дробт арестовали.

– Именем Верховного.

– Так мы не спорим. Вам виднее.

– Хм. Их здесь так не любят?

Молчит. Достаточно сообразителен, что не скажешь, боком потом выйти может. Я невзначай поправляю наплечник. Знаки там ну очень говорящие. Ладно. Помогу. Немного.

– Их сколько вообще, Дробтов?

– Старших?

– Дело ведущих.

– Двое. Брат и сестра. Вторая жена у него дома сидит и детей растит, они в возраст ещё не вышли. Сестра незамужняя, точнее вдова.

– А с первой женой что стало.

– Так же… Извините, вы только приехали, а у нас все знают – их, Дробтов, раньше больше было. Только убили их всех несколько лет назад.

– Кто?

– "Резаки". Слышали.

– Ага. Вешать доводилось, – добавляю невзначай.

– Ну, так они на деревню напали, где их загородный дом был. Вот и убили. Первую жену и всех его детей, сестру их младшую с мужем и детьми, дочку госпожи Дробт. Убили, да и сами не ушли. Их "Чёрные Змеи" побили.

Он потом снова женился, а она так и ходит, хотя не старая ещё. Говорят, в торговых делах, её ещё никто и никогда обмануть не смог… Она что, кого-то сильно сильнее себя надуть хотела?

– Обвинений пока нет. Возможно, и не будет. Не мне решать.

– Она не самая плохая из господ.

– Знаешь про кого что плохое? Прошу! – делаю приглашающий жест, – Начальник конницы с радостью выслушает, он за этим сюда и приехал. Да и я послушать могу.

– Мне службу нести надо.

– Как знаешь. Надумаешь что сказать – приходи. А то ведь, если вызовем – совсем другой разговор будет.

– Осень, подойди, – раздаётся голос генерала.

Стоит он. Стоит Дробт. Оба смотрят ничего не выражающими взглядами. Как и я, наверное. Ясно, что ничего не ясно.

– В общем так. До отбытия можешь быть свободной. Не захочешь ехать дальше – придёшь, дам все пергамены и сообщу кому надо.

– Не понимаю.

– В её словах нет никаких расхождений и противоречий, с тем, что мог знать только я. Вам стоит поговорить друг с другом. Она помнит, как ты была одета. Нарисовала карту той деревни. Даже указала несколько мест, где ты любила прятаться. В одном из них тебя тогда и нашли. Тут уж не мне решать, что дальше будет. Четверо с тобой останутся. Ну, в общем, пока! Разбирайтесь тут без меня.

Гаркнул.

– Сотня! Возвращайтесь в крепость!

И уже тише, нам.

– А я дальше пойду. Линки, за мной!

– Можно мы с ними останемся?

– Нет. Вы обе тут самые лишние.

Остаёмся мы, телохранители да Анид.

– Получается, не договорили?

Пожимаю плечами.

– Получается, да. Тут разговор продолжим, или пойдём куда?

– Как хочешь.

– Тогда, тут останемся.

– Все пялиться будут.

– Плевать. Тебя и так весь город знает, меня не помешает узнать получше.

Усаживаемся. Хозяин подбегает. Ну, ещё бы, после виденного куда как прытким будет. Да и генерал лицо известное. Не знаю насчёт неё, а я взяла как обычно.

– Не спросила, ты теперь благородная или как.

– По званию не видно?

– Я общую систему знаю, а не то, что особо дают. Длинного меча нет, только короткий. В столице по званию и по состоянию может, и перемешались уже, здесь же ещё нет.

Усмехаюсь.

– В городских боях короткий сподручнее просто.

– Тебе приходилось в боях участвовать?

– Да. Много раз. Не удобно в городе с длинным.

– Но длинный есть?

– Да. Чего он тебе сдался? Ничего из твоего мне не нужно. Своего предостаточно.

– Не злись. Просто спросила. У меня завещания нет, а то, что кажется очевидным одним, вовсе не очевидно другим.

– Почему второй раз замуж не вышла?

– Того раза хватило!

– Так всё плохо было?

– Наоборот. Хорошо. Даже слишком. Хотя и сопровождалось, скажем так, широко известной в этом городе, историей. Её потом как-нибудь расскажу. Потом ты родилась. А потом война началась. Вот и решил, удачу за хвост половить. Знала, не отговорить. Только предупреждала. Иди на Север! Они сильнее. Большая вероятность, что целым придёшь. Тогда у многих, словно прошлых войн не было, один сын шёл на север, второй на юг, рассчитывая, дома с прибылью при любом исходе останется. Нет, ему подавай южных коней. Да и южное золото блестит ярче северного серебра.

Не послушал.

Потом и ты…

Вот и решила, хватит жизни такой. Надоело шрамы на сердце получать.

Киваю.

– Слыхала про такое. И как братья друг с другом на поле боя сходились. И было не разойтись, хотя вроде как только за золотом шли.

– Сама-то как так высоко взлетела? Своими силами, или, как многие в твои года наверх прыгают?

– Заметь, меня за бастарда Начальника конницы приняли, а не за кого другого. Я доверенное лицо Верховного. Приближена ей самой за особые заслуги.

– Какие же, если не секрет?

– Теперь получается, отчасти, наследственные. Считаю я хорошо. Вот ей как-то раз и доложили. И покатилось. Несколько лет уже успешно катится.

– Стоп. Ты отсюда, получается, сразу к Верховному попала?

– Ну да.

– Прямо в её Чёрный замок?

– Ну да. Кто его придумал так называть? Там чёрного – только псы, да доспехи солдат. Стены – серые.

– Только ты в том замке была?

– Нет, других тоже хватало.

– И много осталось?

– Почти все. В боях с Безглазым и за линией убили пятерых. Была уже на четырёх свадьбах, и, думаю, скоро ещё на несколько попаду.

– Значит, и здесь враньё!

– О ванных из крови девственниц что ль?

– Вроде того.

– Сама верила?

– Нет… Мне дела не было просто. Знаю, найдись кто, готовый за девственниц или что иное, запретное, деньги платить, нашлись бы и поставщики.

– Угу. А мы бы их потом на голову укоротили.

– "Мы" – это кто?

– Все Змеи, начиная от Верховного.